ДМБ-2010
Шрифт:
– Я знаю. Я тебя у нас видела, только не в форме...
– Я как раз теперь иду на мехматовский семинар, пойдем, провожу тебя. Ты ведь в ГЗ5 живешь?
За светским разговором проходим через заснеженный двор и оказываемся в Главном здании.
Семинар "Трудоемкость вычислительных алгоритмов" - мероприятие серьезное. В первом ряду сидят солидные ученые и обсуждают важные для страны проблемы. Я тихонько пристраиваюсь на задней парте. Кристина уже поводила меня по коридору мехматовского общежития, с гордостью показала своим подругам и,
Сегодня обсуждается как раз очень важная для страны проблема - сборка кубика Рубика. Докладывают студенты, аспиранты и импозантные молодые доценты. Огромный интерес, так и сыпятся термины - "двойной переворот", "пи-мезон с вишнями". Я внимательно слушаю - в принципе, это довольно интересная комбинаторная и вычислительная задача.
И вот выступает некто с сенсационным сообщением о том, что определил нижнюю оценку вычислительной трудоемкости сборки кубика из произвольного положения. Нижняя граница трудоемкости - это значит, что за меньшее число поворотов кубик собрать просто нельзя. Народ слушает, уважительно качает головами.
Ведущий предлагает:
– Уважаемые коллеги, нам доложен, в общем-то, весьма значимый результат. Кто желает выступить?
Эх, чувствую всеми частями тела, что не надо мне вылезать, но что-то дергает...
Встаю, даю всем себя разглядеть.
– Представьтесь, пожалуйста. Какую организацию представляете?
– Ту самую. Четвертый факультет.
– Спасибо, все предельно ясно. Что желаете нам сообщить?
– Уважаемые коллеги, - вижу, народ морщится. Чистоплюи! В белых костюмах они, значит, а мы известно в чем...
– Уважаемые коллеги!
– громко повторяю еще раз, - Хотел сообщить вам, что существует алгоритм сборки кубика из любого положения за фиксированное число элементарных операций.
– Не могли бы вы описать его?
– С превеликим удовольствием. Даже продемонстрирую. Это так называемый Т-алгоритм, он назван так в честь моей младшей сестры Татьяны. Состоит из предварительной подготовительной процедуры в одну элементарную операцию и дальнейшей сборки из ... э-э (считаю в уме) двадцати элементарных операций. Итого - двадцать одно, ой, то есть двадцать одна элементарная операция.
– Сенсационно! Покажите, пожалуйста.
Выхожу к столу, беру кубик Рубика и показываю его всем. Оглядываюсь и вижу, что недоверчивая Крыся пришла и смотрит через дверь, чтобы я от нее не убежал. Приоткрыла ротик и внимательно слушает. Народ, затаив дыхание, ждет. Я издаю рев, достойный фильма ужасов, разламываю кубик на части и, как ни в чем не бывало, говорю:
– Предварительная стадия алгоритма завершена - как легко видеть, это одна элементарная операция, теперь дальше...
Вкладываю кубики на место и считаю:
– Один, два, ...двадцать. Сборка завершена.
Оборачиваюсь - Кристина в восторге, хохочет и показывает два больших пальца. Семинар разделился - ученые мужи возмущены, молодежь веселится.
– Да, это подход, достойный уважаемого ведомства. Спасибо.
Выхожу в коридор. Кристина караулит. Румяная, довольная, скачет ко мне, хватает за руку, целует в щеку от полноты чувств и немедленно смущается. Опускает глаза, теребит свитер и виновато:
– Да, здорово ты их! А то мне этот гад, ведущий семинара, прошлый семестр пару вкатил...
– Вот видишь, я за тебя отомстил. Ты чего смущаешься, мне понравилось, неплохо целуешься.
Ну вот, похоже, смутил еще больше.
Тихо-тихо говорит:
– Не зайдешь? У меня вафельный торт есть к чаю.
Ну как же после этого не зайти - вафельный торт в общежитии! Самое дорогое, можно сказать, девушка отдает.
Выпив, наверное, чашек десять чаю, я жалобно смотрю на Кристину:
– Я пойду, ладно? Мне еще надо в общежитие заехать, а уже темно...
– Я тебя провожу, мне как раз захотелось погулять...
Медленно едем в холодном автобусе. Мест полно, а мы стоим в уголочке. Кристина крепко держит меня за пояс куртки. Смотрим друг другу в глаза и улыбаемся... Жалко, быстро приехали.
Выходим, идем от остановки вправо и вниз, поворачиваем за угол.
– Вот тут я живу, вернее, жил, а сейчас захожу иногда. Сейчас я забегу, куртку оставлю, возьму шинель и теперь тебя провожу, ладно?
Она довольно кивает. Я поворачиваюсь, берусь за ручку двери и тут...
Дверь распахивается. На пороге - совершенно пьяный Сержант Пеппер, которого несут за руки и за ноги четыре таких же хмельных джентльмена. Сержант на секунду тормозит движение, приветливо машет мне рукой, затем процессия продолжает движение и громовым голосом поет:
– И-и уносят меня и-и уносят меня-я в звенящую снежную даль...
Вот и день закончился.
ГОЛОВЮСТ
Дуб - дерево. Роза - цветок. Олень - животное. Воробей - птица. Россия - наше Отечество. Смерть неизбежна.
П.Смирновский. Учебник русской грамматики6.
Вылезая из машины, я осторожно огляделся. Он, несомненно где-то рядом... Я помню, как Он выглядит, но вот в очередной раз увидев Его даже этим замечательным летним утром, я вздрогнул. Огромная черная голова внимательно и безотрывно смотрела прямо на меня...
Я не выдержал и отвернулся.
Кругом шли люди. За моей спиной затормозил раскрашенный под джип "козлик" - машина с номерами Арбатского военного округа. Из нее, кряхтя выбрались нестарый еще генерал в мятых штанах с красными лампасами и ярко-рыжая деваха в футболке и мини.
Они ничуть не пугались Головюста... Мне стало немножко легче.
Да, пара в высшей степени нетипичная и, скорее всего, они направляются туда же, куда и я. Впрочем, скоро я это точно узнаю.
Головюста придумал Сержант Пеппер, когда мы работали здесь в стройотряде. С утра, до развода на работы, к нашей краснознаменной бригаде подошел юный дубофак (а все слушатели Школы делились на Биномов и Дубофаков) и спросил: