Дмитрий Донской 2
Шрифт:
На подножке коляски митрополит вновь остановился и усмехнулся, вспоминая недавние слова Дмитрия. Что тот де принял Москву деревянной, а оставит ее каменной.
'А ведь верно' - подумал Алексий оглядываясь. Восемнадцать лет назад, когда малолетний Дмитрий взошел на престол, заменив своего безвременно усопшего отца, Москва представляла собой ветхий деревянный городок. По меркам Руси, конечно, он был не плох - четыре с половиной тысячи жителей... всех возрастов и полов. Но Алексий видел Константинополь и прочие города старого Средиземноморья и прекрасно понимал,
Монументальная столичная крепость опиралась на дюжину довольно крупных фортов, позволявших вести круговую оборону. Между ними лежала стена под стать. Землебитная конструкция укреплений к 1377 году полностью обросла толстой кирпичной коркой и обвесом дополнительных конструкций. Чудовищная по меркам XIV века толщина стен куртины и фортов делалась с расчетом на стойкость под огнем классической гладкоствольной артиллерии. Высота, конечно, не так давила, но тоже была на мировом уровне.
Внутренняя начинка столицы была под стать укреплениям. Она, правда, еще только строилась, но уже отчетливо просматривалась и поражала.
'Канализация! Этот безумный Дмитрий делал канализацию!' - Пронеслось у митрополита в голове. И да, Император таки ее делал, конечно, не такую, как в XX веке, а куда как проще, но все-таки. Магистральные коллекторы с небольшим заглублением были выложены кирпичом и проходили под всеми центральными улицами города. Транспортировка в отстойники, расположенные за крепостной стеной, осуществлялась дождевой водой и самотеком. Чугунные решетки водосброса вдоль дорог - для тех лет натуральный анахронизм. Однако Император настаивал. Конечно, провести канализационный коллектор в каждый дом было пока нельзя, но точки слива отходов и помоев располагались достаточно густо.
А сами дома? Акрополь Дмитрий собирался сделать натуральным шедевром архитектуры. Впрочем, остальной город он не оставался в стороне. Внутри городских стен было запрещено деревянное строительство. Вообще. Разве что кое-где времянки. Вместо старинных срубов столица застраивалась кирпичными домиками в три этажа, плотно прилегающих друг к другу с арочными проходами во внутренние дворы. Как в старом Санкт-Петербурге. Даже склады - и те строились минимум двухэтажные с активным использованием готических решений, позволяющих экономить материалы - кирпичи. Улицы прямые и довольно просторные для разъезда двух экипажей, были мощены клинкерным кирпичом. Имелись тротуары, причем тоже не такие уж и узенькие. И так далее, и тому подобное.
Столица не сидела только внутри мощных городских стен. Отнюдь.
К 1377 году к северу и западу от Москвы раскинулись технические кварталы, скрепленные в единое целое дорогами, покрытыми утрамбованной щебенкой. А местами уже и асфальтом - мастерская по переработки земляного масла приросла цехом, вырабатывающий этот удивительно полезный в тех условиях продукт. Стадион, ипподром, торговые ряды, постоялые ряды, кирпичный район,
А вокруг стремительно расширяющегося столичного гиганта неспешно возводилась система изолированных фортов. Тоже по землебитной технологии с последующей обкладкой кирпичами.
Почему технические кварталы располагались только к северу и западу от крепости? Потому что летом 1377 года наконец-то завершились все потребные работы и закрыли плотину. То есть, пошло накопление воды огромного, даже по меркам XX века водохранилища ....
В глазах митрополита Дмитрий творил что-то невероятное. А главное - все вокруг него кипело, шевелилось и двигалось. Крови, правда, пролил немало. Но к этому Алексий относился философски - правитель не может править, не пуская кровь. Это просто технически невозможно.
С мыслями обо всех этих изменениях митрополит и докатился в коляске до неприметного домика в железном районе пригорода. Резиденция Императора была еще дальше от готовности, чем кафедральное подворье, так что Дмитрий жил походной жизнью. То тут, то там. Принимал также. Мало кто из людей вокруг вообще точно знал, где сейчас Император.
– Добрый день, - громко и отчетливо поздоровался митрополит, входя.
– И тебе, - кратко ответил Дмитрий.
– Присаживайся. Ждали только тебя.
– Что-то случилось?
– Озабоченно поинтересовался Алексий, с удивлением осознав, что в этом неприметном срубе собралось все руководство Российской Империи, включая монарха и его супругу.
– Да, - также кратко ответил Дмитрий и кивнул Анне.
– Все вы знаете, что за минувшие полгода было убито больше двух десятков мастеров-оружейников и их помощников. Расследование завершилось, но... все оказалось хуже, чем мы думали. Подключив родственников из Венеции , мы смогли выявить заказчиков.
– И кто же?
– Поинтересовался граф Василий Иванович Ростиславов , военный министр Империи.
– Генуэзский дом Фиески.
– А это значит, что в любой момент ситуация может повториться, - хмуро констатировал Император и на несколько мгновений залип. Его откровенно бесила эта ситуация бессилия, длящаяся целых полгода. Неоднократно хотелось взорваться и сместить Анну с должности главы Службы Имперской безопасности. Но, беря себя в руки, он успокаивался, четко осознавая - несмотря на совершенно чудовищные сроки, лучше нее никто все равно не справится. И причин тому было масса.
Во-первых, Москва хоть и насчитывала всего двадцать пять тысяч жителей, но они сформировались за счет иммиграции, буквально за пятнадцать лет. Причем люди шли не только из других регионов Руси. Одних только мастеровых из Италии было свыше двух сотен, а вообще выходцев из других регионов Европы проживало около трех тысяч.
Во-вторых, Имперская столица была буквально проходным двором для торговых караванов - купцов со всего света хватало. Некоторые даже держали постоянные лавки в задуманной Дмитрием круглогодичной ярмарке. Этакие торговые представительства с магазином.