Дневная тень
Шрифт:
Удастся ли Воронам добраться до Джулатсы вовремя? А вдруг им суждено увидеть лишь руины и трупы защитников университета? И даже если они успеют попасть в Джулатсу до ее гибели… на что может рассчитывать маленький отряд, когда университет осаждает могучая многочисленная армия? Может, лучше не видеть конца Джулатсы?
Илкар опустил голову и дал волю слезам. Он больше не мог справиться с рыданиями, которые сотрясали его тело. Надежды нет. Если висминцы захватили город, университет непременно падет. И тогда у него не останется никого, кроме Воронов. Достаточно
— Мы не можем знать наверняка, что университет погиб, Илкар, — донесся голос из темноты.
Илкар вытер глаза и вдруг почувствовал, что замерз. Он потерял счет времени и понятия не имел, сколько просидел здесь в полном одиночестве. Спина затекла и болела. Илкар вздрогнул от неожиданности и попытался разглядеть человека, чей силуэт вырисовывался на фоне догорающих костров.
— Уходите, Стилиан! — выкрикнул он. — Не стоит делать вид, что вас огорчает наше несчастье. Вы и представить себе не можете, что это такое.
— Ничего подобного, Илкар. Но я прощаю тебя за резкость. Мне понятно твое настроение.
Стилиан не замедлил шагов, и вскоре Илкар увидел шестерых Протекторов, окружавших своего господина.
— Большое спасибо, — отвернувшись, проворчал Илкар. — Чего вы хотите?
— Я пришел, чтобы посочувствовать тебе, предложить помощь, если возможно, и надежду.
Лорд Горы остановился в нескольких шагах от Илкара, словно демонстрируя, что уважает его стремление к одиночеству.
— Какая неожиданность, — пробормотал Илкар.
— Я прекрасно понимаю, — вздохнув, проговорил Стилиан, — как тебе трудно осознать случившееся. А еще я знаю, что такое одиночество, уж можешь мне поверить. Прошу только об одном: выслушай меня. Тебе нет необходимости отвечать.
Стилиан замолчал, а Илкар лишь пожал плечами.
— Я совсем не хочу, чтобы магическое равновесие было нарушено, это опасно и в самые спокойные времена. Сейчас необходимо, чтобы все маги объединились, иначе нам не справиться с висминской угрозой. Сегодня, когда я вышел на связь, мне удалось узнать лишь обрывочные сведения про Джулатсу, мне известно только то, что сказал Деррик. Однако завтра я попытаюсь разобраться в сложившейся ситуации. Насколько я понимаю, вы останетесь с отрядом Деррика еще на один день, и я постараюсь сообщить тебе новые подробности. И, наконец, о надежде. — Стилиан подошел к Илкару и понизил голос. — Мы с тобой лучше других в лагере знаем, что университеты обладают возможностями для самосохранения. С моей точки зрения, сообщение о том, что город пал, а университет — нет, говорит о том, что Джулатса нашла способ остановить армию висминцев. Вопрос сейчас в том, как долго продержится данная ситуация, вот почему вы должны спешить.
Илкар прикусил губу, но потом все-таки кивнул.
— Может быть. Каковы же ваши планы? Стилиан прищурился, и лицо его приняло жесткое выражение.
— Я отправляюсь на юг, отдельно от отряда Деррика. Мое будущее лежит там, хотя я сделаю все, чтобы вы получили работы Септерна. Боюсь только, что не смогу заняться их изучением вместе с вами.
Его слова застали Илкара
— Почему?
— У меня возникла проблема, личная проблема, — ответил Стилиан. — Складывается впечатление, что я, по крайней мере временно, больше не лорд Горы Зитеска.
Он повернулся и зашагал прочь.
— Когда же ты снова сможешь сотворить какое-нибудь заклинание, Денсер? — спросил Безымянный сразу после того, как Деррик ушел на встречу со Стилианом.
Денсер, который уже достаточно пришел в себя и мог сидеть, пожал плечами и выбил трубку о конец полена, торчавшего из костра. Крошечные угольки вспыхнули на мгновение в темноте и погасли.
— На твой вопрос нет однозначного ответа, — сказал он и засунул руку в кисет, чтобы достать новую порцию табака. — Проклятие, табак кончается.
— С однозначными ответами часто возникают трудности, не так ли? — проговорил Хирад.
— Дело обстоит так, — продолжал черный маг. — Я еще очень слаб после «Рассветного вора», мне трудно собрать необходимую ману для того, чтобы сотворить заклинание. Кроме того, я нахожусь в угнетенном состоянии, которому не вижу объяснения… впрочем, это пройдет. Однако должен заметить, что общественное мнение ошибочно. — Он с улыбкой посмотрел на Ирейн. — Я могу самостоятельно раскурить свою трубку.
Он щелкнул пальцами, и тут же возникло темно-синее пламя, которое он поднес к трубке.
— Прекрасно, — заявила Ирейн и чуть оттолкнула его в сторону. — А теперь зажги «Адский огонь».
— Видите? Вечно она недовольна, — проговорил Денсер и снова улыбнулся, хотя в его улыбке не было и намека на веселье. — Предлагаешь женщине одну страну, а она тут же требует целый мир.
— А вот и нет, — возразила Ирейн. — Я требую всего лишь доказательства твоих возможностей, которые выходили бы за рамки первой необходимости.
— «Адский огонь» — это несколько больше, чем простое Доказательство.
— Я упомянула данное заклинание в метафорическом смысле. — Ирейн ткнула Денсера в грудь.
— Ладно, дай мне время прийти в себя! — рявкнул Денсер и оттолкнул руку Ирейн. Та вздрогнула от неожиданности и отодвинулась; на глаза у нее навернулись слезы.
— Перестань, Денсер, — сказал Хирад, удивленный необъяснимой вспышкой гнева. — Она же пошутила. Ты можешь ответить на вопрос? Скажи нам, что ты в состоянии сделать?
— Практически ничего, — признался Денсер. Он прикусил губу и протянул к Ирейн руку, но та еще дальше от него отодвинулась. — Я опустошен. Учитывая, что мы постоянно в пути и почти совсем не отдыхаем, прежде чем я смогу выйти на связь, должно пройти дня два, до «Крыльев мрака» — тоже, а, например, до «Адского огня» — целых четыре. Мне жаль, что я оказался для вас обузой.
Хирад наградил его спокойным взглядом.
— Полагаю, мы сможем тебя простить.
— Как мило с вашей стороны. — Денсер изобразил поклон, не поднимаясь на ноги.