Дневные
Шрифт:
Он вздрогнул, но быстро взял себя в руки и сурово посмотрел на нее.
- Вас просто транспортируют, мисс. Давайте не будем все усложнять, - сказал он.
Шейна посадили в машину Салли, и Клэр представила, насколько веселой будет поездка. Она надеялась, что Шейн не выведет Салли из себя. Со связанными руками Шейн не сможет дать отпор... а кусачки, чтобы снять стяжки, были все еще у Евы. Она заметила, что Еву и Майкла также отделили от жителей Блейка и посадили в машину.
Клэр надеялась, что в итоге они все окажутся в одном и том
Клэр ожидала, что их отвезут в здание фонда Дневной Свет, но вместо этого небольшой парад - с мигалками, но без сирен - проехал через главные улицы Морганвилля к площади Основателя. Это казалось странным. Площадь Основателя была территорией вампиров; там они жили, работали и владели ночными фирмами. Там были офисы Амелии и место, где они хранили записи своих длинных, длинных жизней.
Там же они время от времени казнили людей за нарушения правил Морганвилля. Там они угрожали казнить Шейна, когда Амелия считала его виновным в убийстве вампира.
Там, с замиранием подумала Клэр, именно там Фэллон бы сделал свою новую штаб-квартиру.
Колонна завернула и спустилась под землю, в паркинг, который так хорошо помнила Клэр. Он был полон машин, в основном затонированных вампмобилей, которые, вероятно, были конфискованы, когда их владельцы ушли в "охраняемое место" в торговом центре. Как Фэллон его называл? Анклав, словно это необычный, эксклюзивный жилой комплекс вместо кошмарного, построенного в восьмидесятые здания, в котором остались только пыль и бетон.
А теперь Фэллон жил в апартаментах Амелии.
Машины припарковались, и одного за другим их стали выводить - Шейна, все еще донимающего покрасневшего офицера Салли, потом Майкла и Еву, не в наручниках, но в сопровождении охранников.
Она, Шейн, Ева и Майкл, плюс их сопровождающие, все собрались в одном лифте для поездки наверх. Они были доставлены на первый этаж. Он выглядел так же, как помнила Клэр - пышные ковры, дорогие люстры, слабый, гнетущий запах роз и мрачные, задумчивые картины, висящие на стенах. Все картины, в которых можно было распознать вампиров, были сняты и лежали стопкой полотен в углу центрального атриума.
– Сюда, - сказала Ханна, встретившая их. Клэр не знала, как она прибыла раньше них. Может быть, она была во главе колонны. Она провела их по коридору к большой причудливой прихожей с огромным, сводчатым потолком... а затем на крыльцо, где мрамор ослепительно блестел от утреннего солнца.
После того, как ее глаза привыкли к яркому свету, Клэр увидела, что Площадь Основателя выглядела все так же идеально - живые изгороди и газоны были аккуратно подстрижены, клумбы играли свежими, живыми красками. Все выглядело чисто и изящно, как на фотографии Парижа, в комплекте с мраморными колоннами здания, окружавшими парк.
Кроме баннеров, которые были красными,
На лужайке собралось около трехсот человек - толпа по меркам Морганвилля. Они проводили своего рода церемонию в связи с восходом солнца. Клэр заметила поднятую сцену на другом конце, где вампиры однажды держали клетку, где те, кто нарушил их законы, были выставлены напоказ... а иногда и казнены. Клетку убрали, и это хорошо, но всплыло неприятное воспоминание о фотографии, которую она видела в кабинете истории - площадь с великолепными зданиями, длинными красными баннерами и сценой. Пылкий оратор говорит свою речь морю увлеченных людей.
История повторяется.
Фэллон должно быть в восторге, думая, что не могло быть лучше его времени. Тела Морли, Оливера и Амелии несли по проходу в центре толпы, и было полное молчание, пока процессия не была на полпути к сцене... а потом кто-то начал хлопать.
Это была лавина аплодисментов и радости.
Они радовались трупам.
Клэр посмотрела на Шейна и увидела, что он смотрел с каменным выражением на лице. Он наверное думал, как в определенный момент его жизни он мог оказаться в этой толпе, восхищаться. Может быть, он бы даже первым захлопал.
– Заставляет гордиться, что ты человек, не так ли?
– сказал он ни к кому в частности.
Ева переместилась рядом с ними.
– Сильно гордиться, - сказала она.
– Они наверное позже откроют сувенирный магазин. Брелки из вампирских костей и серьги в виде кольев. Может быть, они даже напишут на них название города.
Клэр почувствовала, как что-то холодное и металлическое коснулось ее пальцев и вздрогнула, но потом поняла, что это были маникюрные щипчики и что рука Евы положила их ей в ладонь. Она сжала их в кулаке.
– Пора, - сказала Ханна и повела их группу по лестнице к церемонии. К тому времени аплодисменты почти стихли, и трех вампиров положили на сцену, на солнце. Они горели - медленно, потому что были настолько старыми, но все же. Определенно мучительно.
Майкл застыл на ступеньках, и Ева остановилась с ним и с тревогой спросила:
- Милый? Что случилось?
– Его глаза были закрыты, и он выглядел очень странно.
– С тобой все хорошо?
Когда он открыл глаза, Клэр увидела, как вырвались слезы и побежали по его щекам.
- Это солнце, - ответил он.
– Ева, я стою на солнце. Так тепло.
Она поняла, и она обняла его. Клэр долго не могла понять, пока Майкл не почувствовал прикосновение солнца без ужасного возгорания и рубцов, которые приходили к новому вампиру. Должно быть, на него в полной мере свалилось то, что он снова настоящий человек.
Абсолютно вылеченный.
Он крепко обнял Еву и сказал:
– Я ненавижу, что он тот, кто вернул мне жизнь. Ты же знаешь это?
– Знаю, - ответила она и погладила его по спине.
– Это не важно. Ты здесь, и это главное.