Дни мародёров
Шрифт:
— Какой?
— Это не такая уж и большая плата за мою жизнь.
Лили сужает глаза, пристально вглядываясь в его лицо. На щеках румянец, карие глаза с теплыми золотыми крапинками лукаво сверкают. Не очень-то он похож на человека, готового расстаться с жизнью.
— Хорошо, — медленно произносит она и отступает от окна. — Если тебе так хочется — прыгай, Поттер.
— Что?
— Прыгай! — Лили складывает на груди руки. — Я не против. Ну же, давай, что встал?
Кто-то в толпе начинает хихикать, чей-то
Карие глаза Джеймса недобро темнеют, краска сходит с лица.
— То есть, прыгнуть? — звенящим от злости голосом спрашивает Джеймс. — Прыгнуть, Эванс?
— Да, — Лили пожимает плечами. Она вдруг вспоминает, как на пятом курсе Сириус проделал то же самое, чтобы выманить поцелуй у Марлин. Тогда Поттер парил на метле под окном и подхватил его. Они посмеялись и забыли, а бедную Марлин пришлось отпаивать успокоительным.
— Ну ладно, — Джеймс выпрямляется и, глядя на нее сверху вниз, отпускает оконную раму. Кто-то в толпе ахает, гомон прокатывается волной и застывает. Все застывает. — Ладно же, Эванс... смотри...
Лили смотрит, снисходительно улыбаясь. Но тут какой-то звук заставляет ее на миг отвернуться. Она поворачивает голову. Сердце пропускает удар — прислонясь плечом к стене, у окна стоит Сириус и смотрит на нее нехорошими темными глазами. Значит, под окном никого нет.
В ужасе она поворачивается к Джеймсу, но уже поздно. Он уже повернулся к пустоте лицом.
— Моя гибель будет на твоей совести, Эванс! — небрежно бросает он через плечо и под оглушительные вопли и визг делает шаг вперед...»
Лили вскрикнула и подскочила.
Алиса, разбуженная ее вскриком, приподнялась на постели и, приоткрыв один глаз, сонно уставилась на подругу.
Лили, тяжело дыша, смотрела в залитое лунным светом окно до тех пор, пока картинка скрывающегося за окном Джеймса не уступила пейзажу.
Автобус мягко покачивался на ходу, время от времени подскакивая на кочке.
Мимо окна неслись незнакомые чужие поля, над которыми расстилалась глубокая ночь.
— Что такое? Тебе плохо? — Алиса потерла глаз.
Лили закуталась поплотнее.
Сердце рвалось из груди, дыхание сбилось. Голос Джеймса все еще стоял у нее в ушах.
Воспоминание, преследовавшее ее все лето, теперь вошло и в сон. Отлично.
— Нет, — ответила она, взглянув на взволнованную подругу. — Просто кошмар приснился... Поттер на окне, — она закрыла глаза ладонью.
— А-а, — понимающе протянула Алиса, отчаянно пытаясь скрыть зевок. — Вы что, так и не помирились?
— Нет, — Лили снова опустилась на подушку, подтянув плед до самого подбородка.
— Я думаю, он все еще обижен на тебя из-за того наказания, — осторожно сказала Алиса.
Лили вдруг резко села.
— Это мне надо обижаться на него, Алиса! Это он поставил меня в дурацкое положение! Это я стояла там,
— Да, кто бы мог подумать, что в Хогвартсе есть балконы, — философским тоном заметила Алиса, взбивая подушку.
— Это не смешно! — Лили ошеломленно уставилась на подругу. — Это была отвратительная шутка! И свое наказание он заслужил!
— Да ладно тебе, Лили. Ничего страшного бы не случилось, если бы ты его поцеловала!
— Что?! — задохнулась Лили. — И ты туда же?
— Он был в опасности!
— Да не был он ни в какой опасности!
— Мы этого не знали.
— Я знала! — отрезала Лили. — Я была уверена, что под окном его сторожит Блэк на метле, или кто-нибудь еще из его команды. Он хотел унизить меня? Отлично. Ему это удалось. Только теперь меня еще и кошмары по ночам мучают, а так все хорошо, шутка удалась, — голос ее задрожал от гнева. — Я не собираюсь с ним мириться или извиняться, я ни в чем не виновата! Захочет — извинится сам! — она упала на подушку, отвернулась и накрылась с головой.
Повисла долгая пауза.
— Что, ни одного письма за все лето? — проницательно улыбнулась Алиса.
Лили стало душно, и она сбросила плед, тяжело вздохнув.
Джеймс Поттер не отлипал от неё в течение вот уже почти шести лет. Его бесконечные сальные шуточки, комплименты на весь школьный коридор, выкрики, заигрывания и хватания за грудь при любой удобной возможности порядком набили ей оскомину. Но кроме этого... Лили привыкла к мысли о том, что нравится Джеймсу Поттеру и его приставания льстили ей.
В прошлом семестре он вдруг взял и оставил её в покое, начав встречаться с Гвеног Джонс, капитаном школьной сборной Пуффендуя по квиддичу.
Сказать, что это задело Лили — значит ничего не сказать. Конечно — это был чистый воды эгоизм, думать так и Лили с досадой осознавала, что ведет себя как собака на сене, но... маленькая ревнивая змейка всё равно каждый раз жалила её, когда она видела, как Поттер идет в обнимку с этой девицей, или когда — и того хуже — когда она видела, как эти двое украдкой сосутся где-нибудь до потери пульса.
Лили ходила и мучилась почти полгода, но когда Поттер вдруг бросил Гвен и возобновил свои преследования, на сей раз ещё более наглые, чем раньше, её охватило прежнее раздражение.
Она ужасно запуталась в себе и никак не могла понять, что же чувствует к Поттеру на самом деле. А ещё испугалась, что повторится эта страшная история и Поттер поведет себя как этот негодяй, Эдгар Боунс, о котором Лили запретила себе вспоминать.
Всё это было ужасно запутано и привело к тому, что теперь они с Поттером поссорились перед самыми каникулами и теперь неизвестно, помирятся ли когда-нибудь. Наверняка он очень зол на неё и теперь точно оставит её в покое.