Дни мародёров
Шрифт:
— Откуда он у тебя? — спросил Сириус, глядя на неё теперь точно так же, как и тогда в гостиной. Роксана быстро глянула на него и отвела взгляд.
— Нашла, когда разбила вазу, — она старалась не смотреть на Сириуса и тут же попыталась перевести тему. — Вы сомневаетесь, что это оно? Флакон точно такой же, к тому же, если вы боитесь… я могу принести Обет, что это — именно то лекарство. Если я не умру… значит это оно. Но я не сомневаюсь, что это оно.
— Это оно, — Джеймс сунул флакон в карман джинсов и выхватил у Сириуса мешок с порохом. — В том наборе как раз не хватало еще одного флакона с веществом, если судить по ключу — не хватало как раз
— Полегче, Сохатый, — недовольно бросил Сириус. Он наблюдал за ними с легким неодобрением, прислонившись плечом к камину, в котором весело потрескивал огонь.
Джеймс отпустил Роксану и, кажется, тут же забыл про свою благодарность, выхватил у Сируса мешок (Бродяга показательно растопырил пальцы), трясущейся рукой вытащил пригоршню пороха и швырнул в огонь. Пламя тут же загудело и выкрасилось в изумрудно— зеленый цвет.
Джеймс качнулся вперед, как пловец на трамплине и сделал успокаивающий вздох, исподлобья глядя на языки зеленого пламени.
— Передавай Эванс привет, — негромко сказал Сириус и улыбнулся.
Джеймс вдруг рассмеялся — впервые по-настоящему рассмеялся за все это время — и шагнул в камин, выкрикнув: «Больница Святого Мунго!».
Огонь загудел и Джеймс исчез.
Сириус и Роксана остались одни.
Тишина капля за каплей переполняла комнату. Пламя в камине волновалось и потрескивало, возвращая свой нормальный цвет. Сириус в упор смотрел на Роксану.
Она отвернулась и прошлась по комнате. Наклонилась и подняла с пола пару книг. Сунула их в рюкзак. То же самое — с пластинками и одеждой, которой ей теперь особенно не хватало. Любимые футболки и джинсы. Она ведь тогда бежала, не имея при себе никаких вещей, только то дурацкое платье. Отличная возможность вернуть некоторые свои вещи…
— Ты виделась с ним, да? — спросил наконец Сириус, но звучал этот вопрос скорее, как утверждение. — Ты виделась с Люциусом? Или с матерью?
Роксана случайно наступила на одну из пластинок, и та треснула.
Она сама не понимала, почему не может и не хочет говорить Сириусу о разговоре с Абраксасом. Просто всё в ней протестовало при одной только мысли, чтобы поделиться этим, с кем бы то ни было. Даже с Сириусом. Это было слишком личным. И слишком трудным даже для неё одной.
— Я не собираюсь перед тобой оправдываться, Блэк, — резко сказала Роксана и обернулась, но её воинственное выражение тут же уступило место другому, когда она посмотрела Сириусу в глаза. — Я просто не могу, — она затрясла головой и нервно, даже немного истерически усмехнулась, отступая и делая вид, что снова собирает свои вещи. — Я… я ведь здесь, с тобой. Мы уходим отсюда, все кончено. Больше мы сюда не вернемся. Тогда почему тебя это волнует?
— Меня это не волнует, — Сириус подошел к Роксане, держа её на прицеле такого пристального, сверлящего взгляда, что ей стало не по себе. Она даже отступила на шаг, прежде чем Сириус сжал её предплечья. — Но я вижу, что происходит с тобой.
Она отвела взгляд.
— Рокс, мне не нужны твои оправдания. Я хочу только одного: чтобы ты мне не лгала, — раздельно произнес он. — Не лги мне. Я ведь все равно об этом узнаю.
Повисла
— Если ты хочешь о чем-то поговорить, говори со мной. О чем угодно. Я не хочу, чтобы у тебя были... чтобы между нами были секреты. Понимаешь?
Роксана опустила взгляд на его губы и коротко покивала, а потом вдруг запустила дрожащие, жадные руки под его свитер.
— Ты хочешь? Здесь?.. — губы Блэка тронула насмешливая, но немного растерянная улыбка.
Роксана снова кивнула, нетерпеливо задирая его свитер и трогая ремень.
Сириус был не против. Окинув её последним подозрительным взглядом, он запер заклинанием дверь, или просто поставил заглушку, Роксана так и не поняла. Потом он просто снял куртку, через голову стащил с себя свитер, Роксану раздел целиком, обхватил за ноги и перенес на постель…
Шелк родной постели был холодным, кожа — горячей.
Казалось, что они делают это в воде. В темноте и в воде. На глубине Черного Озера.
Едва они кончили, Роксана тут же слезла с Сириуса, хотя он все еще горел, выпуталась из его рук, вывернулась, не дав ему дальше себя целовать.
Всё еще задыхаясь, Сириус откинулся на подушки, глядя, как Роксана, голая, ходит по комнате и подбирает вещи. Проследил за тем, как она натянула толстовку на влажное, потное тело, отбросил одеяло и вскочил.
— Блэк, отстань! — Роксана дернула плечом, когда он обхватил её и попытался помешать ей надеть трусы. — Блэк, черт тебя дери, убери руки, нам пора отсюда валить!
— Да? — выдохнул он ей на ухо, с легкостью запустив обе руки под толстовку. — Ты поэтому крадешь вещи хозяйки?
Роксана замерла на секунду, а потом порывисто обернулась.
Пауза.
— Черт возьми… — пробормотала она. Её взгляд перебегал с одного глаза Сириуса на другой. — Да не может быть…
— Может, — прошептал Сириус, обхватывая её лицо и шею ладонями, всё в перепутавшихся белоснежных волосах, все еще пылает, даже на ощупь. Он засосал её, но Роксана почти сразу же отлепилась.
— Это был ты?! — выпалила она, глядя на него почти что с ужасом.
— Я, — Сириус опять попытался присосаться к ней, но Роксана не дала.
— И я помогла тебе бежать!
— Что, жалеешь об этом, да? — хищно улыбнулся он, как бы невзначай подталкивая её обратно к постели, тиская её под толстовкой, сжимая так, что было даже немного больно. — Хочешь за меня... замуж? — на слове «замуж» он рывком бросил её обратно на постель.
— Нет, Блэк, не хочу, — хрипло простонала она, когда он взобрался сверху и с легкостью перевернул её на живот. — И не жалею ни о чем, — пробормотала она, зажмурилась и охнула, когда Сириус ей вставил.
— Я тоже не жалею, — горячо прошептал он ей в волосы, начиная потихоньку двигаться. — Потому что, если бы мы не сбежали тогда из этой комнаты, не оказались бы сейчас здесь...
В памяти вдруг эхом отозвались слова:
«Уже через месяц твой супруг съел бы какой-нибудь отравленный омлет, и ты была бы свободна!»
У Роксаны мурашки пробежали по коже.
Нет! Нет, она не будет думать об этом, Мерлин, пожалуйста, нет!
— ...ох, блять, да, вот так. Вот так хорошо, детка... — он прижался к её спине, горячий, тяжелый. — Тогда мы сбежали вдвоем, Малфой, — еще жарче прошептал Сириус, скользя ладонями вдоль по её рукам и увеличивая темп. — И сейчас. И знаешь, что? Мне чертовски нравится сбегать с тобой.