Дни мародёров
Шрифт:
— Он не вытаскивал студенток в лес, это делали слизеринцы! — прорычал Сириус и вспомнил про ссору. — Мальсибер и Нотт вытащили Марлин и остальных!
— То есть, тех, кого он хотел?
— Эта твоя теория держится на соплях!
— А еще вчера ты был согласен с тем, что таких совпадений не бывает!
— Ты сам сказал, что он нихера не помнит, что с ним происходило, и ты тоже ни черта не помнил, когда приходил в себя в крыле шесть лет подряд!
Ремус открыл рот.
— Заткнитесь уже! — рубанул Джеймс, снимаясь с места. — Заебали сраться, еще палочки достаньте. Пошли в замок, я
— Ага, оборжаться, — фыркнул Питер, снимая с себя его руку.
Все засмеялись, спустились с холма к замку, и с каждым шагом их голоса становились все тише и тише, тая в тумане весенних сумерек.
Но, какие бы планы не пришли в их головы в тот вечер и ночь, на следующий день все рухнуло.
Погоде было во всех смыслах наплевать на то, что в это утро должен был состояться судьбоносный для школы матч по квиддичу. Джеймс вскакивал ночью несколько раз, чтобы проверить, закончился ли дождь, но стена воды за окном не становилась меньше. Когда он в третий раз вскочил, разбудив Лили, она рассердилась и ушла спать к себе, зачем-то утащив с собой одеяло.
На утро всем начало казаться, что вскоре Хогвартс снимется с якоря и попылвет в путешествие по горным долинам, такой бушевал ливень. Но, несмотря на это, настроение у факультетов-соперников было удивительно веселое и боевое, голоса звенели громче вилок, отовсюду раздавался смех и гнусавые голоса гуделок. Когда в зале появлялся член команды, гриффиндорцы, все в красном и золотом, принимались рычать и стучать кубками с тыквенным соком об стол. Изредка к ним присоединялись другие факультеты. Слизеринцы принимались шипеть и махать в воздухе погремушками, изображавшими звуки гремучей змеи. Из-за всего этого в зале поднимался жуткий гвалт, и Макгонагалл несколько раз призывала всех к спокойствию, но это мало помогало. И ей, Слизнорту пришлось чуть ли не каждые пять минут вскакивать из-за стола, чтобы разнять не в меру горячих болельщиков в красном и зеленом.
Правда, один раз пришлось, как ни странно, разнимать одетых в зеленое — Регулус Блэк ни с того, ни с сего напал на Генри Мальсибера, когда тот, в сопровождении остальных членов команды встал из-за стола. Сначала они просто о чем-то переговаривались, а затем тихоня-Регулус вдруг обеими руками пихнул Мальсибера в грудь, и их одноклассники тут же вскочили из-за стола. Когда к ним подкатился перепуганный Слизнорт, эти двое почти дрались. Напоследок все услышали, как Регулус хрипло выкрикнул: «Если ты тронешь её, я тебя убью, ты слышал?!», а потом Слизнорт разнял их и велел отправляться на поле.
— Малфой сегодня не играет, — заметил Крессвелл, провожая слизеринцев хищным взглядом.
— Жалко, я еще с прошлой игры мечтал ей засадить, — плотоядно заметил Бенджи, а потом испуганно глянул на Сириуса. — Я имел в виду бладжером. Ну, сбить с метлы. А что? Она нам три банки закатала!
— Хочешь, я тебе засажу? — ровным голосом спросил Сириус, поигрывая вилкой. — Могу бладжером, могу битой. Месяц на метлу не сядешь, а то и дольше.
Ремус бросил на него взгляд
— Кстати, её что-то не видать, — заметил Питер, вытягивая шею и пытаясь разглядеть Роксану в праздничной зеленой толпе, а потом толкнул Сириуса локтем. — Куда она делась?
— У Мальсибера спроси, — прошипел Сириус и зубами отхватил от бекона кусок.
Под крики, рычание, смех, гром хлопушек и трещалок команда Гриффиндора ушла на поле следом за Слизерином. Когда они вышли из зала, Ремус намеренно отстал, подождал, пока все уйдут, и побежал к лестницам. Валери уже который день не появлялась на завтраке, а днем он её почти не видел, ведь уроки закончились, наступило предэкзаменное затишье, и все семикурсники часами просиживали над учебниками.
Да, они решили временно расстаться. И выносить разлуку было тяжело, но Ремус дал себе слово и, сжав зубы, терпел. Сейчас же ему хотелось убедиться, что она в порядке, просто убедиться и все. Не то, чтобы он на что-то надеялся. Но сама мысль о встрече заставляла кровь быстрее бежать в его жилах.
Ремус прыжком миновал несколько ступенек, взбежал на следующую лестницу, влетел в коридор, ведущий к её кабинету, и замер, как вкопанный, увидев там доктора Джекилла. Тот, услышав шум, обернулся, держась за бок. Ремус замер, ошарашенный произошедшей с доктором переменой. Бледный, с воспаленными глазами и капельками пота на лбу, он казался… безумным, как оголодавший вампир. Увидев Ремуса, он улыбнулся и попытался выпрямиться.
— А Ремус, — кажется Джекилл занервничал. — Ты что здесь делаешь? Не торопишься на игру?
Ремус сделал несколько шагов ему навстречу. Слова Лили всплыли у него в памяти, и сейчас, глядя в глаза доктору Джекиллу, он никак не мог прогнать ощущение, что видел эти же глаза на лице лесного монстра. Или ему так казалось?
— Тороплюсь, меня ждут друзья, — осторожно сказал Ремус. — Я хотел… мне нужно было… — его взгляд упал вниз и Ремус замер. — Профессор, у вас… у вас кровь.
Джекилл увидел, что Ремус смотрит на его рубашку и поспешно закрыл мантией выступившие на белой ткани пятна.
— Всё в порядке… все хорошо, — сказал он, когда Ремус шагнул к нему. — Небольшая рабочая травма.
— Рабочая травма? — машинально повторил Ремус, чуть-чуть прищурившись.
— Да, это небольшое происшествие с животными на днях… гриффиндорская львица полоснула, когда я пытался отогнать её от первокурсников-слизеринцев, — он отчаянно пытался улыбнуться. — Нет причин для беспокойства.
— Удивительная история, правда? — Джекилл запахнул мантию, и вдруг уставился прямо на Ремуса. — Я имею в виду этих животных.
У Люпина засосало под ложечкой от его взгляда.
— Что за магия могла сделать такое?
— Я… не знаю, сэр, — сказал Ремус, которому становилось все больше не по себе. Зря он сразу не пошел на стадион.
— Да-а, иногда она нам неподвластна, — Джекилл наконец-то отвел взгляд и уставился куда-то в пустоту, сделавшись еще безумнее. — Нам кажется, что мы ею управляем, ведь мы — волшебники, мы можем все. А потом и оглянуться не успеешь, как магия управляет тобой, — Джекилл вдруг переменился в лице, издал странный булькающий звук и наклонился вперед, схватившись за бок.