До конца времен
Шрифт:
По-видимому, поддерживать уважение к себе ему помогали деловые победы, даже одержанные за счет чужих страданий. Леони не раз задавалась вопросом: какова судьба тысяч человек, которые лишались работы потому, что Хэнк выкупал компании, где они служили? Она опасалась, что ее благополучие построено на чужом несчастье. Однако Хэнк неизменно уклонялся от расспросов.
А потом Хэнк расстался и с женой. Вышвырнул ее вон, словно вещь, которая уже отслужила свое.
Но она выжила, притом без особых потерь. Работа, которая прежде была лишь источником удовлетворения, помогла ей
Громкий звонок телефона прервал ее размышления. Леони протянула руку и сняла трубку.
– Слушаю.
– Леони, это Мосси.
– Привет, Мосс! Как дела?
– Так себе, – отозвалась Мосси. – Я экспромтом решила пригласить тебя поужинать.
– О, Мосс! – простонала Леони. – Я весь день убирала дом и выгляжу как пугало.
– Ты всегда выглядишь просто ослепительно, – возразила Мосси. – Надевай что-нибудь обольстительное. Я заеду через полчаса.
– Полчаса! – ужаснулась Леони. – Но я…
– Никаких «но», дорогая, – отрезала Мосси. – Увидимся через тридцать минут. – И она повесила трубку.
Минуту Леони тупо смотрела на телефон.
– Господи Иисусе… – пробормотала она. – Что же мне надеть?
Час спустя они уже направлялись к ресторану «Чатемский пастух». Леони знала, что ужин в подобном заведении – роскошь, которую Мосси вряд ли может себе позволить, но Мосси не принимала возражений. Устроившись в уютном зале, отведав превосходную жареную куропатку, молодую баранину с мускусом и сочный яблочный пирог, Леони наконец поддалась уговорам подруги и принялась изливать ей душу. В лице Мосси она неизменно находила самую внимательную и доброжелательную слушательницу.
– Ты должна начать новую жизнь, – заявила Мосси. – Как я. Иначе все пропало. Забыть прошлое ты не сумеешь, так что хотя бы как можно реже вспоминай о нем.
– Именно это я и пытаюсь сделать, Мосси, – ответила Леони и пояснила: – Я про новую жизнь. Здешние места я знаю и люблю, и, кроме того, в нынешних обстоятельствах я не могу позволить себе снимать жилье в городе.
– Ты уже решила, как поступишь с Октагон-хаусом? Продашь его или оставишь себе?
– Прежде всего дом надо отремонтировать, – объяснила Леони. – Затем отделать его и выставить на продажу. Будем надеяться, что сделка принесет мне небольшую прибыль. А потом я начну все сначала, каждый раз откладывая небольшую сумму, чтобы в конце концов обзавестись собственным уютным гнездышком. А может, открою мастерскую – вроде нью-йоркской. На выходные сюда съезжаются туристы со всего штата, так что солидная клиентура мастерской обеспечена. Думаю, кое-кто из моих старых клиентов не поленится совершить путешествие по долине, чтобы заглянуть в мастерскую.
– А зимние вечера? – напомнила Мосси. – А одинокие ночи? Одиночество – нелегкое испытание, дорогая, можешь мне поверить. В этом я уже убедилась на собственном опыте.
– Но жить одной в большом городе тоже нелегко, – резонно возразила Леони. Подняв свой бокал, она кивнула Мосси. – К счастью, у меня есть ты.
Мосси просияла.
– Конечно, – закивала она. – А это немало. Но как же насчет мужчин? Здешние места не
Леони засмеялась.
– На время я решила завязать с мужчинами, – сказала она. – Ими я сыта по горло. – И для убедительности она провела по шее ребром ладони.
– Умница, – с воодушевлением подхватила Мосси. – На твоем месте я не упустила бы случая отомстить им. Отплатить этим негодяям той же монетой.
Леони снова засмеялась.
– Что тут плохого? – продолжала Мосси. – Возьми за образец «Лисистрату». Впрочем, почему бы нам не продолжить этот разговор в домашней обстановке? Уже поздно, а мы могли бы заехать ко мне и пропустить по стаканчику.
– С удовольствием, – откликнулась Леони.
После того как Мосси расплатилась с помощью кредитной карточки, подруги с чувством глубокого удовлетворения покинули идиллический ресторан.
Как только они вошли в маленький, но ультрасовременный дом Мосси в Чатеме, она тотчас раздвинула тяжелые шторы в гостиной с высоким потолком и стеклянной стеной. Вдали виднелись подмигивающие огоньки – свет в окнах домов, рассеянных у подножия Беркширских гор. А над холмами и равнинами в ночном небе искрились мириады звезд.
Мосси выставила на журнальный столик хрустальный графин с бренди и два высоких стакана. Отмерив две щедрые порции, она протянула один из стаканов Леони.
– За твое здоровье и счастье, – провозгласила Мосси.
– И за твое, – подхватила Леони.
Отпив бренди, обе сели. Мосси растянулась в шезлонге, Леони расположилась в пухлом, уютном кресле.
Прикурив сигарету, Мосси выпустила к потолку струйку дыма и обернулась к подруге.
– Вернемся к нашему разговору. Если вспомнить, через что тебе пришлось пройти, по-моему, ты справилась с этой задачей блестяще.
– Спасибо, Мосси, – откликнулась Леони. – Не знаю, что стало бы со мной, если не ты. О своем разводе я почти ни с кем не говорила – это слишком трудно, к тому же большинство нью-йоркских знакомых вряд ли стали бы слушать меня. Ты же знаешь, бывают люди, способные поддерживать лишь пустую болтовню. Или разглагольствовать о собственных достижениях.
– Могу стать голосом опыта, если не разума, – предложила Мосси. Она вновь затянулась и продолжала: – После того как Ларри променял меня на молоденькую модель, я решила, что больше ни за что не позволю мужчине заманить меня в сети любви и брака. Мне еще не встречался одинокий мужчина, который бы видел в женщине не только игрушку для постельных утех, но в первую очередь друга.
– Ну и ну! Какие мы, оказывается, циничные! – насмешливо заметила Леони.
– Чертовски верно, – кивнула Мосси, – и не без причины. – Она яростно ткнула сигарету в пепельницу. – Ох уж эти мне мужчины! – выпалила она. – Все они сделаны из одного теста!
– А сейчас ты с кем-нибудь встречаешься? – полюбопытствовала Леони.
– Встречаюсь? Как бы не так! Да, я не прочь время от времени побарахтаться в постели, но встречаться – нет уж, увольте! – Мосси глотнула бренди, с громким стуком отставила стакан и прикурила очередную сигарету.