До последнего

Болдаччи Дэвид

— На светофоре повернете налево, — сообщил голос. — Потом проедете милю с четвертью и свернете направо.

— Прикажете записывать ваши указания или, быть может, пришлете мне факс? — рявкнул Веб, который и впрямь предпочел бы иметь дело с факсом.

— Заткнитесь и делайте, что вам говорят.

Что ж, по крайней мере теперь он знал, что его слышат. Через некоторое время, однако, Веб осознал, что его не только слышат, но и видят. Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел вереницу ярко полыхавших автомобильных фар. Веб особенно не любил тех преступников, у которых напрочь отсутствовало чувство юмора, поэтому он занес своего невидимого штурмана в черный список зануд, мысленно пообещал при случае ему отплатить и всякие переговоры с ним прекратил — лишь строго следовал всем его указаниям.

Через

некоторое время выяснилось, что он заехал в так называемую мертвую зону, где речушка Анакостия огибала северо-восточную и юго-восточную окраины Вашингтона и где за последние семь лет было убито около тысячи человек. Для сравнения: за то же время в респектабельной северо-западной части округа Колумбия было совершено всего двадцать убийств. Зато в северо-западной части города было зафиксировано куда больше случаев воровства и грабежей. Должно быть, по той причине, что у населявших северо-восточный и юго-восточный районы бедняков просто нечего было брать. В подобном распределении преступлений по районам заключалась хоть какая-то, пусть и извращенная, но справедливость.

Веб ехал дальше, повинуясь командам, которые продолжали поступать по переговорному устройству. Вскоре он оказался на грязной дороге, которая петляла среди высаженных на обочине деревьев. Веб бывал в этих местах. Здесь в тихих домиках любили отсиживаться бандиты, уставшие от постоянных перестрелок и кровопролития. Группа ПОЗ проводила здесь несколько операций. Одна прошла без сучка без задоринки, а вторая завершилась перестрелкой, в результате которой на полу осталось три трупа. Бандиты были настолько разъярены неожиданным вторжением стражей порядка, что, даже находясь под прицелом, не подняли рук, а потянулись за своими пушками. Возможно, они думали, что позовцы, прежде чем открыть огонь, сделают несколько предупредительных выстрелов. Но у бойцов ПОЗ в инструкции по применению оружия о предупредительных выстрелах не было сказано ни слова. Когда Веб нажимал на спусковой крючок, какой-нибудь человек всегда падал мертвым.

— Остановите машину, — скомандовал невидимка, — и вылезайте. Оружие оставьте на переднем сиденье.

— Откуда вы знаете, что у меня есть оружие?

— Если вы не взяли с собой оружия, значит, у вас вместо мозгов дерьмо.

— А если я оставлю оружие в машине, что тогда, по-вашему, у меня вместо мозгов?

— Если не оставите, вам вообще мозги вышибут.

Веб положил свой пистолет на переднее сиденье, медленно выбрался из автомобиля и огляделся. Но ничего не увидел, кроме деревьев и безлунного неба. Он почувствовал запах близкой реки, но вряд ли его можно было назвать успокаивающим. Потом до него донеслись звуки, которые отнюдь не свидетельствовали о том, что к нему приближается Большой Тэ. Это было легкое шуршание, издаваемое при передвижении грызунами, мелкими хищниками, а также всякой шушерой из преступного мира, подбирающейся к своей жертве. Веб впервые по-настоящему пожалел, что не спрятал Романо в багажнике машины.

Люди приближались; Веб слегка напрягся. Наконец из-за деревьев вышли трое. Все они имели мощное сложение и были выше его ростом. Кроме того, в руках у них было оружие, и направлено оно было в сторону Веба. Но он смотрел не на них, а на гораздо более крупного человека, который держался на заднем плане. Веб догадывался, что ему предстоит встреча с Большим Тэ, но, увидев его воочию, разволновался несколько больше, чем ожидал. На этот раз Большой Тэ был в другой одежде, тем не менее его костюм был выдержан в прежнем «средиземноморском» стиле. Правда, этой ночью расстегивать рубашку до пупа он не стал. При приближении великана у Веба неожиданно заныли все порезы и травмы, которые он получил, когда с ним схлестнулся, — как если бы Большой Тэ испускал некие невидимые лучи, вызвавшие в его организме мгновенную химическую реакцию. Рядом с Большим Тэ стоял белый парень, что поначалу удивило Веба, но потом он вспомнил о человеке по имени Клайд Мейси, который служил у гиганта телохранителем. В жизни он походил на скелет даже больше, чем на фотографии, которую Вебу показывал Бейтс. Веб вспомнил, что в разговоре Бейтс упомянул о человеке Коува, который должен был находиться в ближайшем окружении Большого Тэ. Так кто же он, задался вопросом Веб, — Мейси?

Пиблс? Мейси на стукача не походил, но как знать? Продолжая исследовать Мейси взглядом, Веб обратил внимание на то, что этот человек был одет в строгий костюм, а из уха у него торчал наушник. Это придавало ему сходство с сотрудником секретной службы. Вполне возможно, в прошлом он хотел поступить на службу в какое-нибудь государственное учреждение соответствующего профиля, но потом понял, что убивать людей ему нравится куда больше, нежели следить за ними и составлять протоколы. Пиблса же нигде не было видно. Судя по всему, новое поколение преступников — интеллектуалов и предпринимателей — не любило пачкать руки.

Трое парней с пистолетами окружили Веба. Большой Тэ стоял на прежнем месте и смотрел на Веба в упор. Мейси отошел в сторону. Он держался раскованно и одновременно настороженно. Можно было не сомневаться, что к своей работе он относится очень серьезно. Один из людей Большого Тэ вынул из кармана некий предмет, напоминавший небольшой микрофон, и принялся водить им сверху вниз по телу Веба. Другой стал ощупывать его в поисках спрятанного оружия. Оружия он не нашел, зато обнаружил и забрал его мобильник. Потом человек с похожим на микрофон прибором, который, по мнению Веба, был предназначен для поиска электронных подслушивающих устройств, обследовал машину Веба. Прибор запищал только раз, когда его поднесли к заднему сиденью, но это, похоже, нисколько не обеспокоило бандита. Он вылез из машины и кивнул своему боссу. Веб все отлично понял. Этот человек обнаружил электронное приемопередающее устройство, которое подложили к нему в машину. Большой Тэ сделал шаг вперед и, оттеснив своего подручного, облокотился о крышу машины. Вебу показалось, что он слышал, как автомобиль при этом заскрипел всеми своими сочленениями.

— Как лицо?

Голос большого Тэ не был ни визгливым, ни чрезмерно громким, или зловещим. Это был нормальный человеческий голос, спокойный и ровный. В нем не было ничего угрожающего. В любом случае это не был голос невидимого штурмана, который отдавал указания Вебу.

— Больше всего в той стычке пострадало мое самолюбие. Насколько я понимаю, вы — Большой Тэ?

Гигант рассмеялся и хлопнул себя по ляжке. Этот хлопок прозвучал, как удар грома. Большой Тэ был велик во всех своих проявлениях. Слышавшие слова Веба люди тоже засмеялись, следуя примеру своего босса.

— Большой Тэ. Вот черт. Ну хорошо. Большой Тэ — так Большой Тэ. Неплохо звучит, верно, парни?

Парни закивали и согласились, что «Большой Тэ» звучит неплохо. И даже очень. Но Мейси не удосужился изобразить на губах хотя бы подобие улыбки. Он неласково смотрел на Веба, словно бы желая ему побыстрее сдохнуть.

— Я не встречал человека более мощного и крупного, чем вы, но если бы встретил, то вряд ли отважился бы с ним познакомиться. — Веб знал, что в разговоре с преступником необходимо погладить по шерстке его «эго», достучаться до того лучшего, что еще осталось в его душе. И самое главное — не выказывать перед ним страха. Плохим парням нравится, когда их боятся. И они любят перерезать глотки боязливым.

Большой Тэ снова засмеялся. Когда же его лицо снова обрело серьезное выражение, его люди словно по команде тоже сделались серьезными.

— У меня проблема.

— Я приехал сюда, чтобы вам помочь. — Веб сделал шаг вперед и расправил плечи. Теперь он мог без труда справиться со стоявшими рядом с Большим Тэ двумя парнями. Другое дело сам Большой Тэ. Драться с ним было все равно что молотить кулаками гору Рашмор.

— Кто-то хочет меня подставить — заставить отвечать за то, чего я не совершал.

— А вы знаете, что произошло с моей командой?

— Влезать в такое дерьмо не в моих правилах — неужели вы не понимаете? — Большой Тэ перестал опираться о машину, распрямился и теперь нависал над своим окружением, как стоящий на постаменте памятник. Окинув Веба пронизывающим взглядом, от которого у того заколотилось сердце, он спросил:

— Как вы думаете, сколько мне лет?

Веб бросил на него оценивающий взгляд.

— Двадцать два.

— Тридцать два, — с гордостью произнес Большой Тэ. — Но это тридцать два года черного человека. — Он перевел взгляд на своего телохранителя. — Эй, Мейси! Сколько это будет в пересчете на возраст белого?