Доброе утро

Петерфройнд Диана

— А может, ты не так уж его и знаешь, — возразила я.

— А может, ему приятно, когда им восхищаются хорошенькие девушки, — ответил он.

Я в шутку запустила в него кусочком перца. Нет, вы только послушайте, хорошенькие девушки, а?

Мы все еще смеялись, когда к нашему столику подошла высокая блондинка — сантиметров на десять выше меня, если не считать шпилек модельных туфель. В ушах у нее были бриллиантовые серьги-гвоздики размером с добрую черничину, а одежда — ну точь-в-точь из репортажа про последние тенденции

миланской моды.

— Адам! — Голос у нее оказался очень музыкальным.

Он поднял взгляд.

— А, привет, — Адам встал и приобнял диву. Они смотрелись как парочка из рекламы последней коллекции Ральфа Лорена. Два неотразимых выпускника элитных университетов Северо-Востока.

— Ты совсем пропал и не звонишь. — Она надула губки.

— Прости, — Адам покосился на меня, — у меня э-э-м… было много работы…

Так значит, много работы? Ну, понятно. Это была работа. Даже эта «мисс Совершенство» не могла заподозрить в нашей встрече намек на свидание. Она не позаботилась представиться. Адам и не пытался нас познакомить. Она стала болтать о каких-то тусовках в Гринвиче. Я крутила в руках бокал с остатками пива. Разговор длился гораздо дольше, чем суперважный телефонный звонок Адама.

Похоже эта «мисс Совершенство» гораздо выше в списке его приоритетов, чем я.

— Так что я сейчас…

— Отлично, — сказала мисс Совершенство. — Тогда, может, увидимся в субботу на открытии регаты Бартона?

Регаты? Регаты? Боже, что я тут делаю? Да единственный раз, когда я хоть как-то пересекалась с регатами, это в «Добром утре, Нью-Джерси», когда мы делали репортаж о серии угонов машин от яхтенного клуба в Барнегат-бей.

— Да, — сказал Адам, — отлично.

— Ну и договорились, — сказала «мисс Совершенство» и повернулась ко мне: — Приятно было познакомиться.

Врет и не краснеет. Я чуть было не ляпнула это вслух.

— Прости, — продолжила она, — просто я так рада снова встретить Адама!

— Пустяки, все в порядке, — сказала я, — в порядке, в порядке, в порядке.

Господи, Бекки, заткнись! Производишь впечатление слабоумной. Но у меня колотилось сердце и вспотели ладони, Что я вообще делаю рядом с этой богиней амазонок?

Она ушла, Адам сел на место.

— Прости, пожалуйста.

— Ну, я, собственно, сюда сегодня и пришла за этим, — выпалила я, — потому что не знаю никого, кто был бы знаком с Майком, а мне действительно нужна твоя… профессиональная консультация.

— Моя… консультация? — удивился Майк.

— Ага, — я отчаянно выискивала в своем скудном словарном запасе подходящее слово. — Ну, понимаешь, я здесь новенькая, и у меня не так уж и много… контактов по работе.

А еще надо собрать остатки гордости. Пора уходить. Прямо сейчас.

— Отлично, — протянул Адам, — значит, будем… поддерживать контакты по работе.

— Именно.

— Их много не бывает, — сказал он ровным тоном.

Может, ему и девушек

много не бывает. Я совершенно не представляла, что мне теперь делать. Вечер безнадежно испорчен. Пойду и убью Ленни. Мне и в голову бы не пришло счесть приглашение свиданием, если бы не он и его дурацкая образцовая женушка. Он посеял во мне глупые надежды, что может что-то получиться, если такая, как я, будет встречаться с таким, как Адам. Но, конечно, это глупо. Глупо. Глупо.

Надо бежать.

— Ну, — протянула я руку, — еще увидимся. Обязательно.

Он поднял бровь, но руку пожал.

— Хорошо.

Я схватила пиджак — и опрометью вон из бара. Перевела дыхание, только выскочив на полутемную улицу. Господи, ну почему я могу выслеживать по лесам маньяков-ведущих с ружьями, а поддержать беседу с симпатичным парнем в модном баре на Манхэттене не могу? Может, у меня такой выверт мозга? В детстве я отбила себе тот его участок, который отвечает за романтические отношения? Может, мне нужна поведенческая терапия? Может когда-нибудь удастся заблокировать это патологическое неумение строить отношения с парнями? Смешно.

Я украдкой заглянула в бар через окно. Адам все сидел за нашим столиком и глядел на дно своего бокала с пивом. Вид у него был расстроенный, наверное, не меньше, чем у меня. И тут я увидела, что он потянулся через стол и взял что-то, лежавшее рядом с моим бокалом.

Мой пропуск. Только не это. Может, пойти и забрать его? Но достанет ли у меня сил взглянуть Адаму в глаза?

Адам нежно провел пальцем по моей фотографии на пропуске. Я вздрогнула, будто он дотронулся до моего лица. Он еще немного посмотрел на мою фотографию, тряхнул головой, и положил пропуск в карман рубашки.

Черт. Я ведь сама все испортила.

10

На следующее утро мой пропуск лежал на проходной.

— Вы уж в следующий раз повнимательнее, — сказал охранник, пока я подписывала необходимые бумаги, чтобы получить его обратно.

— Да, конечно, — пообещала я.

В ту минуту мне больше всего хотелось свернуться клубочком и умереть. Естественно, Адам не стал мне звонить и говорить, что нашел мой пропуск или что отдаст его охране. Я ведь сбежала от него как от чумы. Может, он вообще больше не захочет со мной разговаривать. Нет, но как это низко с его стороны, оставить пропуск у охраны!

Боже, до чего унизительно.

Я отправилась вниз, в студию «Доброго утра», где меня ждало очередное испытание — генеральный прогон перед первым появлением Майка в эфире. Ленни поджидал меня в кабинете.

— Ну и как? — спросил он.

— Полная катастрофа, — сообщила я из-за кофе-машины. — Все, больше я не стану тебя слушать.

— А что так? — удивился Ленни. — Мне говорили, Адам — настоящий мачо.

— Адам отличный парень, — сказала я. — Это я ходячая катастрофа.