Добрый 2
Шрифт:
— Какие?
— Ну, например, твоя психика должна быть устойчива, как гора.
— Раз, — загнул я палец. — А зачем?
— Представляешь, ты умер — и вдруг очнулся духом. Тут твой мозг может так вывернуться… — Ариэль помолчала, то ли вспоминая, то ли что-то прикидывая в уме. — А сумасшедший дух — это то ещё бедствие. Помню, один столько бед наделал, пока его не упокоили. Впрочем, давай потом, долгая история.
— Хорошо, а что ещё?
— Место духа должно освободиться. Старый дух должен исчезнуть.
— Два.
— Ну, ты должен быть эмоционально сдержан,
— Стоп, стоп, стоп, — не выдержал я. — Это точно про духов?
Красивая затрещина русалочьим хвостом не преминула прилететь мне прямо по голове.
— Вот, — ткнул я в Ариэль указательным пальцем, — а ты говоришь мне узнай про духов. У кого, если сами духи про себя такие сказки сочиняют, что Братья Гримм бы обзавидовались.
Под второй удар хвоста я удачно поднырнул и, ободрённый успехом, показал русалке неприличный жест.
— А кто такие эти братья? — запоздало поинтересовалась Ариэль.
— Сказочники моего мира. Детям такого насочиняли, что третью сотню лет слушают и всё наслушаться не могут. Впрочем, если ты начнёшь свои правдивые истории рассказывать, то браться посыпят голову пеплом и повторно скончаются от стыда за ту халтуру, которую они делали.
— А что за сказки? — Ариэль подозрительно пропустила подколки по поводу себя. То ли решила преподнести месть холодной, то ли ей было действительно интересно и она решила простить на этот раз.
— Ну, разные, — расслабился я, поняв, что хвостом не прилетит. — Например, как одна юная девчушка жила с семью бородатыми карликами. Или про странные отношения другой девчушки в шапке вызывающей расцветки с мощным хищным зверем.
— Теперь я понимаю, откуда ты такой, — задумчиво произнесла Ариэль. — Если в детстве это слушать, тогда да. Можешь успокоиться, духом после смерти ты не станешь, даже если за тебя всем миром просить будут.
— Да не очень-то и хотелось. Эти ваши духи… да на них характеристики как на заправских эсесовцев. Истинный скончавшийся. Характер нордический, выдержанный. С товарищами по духовству поддерживает хорошие отношения. Безукоризненно выполняет свой духовской долг. Беспощаден к врагам духовства. Холост. В связях со смертными, порочащими его, замечен не был. Отмечен наградами высшего духовства. А кстати, у вас есть те, кто вами командует?
— Нет. Все духи сами по себе.
— Ага, опять сказки. А кто же тогда изгнал моего Ита из леса?
— Его изгнал совет, — отрезала Ариэль. — Общий совет, — дополнила она, оценив выражение моего лица. — Да что я тут распинаюсь?!
— А потому что сама говорила мне узнать про духов получше, вот и отдувайся.
— И не подумаю.
— Ладно, последний вопрос. Мой Ит при жизни был кто? Или это закрытая информация?
— Тебе зачем?
— Надо же понять, с кем имеешь дело.
— Твой Ит был только что родившимся младенцем. Мать специально отнесла его в лес на погибель. Он был случайным и не нужным ребёнком.
— Печально… Вот только с твоими словами не сходится. Где нордичность, стойкость и выдержанность у новорождённого младенца?
— Он новорождённый — идеальный экземпляр для духа.
— Там Мара и Хлоя дерутся, — запыхавшийся Ит с трудом перевёл дух.
— Подумаешь, немного выпустят пар да волосёнки повыдирают друг другу, — меланхолично отмахнулся я. — Потом обнимутся, помирятся, и такие шевелюры себе нарастят, что…
— Нет, они серьёзно, — перебил меня Ит, — на смерть.
— Что?! — взвыли мы в один голос с Ариэль и рванули к принцессам.
***
По мере того как мы с русалкой, которая экстренно заменила хвост на ноги, подбегали к нашему с принцессами жилищу, меня охватывало всё большее чувство тревоги. Тишина, стояла поразительная тишина, как в звуковом, так и визуальном эфире. Ни каких вам криков, воплей, скандалов, звуков глухих ударов, громовых раскатов, треска шаровых молний, ярких всполохов, сверкания и искрения.
— А ты уверен, что они убивают друг друга, а не спят или по грибы пошли?
— Я дух, — отрезал Ит.
— Ладно, верю, — согласился я и поднажал.
Благодаря ускорению я добежал первым. Добежал и как вкопанный встал, приклеившись к месту. Принцессы стояли и сверлили друг друга взглядом. Вот просто так. Молча. Почти любовно. Причём на меня абсолютно не отреагировали. Даже ни одна ресничка не дёрнулась в мою сторону.
— Убивают, значит? Хорошие у вас понятия об убийстве. У нас это как-то по-другому происходит. Ладно, сейчас я их быстренько разведу по разным сторонам, и всё убийство на этом закончится.
— Стоять! — припозднившаяся русалка тормознула меня буквально в полуметре от принцесс. — Жить надоело?
— И эта туда же. У вас, духов, сегодня массовый психоз? Одному драка на смерть мерещится. Другая кончину мою на пустом месте видит. Вы бы завязывали, духи.
— Ты реально не видишь? — поинтересовалась Ариэль.
— Тебя вижу. Принцесс вижу. Ита не вижу, а кстати, почему?
— Ты не видишь, что девки сцепились действительно не на жизнь, а на смерть?
— Чем сцепились? И какая смерть? Да они когда друг в друга мегаваттами энергии кидались, не то что сами не пострадали, в радиусе километра ни одна инфузория туфелька от сердечного приступа не издохла. Смотри, просто играют в гляделки. Кто первая моргнёт, та сегодня посуду и моет. Слуг нет, всё самим приходится.
Произнося весь этот монолог, я потихонечку, по миллиметрику, приближался к принцессам. Чтобы в последнем рывке успеть отбросить их в разные стороны и не быть пойманным за пятку ловкой русалкой. Ну, не буду же я ей объяснять, что эти гляделки я уже видел. Правда, тогда Хлоя с вождём гляделась, но, думаю, большой разницы — Великий вождь или принцесса Мара — нет. Может, шандарахнет чуть по сильнее, но не смертельно.
Откуда такая уверенность?
Да вот знаю, и всё.
Ну, пора действовать. Дальше приближаться опасно, и так не понимаю, как Ариэль до сих пор не заподозрила. Так, аккуратный вздох. Прыгнуть и оттолкнуть принцесс в разные стороны. Раз. Два. Три. Погнали!