Добрый 2
Шрифт:
— Я тут… а он. — Мара захлебнулась от негодования.
— Да, Серёжа, ты нас напугал, — подключилась Хлоя.
— Нормально. — Я попытался сесть, но сил не было даже на это. Принцессы с двух сторон бросились мне помогать. — Я, значит, их напугал. А какого вы тут сцепились, как две кошки? Только что мерзких воплей не было. — Принцессы синхронно потупились. — В вас, между прочим, МОИ дети. И прежде чем вы поубиваете друг дружку, а соответственно и МОИХ детей, нужно спросить у МЕНЯ разрешения.
— У нас матриархат, —
— Всё, с сегодняшнего дня матриархат отменяется. Кто за? Все. Единогласно. А для всех несогласных введу домострой. Возражения есть?
— Ты бы выбрал, вкусненький, — не повелась на моё рационализаторское постановление Мара.
— А я сейчас что сделал? Или отмена матриархата, за выбор не засчитывается?
— Она не про это, — поддержала подругу Хлоя. — Не хочешь матриархат, не нужно. Только и мы не хотим так.
— А сами решить этот вопрос не можем, — продолжила Мара.
— Поэтому во избежание, так сказать, — немного замялась Хлоя.
— Короче, вкусненький, ты давай реши, с кем будешь. А мы это героически примем. Да? — Мара пристально посмотрела на Хлою.
— Да, — согласилась принцесса гелов. — Тем более и матриархат отменили.
— Это вы вот так сейчас со здоровых голов на одну мою больную? Хочу заметить, что больную вашими стараниями. Сами меня во всё это втянули, а сейчас давай, Серёженька, выбирай, решай.
Две принцессы смиренно потупили взоры.
— И хочу вам, кстати, напомнить, что есть ещё Болотная-младшенькая. Непонятно, правда, куда слинявшая. Да ещё, как оказалось, она была первая. И эта жёлтая майка лидера останется за ней.
Принцессы на секунду синхронно сверкнули очами, но быстро взяли себя в руки и потупили взоры ещё больше.
— В общем так. Я предлагаю дождаться её, и тихим семейным кругом решить эту проблему. Возражения есть? Возражений нет. А сейчас мне нужно побыть одному. — Я быстренько попытался спровадить принцесс, поскольку возражения явно уже пытались сорваться с их языка. — Моему организму нужен отдых, а мозгу — покой. Кто-то совсем недавно подверг и то, и другое нехиленькой магической атаке. Или вы решили меня добить? — Принцессы синхронно мотнули головами. — Всё, пойду освежусь. А вы постарайтесь не поубивать друг друга до моего возвращения. А то Болотная так и придёт к финишу в своей майке лидера, только уже без здоровой конкуренции.
Произнося эти слова, я сделал героическое усилие, и всё-таки смог себя поднять в вертикальное положение. Что было, кстати, непросто. Тело отказывалось функционировать в прежнем режиме и выполнять даже простейшие команды, типа сидеть, лежать, голос, апорт, дай лапу. Ладно, шучу. Лапу я у него не просил. А всего лишь попросил принять горизонтальное положение. Скрипя всем тем, чем только можно поскрипеть, хорошо хоть неслышно, и разваливаясь прямо по ходу действия, моё физическое «Я» приняло-таки вертикальное положение и, пошатываясь и вихляя во всех плоскостях сразу, побрело к ближайшему
— Помогать не нужно, — бросил я, не поворачиваясь Хлое и Маре, абсолютно серьёзно пологая, что меня сейчас возьмут под белые локоточки и начнут активно провожать.
Скорее бы добраться до воды. Вот прямо чувствую, что сейчас это то, что доктор прописал. Интересно, моё теперешнее состояние — это последствие магического удара двух принцесс? Или это постсмертный шок? Типа организм уже смирился, что он мёртв, расслабился и только начал получать удовольствие, а тут его — на! И мордой обратно в реальность.
Последние два шага до вожделенного плюха в страстно желаемую жидкость я буквально сделал, перебирая ногами в воздухе уже в падении. И как только вода сомкнулась надо мной, постарался уйти камнем на дно. Получилось. Студёная вода придала сил и позволила в несколько гребков нырнуть поглубже.
Всё. Мне нужно подумать.
— А ты зачастил. — Ну конечно, куда же без неё. Думать накрылось медным тазом. Сейчас будут поедать мой мозг чайной ложечкой.
— Мне показалось или ты со мной попрощалась?
— Когда? — не поняла Ариэль.
А если мне действительно всё это привиделось? Если это игра воображения моего шандарахнутого магией мозга, тогда что? Как я буду объяснять это русалке? Хотя история-то красивая. Ну, про неё с вождём. Даже есть от чего прослезиться.
— Так когда я с тобой прощалась? Уж не тогда ли, когда ты, не слушая никого, попёр к двум магичкам прямо под перекрёстный удар?
— Но ведь получилось, — возразил я.
— Да, каким чудом ты сейчас не сгораешь на погребально костре, а отмачиваешься в моём водоёме, мне действительно не понятно. Не поделишься секретом?
— Только в обмен на твой секрет. Что у тебя было с Великим вождём?
— Не твоё дело, — чётко ответила она. При этом ни тени удивления не промелькнуло на её лице.
Значит, это действительно была фантазия моего воспалённого мозга. Не могла Ариэль так сыграть. Она дух, а не актриса. Хоть на секунду бы, но прокололась. Хотя бы тень удивления, но в глазах мелькнула бы. Хоть частичка непонимания, чего это я по новой спрашиваю, когда мне давеча всё обстоятельно рассказали. Хоть грамм гнева по поводу моей тупизны на излитую русалочью душу. Нет. Ничего этого не было.
— Ну, не моё так не моё, — проворчал я. — А ты меня, значит, бросила?
— А я тебе не нянька, — огрызнулась Ариэль. — Я тебя честно пыталась остановить. А потом… у тебя там две плакальщицы были. Зачем тебе третья?
— А чего, реально бы поплакала над моей ещё не остывшей тушкой?
— Больно надо, — фыркнула русалка. — Я дух и лучше всех знаю, что такое смерть.
Возразить на это было абсолютно нечего. Мне казалось, что оплакивают усопшего по другим причинам и из других побуждений. А не потому что не знают, что такое смерть. Но, впрочем, философствовать на эту тему у меня сейчас не было никакого желания.