Добыча
Шрифт:
В конце концов на рассвете, когда наши ноги от долгого спуска уже окончательно утрачивают чувствительность, Клэр неожиданно резко сворачивает влево и протискивается в узкую щель между двумя камнями. Когда мы, следуя за ней, выходим с другой стороны, то словно оказываемся на другой планете.
Вместо безжалостного ветра горного склона нас встречает тишина хвойного леса. Мы радостно вступаем под его полог, на зеленую траву, где между гордыми колоннами секвой то тут, то там виднеются хризантемы. Легкое журчание становится громче, и мы наконец
— Почти пришли, — говорит Клэр.
Теперь лес пронизывают солнечные лучи, выхватывая все новые формы и тени. Все здесь пропитано теплом и светом. Птицы, невидимые с земли, щебечут в кронах деревьев над нами. Свернув в очередной раз, Клэр складывает ладони рупором и издает переливчатый крик. Мы такого раньше никогда не слышали. Бен смотрит на нее во все глаза.
— Я предупреждаю Миссию, — поясняет Клэр. — Они должны знать, что я вас нашла.
И тут лес неожиданно заканчивается. Мы замираем на месте.
Над нами вздымается стена крепости, высотой в несколько этажей. Она построена из огромных валунов, соединенных массой бетона, камней и древесных стволов. Солнце поднимается над окружающими вершинами, и плачевное состояние крепости становится очевидным. Только угловую башню, облицованную гладкими темными листами железа, с длинным огибающим окном, поддерживают в порядке. В окне горит свет.
— Это кабинет Крагмэна, — указывает Клэр.
Клэр ведет нас к раскрытым воротам — двум огромным листам металла, в шесть дюймов толщиной и высотой в три человеческих роста. Судя по ржавчине на рельсах, по которым они должны ходить, ворота давно не закрывали. Скорее всего, не один год. Клэр снова подносит руки ко рту и испускает очередной переливчатый вопль.
Мы проходим через ворота и оказываемся в крепости.
— Ого, — произносит Бен тихо, как будто боится спугнуть видение.
Внутри оказывается целая деревня. Рассветное солнце освещает ее, окрашивая сияющим красным цветом домики с соломенными крышами. Согретые ревущими внутри очагами, они кажутся уютными, как подушки. Из высоких декоративных труб спокойно струится дымок. В домике поблизости открывается окно. В нем появляется лицо, за ним тут же еще одно.
Перед нами струится ручей с прозрачной, как хрусталь, водой. Над ним перекинут вымощенный галькой мост, камни которого блестят в рассветном солнце, как приветливо подмигивающие глаза.
Открывается еще больше окон, в них высовываются большие и маленькие головы. Распахиваются двери, и на улицу высыпают люди. Бен хватает Сисси за руку.
— Сисси? — шепчет он в радостном потрясении.
Она улыбается:
— Теперь все будет хорошо.
Люди выбегают на улицы, как стая золотых рыбок, в одеждах ярких веселых цветов. Они не торопятся, но идут к нам, странно переваливаясь с ноги на ногу. Я вижу, как сверкают их глаза.
— Много вас здесь? — спрашивает Эпаф.
— Пара сотен, — отвечает Клэр.
Мы останавливаемся у мостика. На другой стороне это
Из толпы выступает крупный мужчина, с округлым, колышущимся животом. Мое сердце замирает — но только на секунду. Нет, этот огромный человек не может быть моим отцом. Он некоторое время нас рассматривает, а потом откидывается назад, прижав согнутые руки к бокам, и разражается хохотом, громким и полным жизни. Он идет к нам, и его фигура по мере приближения кажется все огромнее. На полпути, у верхней точки моста, он, широко улыбаясь, распахивает объятия.
— Добро пожаловать в Миссию, — произносит он низким звучным голосом. — Мы вас ожидали.
Он отступает на несколько шагов. Его присутствие действительно подавляет, харизма льется из него дождем. Его огромный силуэт заслоняет восходящее солнце, становится холоднее, но только на секунду — он быстро отходит, как будто понимает это. Его улыбка блекнет, и он переводит взгляд с одного на другого, очевидно пытаясь понять, кто лидер. Его глаза, не останавливаясь на Сисси, переходят с Эпафа на меня. Он задерживает взгляд на мне, потом опять смотрит на Эпафа, наконец поворачивается ко мне и снова улыбается до ушей.
— Меня зовут Крагмэн. Очень рад знакомству. Не могу описать, в каком я восторге от нашего знакомства! — он протягивает мне руку, и моя ладонь полностью исчезает в ней. Рука у него мощная, массивная, но с мягкой и гладкой, как у женщины, кожей.
— Пойдемте? — он отходит в сторону и медленно поднимает руку, указывая направление.
Мост изгибается под нами, как радуга, и ведет нас в море улыбок.
Сначала мы ступаем на мост осторожно, но радостное настроение и желание узнать, что же нас ждет, возрастает. Сисси и мальчики выросли в Куполе и никогда раньше не оказывались в толпе, поэтому они напряженно останавливаются на верхней точке моста. Отсюда мы можем чувствовать запахи еды — каких никогда раньше не ощущали. В животе у нас урчит.
— Это должна быть она! — кричит Бен. — Просто обязана! Земля Молока и Меда, Плодов и Солнца, — он дергает Сисси за рукав. — Это же то место, правда? То место, куда Ученый обещал привести нас?
Она не отвечает, но я вижу, как увлажняются ее глаза.
— Это ведь правда, да? — спрашивает Дэвид.
Наконец она едва заметно кивает:
— Может быть, но нам все равно надо…
Но это все, что Дэвид и Джейкоб хотели услышать. Они тут же хватают нас за руки и тянут на другую сторону моста.
Толпа расступается — не полностью, — чтобы дать нам пройти. Мы протискиваемся сквозь местных, и они тянут руки прикоснуться к нам, им не терпится похлопать нас по спине и плечам. Все радостно кивают и сверкают ослепительными, невероятно белозубыми улыбками. Куда бы мы ни посмотрели, везде встречаем приветливые взгляды и кивки. Бен дергает меня за руку. Я поворачиваюсь и вижу, что по щекам у него струятся слезы. Он говорит что-то, но я не могу расслышать ни слова из-за шума вокруг. Я наклоняюсь и успеваю разобрать: