Добыча
Шрифт:
Услышав снаружи шум автомобиля, Энджи поднялась и выглянула в окно кухни: на улице из грузовичка выбирался Харлан. Она заранее загрузила кофеварку и, проходя к двери, нажала кнопку приготовления.
— Заходите, — позвала она, распахивая дверь. — Кофе сейчас будет.
— Звучит неплохо.
Когда отец был жив, Харлан сюда частенько заглядывал, но это был его первый визит с тех пор, как Энджи переехала и взяла дела в свои руки. Он с интересом оглядел кухню, отмечая изменения — подновленную кухонную мебель, различное оборудование и свежую покраску. Обстановка ничего особенного из себя не
— Хорошо смотрится, — одобрил риэлтер. — Мне нравится этот цвет.
Как любой мужчина, Харлан, скорее всего, мало смыслил в расцветках, но являясь агентом по недвижимости, наверняка знал, что пользуется спросом, а что нет.
Энджи рассмеялась.
— Любой цвет лучше того, что здесь было раньше.
Она никогда не считала себя специалистом в дизайне интерьеров, но старые выцветшие, местами вздувшиеся обои успели ей намозолить глаза ещё до отъезда. К ее возвращению стены из некрасивых превратились в кошмарные. Содрав обои и покрасив стены в темно-бежевый цвет, удалось значительно улучшить обстановку.
— Пожалуй. — Харлан снял пальто и шляпу и повесил на крючки возле двери. — Давненько я тут не бывал. Что-то еще переделала?
— Немного подремонтировала освещение, кое-где покрасила, кое-что починила. Серьезного ремонта не требовалось. Давайте, покажу, где тут что.
Дом не отличался особыми наворотами, но был построен на славу. Любому зданию рано или поздно нужно перекрывать крышу и делать капитальный ремонт, но за жизнепригодностью своего жилища отец исправно следил — не считая таких косметических мелочей, как обои, — поэтому Энджи не пришлось раскошеливаться по-крупному. Пока что, тьфу-тьфу, новые ручки для кухонных шкафчиков были единственным и самым затратным ее вложением в этот дом.
Энджи переставила мебель и перекрасила стены, превратив хозяйскую спальню в комнату для гостей. По возвращении ей как-то не захотелось устраиваться в комнате отца. Собственная старая спаленка привлекала гораздо больше, и обосноваться там казалось естественным. Иногда клиентами становились женатые пары, и если они нравились Энджи настолько, что мысль об их присутствии в ее доме не вызывала отторжения, то она предлагала супругам хозяйскую спальню вместо того, чтобы отправлять ютиться в крошечном домике, который по всем параметрам больше подходил для одного человека, чем для двоих.
Харлан отдал должное ее улучшениям, но, вопреки ожиданиям, фотографировать не стал. Оказалось, он даже не взял с собой фотоаппарат, если только в его кармане не прятался современный ультратонкий цифровик.
— Фотоаппарат остался в машине?
— Забыл, — вздохнул Харлан, бросив виноватый взгляд на Энджи.
Девушка была удручена задержкой: отъезд завтра утром, и охота может продлиться еще целую неделю. Получается, минимум на этот срок будет отложено размещение объявления о продаже дома. Загашник до того оскудел, что Энджи даже слегка запаниковала из-за забытого риэлтером фотоаппарата, но все же ей удалось выдавить улыбку и произнести:
— Теперь у вас будет повод еще разок заглянуть сюда.
— Пожалуй.
Гость последовал за ней на кухню и непринужденно расположился
Он кивнул на припасы на кухонном столе — едва хватало места для кофейных чашек.
— Похоже, охота будет долгой.
— На неделю, хотя сами знаете, как бывает: застрелят свою дичь в первый же день, и фактически на том и конец.
— Охотники за трофеями?
— Да. Я уже, как обычно, договорилась насчет мяса.
Это означало, что мясо пойдет в приют для бездомных или семье, которой нужна помощь с пропитанием. По закону нельзя, чтобы добыча пропадала зря.
— А кого поведешь?
— Один из них уже ко мне обращался, его имя Чед Крагмэн. Довольно милый парень, но не ахти какой охотник. Второй, Дэвис — его клиент. Думаю, это что-то вроде партии в гольф для особо крутых.
Харлан с тревогой посмотрел на нее.
— Будь осторожна.
— Я всегда осторожна.
Энджи прекрасно знала, о чем речь, и даже не притворялась, будто не понимает. Это только в идеальном мире проводнику-женщине не приходится принимать меры предосторожности, отправляясь в лес с группой охотников-мужчин, но реальный мир, к сожалению, не совершенен. Зато у нее есть голова на плечах. Энджи не только постоянно была вооружена во время походов, но и каждый раз предварительно сообщала кому-нибудь, куда поехала, с кем и когда должна вернуться. Клиенты извещены, что их имена известны кому-то еще. И это, пожалуй, лучшее средство защиты в ее арсенале.
Тем не менее она принимала противозачаточные. Энджи всегда держалась рамок приличий, никогда не флиртовала, а спала некрепко и с ружьем под рукой. Но некоторые вещи проконтролировать невозможно, и если сразу двое мужчин решат напасть, вовсе не факт, что ей удастся отбиться, хотя Энджи была более чем уверена, что уж одному-то сможет дать отпор. Она обезопасила себя насколько это в ее силах, и придётся этим довольствоваться.
Одно лишь жалко: отец на случай непредвиденных ситуаций приобрел спутниковый телефон, и первые два года она брала его с собой, но в этот сезон пришлось урезать расходы, и с телефоном пришлось расстаться в первую очередь. Со спутниковой связью Энджи чувствовала себя куда увереннее. Слава Богу, настоящих неприятностей за все годы ее работы проводником не случалось. Да и при отце тоже. Но ему нравилось иметь под рукой телефон.
Он обзавелся многими техническими достижениями — например, купил внедорожники, хотя по большей части предпочитал проделывать весь путь верхом, чтобы клиенты прониклись истинным духом приключений. Надо было продать лошадей в первый же год, а внедорожники сохранить, но сентиментальная привязанность возобладала над здравым смыслом, и Энджи оставила четвероногих нахлебников, не только потому, что отец души в них не чаял, но и по той глупой причине, что один из коней был ее любимчиком. Но в прошлом году Энджи всё равно потеряла Юпитера из-за колик, а другая лошадь сломала ногу, и ее пришлось усыпить. В результате нужда заставила купить двух новых жеребцов, ни один из которых даже близко так не полюбился Энджи, как коняги, которым потребовалась замена.