Добыча
Шрифт:
Энджи в то время жила и работала в Биллингсе: обычная, ничем не примечательная должность больничного администратора, но на съёмное жилье хватало, и всё, в общем-то, устраивало. Вот только она никогда особенно не стремилась заниматься чем-то определённым. В то время она просто хотела заработать себе на жизнь. Поэтому, когда умер отец, логичным шагом было возвратиться домой и взять в руки унаследованный бизнес проводника и организатора охот. В конце концов, раньше она частенько помогала отцу, поэтому вовсе не была новичком в сопровождении любителей путешествий. Она — приличный следопыт и неплохой стрелок. С другой стороны,
А потом вдруг случилось то, чего она сама не ожидала: ей понравилось. Понравилось находиться на природе в горах, понравилось быть безраздельной хозяйкой собственной судьбы. Было что-то особенное в том, чтобы выбраться из палатки ранним утром и ощутить, как захватывает дух от первозданной красоты окружающего. Как она прожила все эти годы, не понимая, что именно в этом её призвание? Наверное, понадобилось на время уехать, чтобы осознать, насколько подходит ей походная жизнь. Не сказать, чтобы её не устраивала жизнь в городе — ничего подобного. Ей нравилось разнообразие впечатлений и многолюдье, она обзавелась друзьями и даже посещала курсы по кулинарии и подумывала о том, чтобы заняться обслуживанием выездных обедов. Но она полюбила работать проводником, и теперь наслаждалась здешней жизнью куда сильнее, чем в детстве.
Энджи искренне жалела, что в прошлом приняла ряд неверных решений. Например, сохранила лошадей, продав внедорожники, а не наоборот. Соображать задним умом легко, да только поздновато. Кто мог предвидеть, что экономика вдруг рухнет ниже плинтуса, а от дискреционных расходов на что-то сверх жизненно необходимого останется лишь тень? Кто мог предвидеть, что вернётся Дэйр Кэллахан и перетянет на себя большую часть её бизнеса? Чего бы ему не оставаться в этой своей армии и не держаться подальше от её заповедного кусочка Монтаны?
Вот если бы…
Нет. Никаких если бы. Забудь, что тебе тридцать два, а при виде несносного Дэйра в животе порхают бабочки. Энджи не доверяла бабочкам, не позволяла гормонам и переживаниям взять верх. Одного раза вполне достаточно. Однажды она уже выставила себя полнейшей дурой, и до сих пор при воспоминании о том рекордно непродолжительном замужестве ей хотелось провалиться сквозь землю. Настойчивое желание покинуть Биллингс — место действия разыгравшейся катастрофы — немало поспособствовало энтузиазму взять унаследованное отцовское дело в свои руки.
Конечно, будь она в то время благополучно и счастливо замужем, наверняка продала бы бизнес и осталась в городе, просто потому, что жаль ломать устоявшуюся жизнь. Однако когда дела на личном фронте потерпели фиаско, Энджи настолько замкнулась в себе, что подруги в раздражении почти махнули на неё рукой. Вернувшись и снова обретя почву под ногами, она подлатала старые связи — женщинам нужно общаться друг с другом, — но к тому времени ей настолько полюбился новый уклад жизни, что в душный офис она вернулась бы только под страхом смертной казни.
Раздумывая о том, что надо бы отправить пару электронных писем — просто чтобы не пропадать из виду, — она открыла грузовичок и уже было начала забираться внутрь, но вдруг вспомнила, что собиралась прикупить гвоздей и скоб на починку изгороди. Сейчас подходящая возможность затовариться, ведь хозяйственный магазин совсем рядом. К тому же, не помешает перехватить и местные сплетни, чьим источником служила Эвелин Френч — болтливая половина хозяина магазина, которая владела заведением вместе с мужем. Их сын, Патрик, был единственным одногодкой Энджи в их небольшой общине, и все школьные годы Френчи и её отец возили их в школу в ближайший город в сорока километрах отсюда. Сейчас Патрик
Захлопнув открытую дверцу, Энджи поплелась по стоянке. Она смотрела под ноги, обходя глубокую рытвину, а когда подняла голову, то увидела его. Важную шишку, дьявола во плоти, Дэйра Кэллахана собственной персоной, который широкими шагами направлялся прямо к ней от стоянки по другую сторону от магазина, где, словно сияющий зловещий стальной монстр, блестел его большой чёрный внедорожник.
Видеть торжествующего соперника — это уже перебор. Сердце Энджи ёкнуло и ушло в пятки. Она среагировала машинально. Не раздумывая, не пытаясь собраться с духом, не заморачиваясь тем, как это выглядит со стороны, Энджи развернулась и заспешила обратно к машине, бормоча что-то себе под нос. Пожалуй, лучше купить гвозди и скобы по возвращении из похода, всё равно у неё раньше руки не дойдут до изгороди. Да, бегство было трусливым, но сейчас она не в состоянии вежливо улыбаться, кивать и притворяться, будто её мир не полетел в тартарары и этот тип тут ни при чём. Чёрт, угораздило же столкнуться с ним именно тогда, когда она выставила дом на продажу! Сделала именно то, к чему он её подталкивал. Да уж, иногда совпадения действительно хреновые.
— Эй!
Грубый окрик с примесью злости прокатился по пространству между ними. Энджи не обернулась. Вряд ли несравненный Дэйр обращается к ней: в конце концов, ей уже больше двух лет удавалось, насколько возможно, обходить его стороной, а когда совсем припекало, ограничиваться коротким «Привет». Поэтому Энджи мельком оглянулась по сторонам, любопытствуя, кому он кричит, ведь поблизости она никого не приметила.
И тут её как обухом ударило: а тут больше никого и нет. Только она.
Глава 2
Усыпавший дорогу мелкий гравий хрустел под его сапогами, когда Дэйр большими шагами приближался к Энджи. Его шляпа, надвинутая так низко, что затеняла б'oльшую часть лица, была тоже чёрной, как и внедорожник. Чёрные шляпы для плохих парней, верно? По части Дэйра у Энджи сомнений не было, потому что в её жизни он однозначно оказался плохим парнем. И сейчас на всех парах, будто локомотив, надвигался на неё.
Энджи схватилась было за дверцу, но поборов импульсивное желание бежать, остановилась. Она его не боится. Энджи чувствовала себя неловко в обществе мужчин, но всё потому, что не доверяла собственным, уже подводившим её, суждениям. Да и сколько можно трусить, не теряя остатков самоуважения?
Хватит, пора остановиться. Прыгнуть в машину и умчаться прочь по-прежнему казалось наилучшей идеей — особенно если удастся по дороге переехать конкурента, — но, ладно, пускай выскажет всё, что неймётся. Может, она и проиграла этот бой, да к чёрту, пускай даже продула всю грёбанную войну, но сейчас — один единственный раз — она встретится с победителем лицом к лицу, и после ей никогда больше не придётся с ним разговаривать, а уж тем более любезничать. Расправив плечи и вздёрнув подбородок, Энджи сняла руку с дверцы и отступила от машины. Внутри всё дрожало, но внешне она никак этого не выказала. Вся её поза напоминала изготовившегося к бою стрелка, лицом к лицу встречающего своего врага посреди улицы.