Добытчик
Шрифт:
– Они справятся.
– Посмотрим. Кстати, где наш друг Кара?
– На своем корабле. Он старый, ему стрелять уже не интересно.
Прерывая нашу беседу, Семенову поступил доклад от гранатометчиков:
– "Файер" для "Старшего" - мы на позициях.
– "Старший" дает добро открыть огонь. Действуйте!
Вот с чем у Семенова никогда не было проблем, так это с вооружением. Батя главный оружейный магнат Черномории и для сына ничего не жалел, снабжал его лучше регулярной имперской армии. Не бесплатно, конечно, но и три шкуры не драл, все по-родственному. Так что гранатометов на ВМБ "Гибралтар" хватало, и боеприпасов для РПГ-7 Семенов не жалел.
Гранатометчики
В этот раз по ним уже не стреляли. Пехотинцы ворвались в штаб и начали зачистку помещений, а мы последовали за ними и без помех, переступая через тела убитых гвардейцев, добрались до бункера в подвале. Сбыховский, офицеры его штаба и молодой Симаков, разумеется, были здесь. Связь с бункером имелась, и Семенов вызвал генерал-губернатора на разговор. Он ответил, деваться ему некуда, и после того как мы пригрозили похоронить его под развалинами штаба, принял здравое решение сдаться.
Когда Сбыховского и всех, кто вместе с ним прятался в убежище, выводили наружу, поступил доклад от моих диверсантов, которые практически без потерь захватили артиллерийские позиции. Ну а дальше все просто. Сбыховский отдал приказ экипажу "Аделаиды" сдаться, а Семенов добавил, что в случае не подчинения транспорт расстреляют из гаубиц. Моряки тоже сдались и на рассвете ВМБ "Гибралтар" снова перешла под полный контроль своего прежнего хозяина.
Вот ведь как бывает. Еще вчера ты верный слуга императора, а сегодня уже сепаратист. Что тут сказать? Наверное, это судьба. Одно событие потянуло за собой череду других, а мы под них подстраиваемся и стараемся изменить. В результате чего складывается реальность, которая кардинально отличается от запланированной. Хорошо это или плохо? Время покажет.
30.
ВМБ "Гибралтар". 26.05.2073.
Мы вернули свое. А что дальше?
Все очевидно. Необходимо связаться с Метрополией, сообщить о том, что произошло в "Гибралтаре", и выдвинуть свои условия. Но перед этим предстояло подсчитать потери и убытки, а заодно еще раз пообщаться с пленным генерал-губернатором и ознакомиться с его секретными инструкциями от императора.
С подсчетом потерь и убытками разобрались быстро. Я потерял шесть воинов, Буров восемь, а Семенов почти пятьдесят. Плюс к этому разрушено штабное здание. Не слабо повоевали, с учетом того, что бились против гвардейцев и мы захватили четыре судна и товары из Метрополии, а во время ночного боя уничтожили семь десятков морпехов и захватили несколько сот пленных.
В общем, не все так плохо, как могло быть. Воины для того и рождаются, чтобы сражаться и умирать, такова их доля, а за что и почему, как говорили в старину, господин полковник знает. В данном случае вместо полковника господин граф. Одни бойцы погибли, и в свой черед им на смену придут другие. А наемников не жаль, новых найти не так уж сложно. Да и штаб Семенов отстроит, у него для этого имеется все необходимое. Главное - мы добились своей цели.
Ближе к полудню, после того как подкрепились и отмыли ночную грязь, а заодно отправили нашим людям в Метрополии экстренный зашифрованный приказ затаиться до особого распоряжения, наша мятежная троица собралась на ЗКП военно-морской базы и приступила
Управились за три часа. Пленные вернулись обратно в тюремные камеры и Буров, почесав единственной рукой лысеющий затылок, сказал:
– Какая-то хрень получается.
Что есть, то есть, самая настоящая хрень. Имеются показания четырех свидетелей и захваченные имперские документы. По логике событий они должны были говорить об одном и том же, дополняя и подтверждая полученную ранее информацию. Но в итоге получалось, что они один другому противоречили и в показаниях пленников имелись весьма существенные противоречия.
Сбыховский говорил, что нас должны были прижать, чтобы мы стали подвывать от натуги и жаловаться в Метрополию. И когда стало бы совсем невтерпеж, с подачи своего родственника, император проявил бы милость и вернул бы нам часть золота, некоторые привилегии и солдат. После чего Сбыховский, через год или два, вместе с батальоном морпехов вернулся бы обратно в Метрополию, а его генерал-губернаторское кресло оставалось за молодым Симаковым. То есть стандартная игра в "доброго" и "плохого" губернатора. Мы ненавидим Сбыховского и уважаем молодого Симакова, который снял с нас тяжкое налоговое бремя и заступился перед столицей.
Капитан Суров, штатный офицер Госбезопасности, слова имперского генерал-губернатора не опровергал. Однако уверял, что Сбыховский должен был остаться в наших краях на постоянной основе и ждать новых переселенцев, которые в дальнейшем потеснят нас в колониях и оттяпают часть восстановленной инфраструктуры. Кому предстояло стать поселенцами, он не знал.
Подполковник Ясный вообще заявил, что готовился к оккупации наших колоний и ждал прямого дополнительного приказа из Генерального штаба на наш арест с последующей отправкой в Метрополию на суд.
Володя Симаков, между прочим, нормальный адекватный парень, тихий и спокойный, был уверен, что его прислали сюда на убой, дабы император избавился от возможного претендента на престол. И он сказал, что это не догадки или предположения, а истинный замысел государя Черномории, о котором ему сообщили преданные сторонники его покойного отца. Вот потому мальчишка постоянно молчал. Он просто ждал свою смерть.
Ну а документы были набором инструкций на все случаи жизни и включали в себя рекомендации по действиям Сбыховского относительно лидеров колоний. Давить и давить, пресекать вольности и не допускать даже намека на сепаратизм. Кстати, среди них были обнаружены подробные характеристики ГБ на каждого из нас. Любопытно было почитать. Кому как, а я узнал о себе много нового. Но об этом потом.
– Я говорю, что это хрень, - повторился Буров.
– А по-моему все нормально, - отозвался Семенов и пояснил: - Император планирует одно. Госбезопасность другое. Генштаб третье. А ближайшие советники императорской фамилии, которые ориентируются не на государя, а на его отца, строят свои планы.
– То есть правая рука не знает, что делает левая?
– уточнил Кара.
– Да.
– А ты что скажешь, Саня?
– тесть посмотрел на меня.
– Пожалуй, так и есть. Император гнет свою линию. Однако он не в состоянии решать все проблемы государства. Вокруг трона несколько кланов и партий. Одна группировка считала, что нас необходимо просто прижать. А другая имела четкое намерение объявить нас врагами государства и отобрать наши владения. Как бы там ни было, мы с вами поступили верно, ударили на опережение и остались на свободе.