Дочь Бездны
Шрифт:
— Не спится, Девон?
Над ним стояла Жизель, держа в руке свечу.
— Ну, здесь совсем не то, что в "Скале воронов".
Она села рядом:
— Расскажи мне о будущем.
Девон вздохнул.
— Видишь ли, у меня есть достаточно причин для возвращения. Можно гораздо быстрее перемещаться. У нас есть самолеты и машины…
— Самолеты?
— Да. Они похожи на лодки, только летают в небе.
— Благодаря колдовству?
— Нет, благодаря развитому производству.
— А как в твоем времени живется женщинам?
— О,
Жизель заулыбалась:
— Ну, это хорошо. Мне жаль женщин. Здесь они подчиняются отцам и мужьям. Конечно, женщины Ночного Крыла не такие, однако в повседневной жизни мы должны быть послушными. — На ее лице появилась гримаска. — Меня это оскорбляет.
— Я понимаю.
Жизель смотрела на него влюбленными глазами, свеча озаряла ее лицо. Девон глядел на нее и видел Сесили.
— Девон Марч, каким бы прекрасным ни было будущее, — взмолилась Жизель, — не покидай нас.
На его лице появилась печальная улыбка.
— Не знаю, смогу ли я вернуться туда.
— Скоро ты начнешь воспринимать это время как свое. Ты станешь великим колдуном, если останешься. Я это знаю.
Она наклонилась, легко коснулась губами его щеки и вернулась к себе. Девон снова вытянулся на соломе. Почти всю ночь он не сомкнул глаз, а когда засыпал, ему являлась ведьма, по-прежнему красивая и обольстительная. "Я не поддамся тебе", — говорил он, но она только смеялась над ним. Им завладел холодный страх, который был страшнее ведьмы. "Твой страх погубит тебя", — твердил ему Голос даже во сне.
УТРОМ они приступили к осуществлению плана. Избегая взглядов случайных прохожих, которые могли запомнить его, Девон следовал за Арнульфом и Сибиллой по городским улицам.
— Где состоится секретное совещание? — спросил он Виглафа.
— Если бы я знал, разве можно было бы называть его секретным?
— Арнульф ведь должен это знать!
— Остановимся здесь, — вдруг произнес Арнульф.
Они стояли в поле золотарника на окраине города в море мерцающего желтого цвета, простирающегося до самого горизонта. Девон снова поразился перемене времени. Когда он покинул двадцать первый век, была зима. А тут вот конец лета, влажного и жаркого.
— Неужели собрание будет проходить под открытым небом? — недоумевая, спросил он. — Насколько это разумно?
— Нам велено остановиться здесь, — откликнулся Арнульф.
Девон заметил на поле незнакомых людей и решил, что это колдуны Ночного Крыла. Пока он смотрел на них, они один за другим словно растворились в ярких солнечных лучах, отражавшихся от дикого золотарника. Обернувшись к своим спутникам, Девон увидел, что и с ними происходит то же самое.
В следующее мгновение юноша обнаружил, что находится в каменном сооружении с мраморным полом и величественным мозаичным куполом с рассыпанными по нему красными и голубыми звездами.
— Витенагемот состоится здесь? — с волнением спросил он.
— Да, мальчик, — ответил ему Виглаф, — он начнется в полночь. Мы собрались с одной целью — победить ведьму.
— Я открываю собрание, — низким глухим голосом объявил атлетически сложенный старик и ударил молотком в гонг.
— Это Клидог ап Грюффид, самый могущественный колдун в Британии, — шепнул Виглаф.
У колдуна, взошедшего на кафедру, был довольно свирепый вид: длинные белые волосы, глубоко посаженные черные глаза, крючковатый нос и громадные руки, которыми он схватился за кафедру так, как будто собирался разломить ее пополам.
— И самый грозный, — добавил Виглаф. Члены Ордена рассаживались на скамьях.
Мужчины, женщины, дети — все говорили на разных языках: английском, французском, голландском, немецком, финском и шведском, русском и польском, греческом и итальянском, испанском, турецком и китайском. Цвет кожи — от светлого до черного как смоль, — говорил о том, что колдуны живут повсюду. Девон занял место рядом с Жизель и вертел головой по сторонам, стараясь увидеть побольше.
— Его величество король Генрих оказал нам честь, прислав на собрание своего представителя, — начал Клидог ап Грюффид, — герцога Суффолкского.
— Это шурин короля, — шепнул Девон Жизель, гордясь, что не забыл уроки мистера Уэзерби.
Рядом с Клидогом герцог казался тщедушным. На нем была меховая шапка, не такая, как на Девоне, и камзол, усыпанный рубинами и изумрудами.
— До меня доходили слухи о величии Ночного Крыла, — заявил он, — но только теперь я убедился в их истинности.
Похоже, герцог испытывал благоговейный трепет перед столь внушительным собранием; в конце концов, он стал свидетелем того, как в зале неизвестно откуда появились сотни людей.
— Его величество просит вас избавить королевство от женщины, которая стремится захватить трон и использовать силу Англии, чтобы прославлять дьявола!
По рядам прокатился одобрительный шепот.
— Но как это сделать, когда один ее взгляд вселяет в мужчину — любого из вас! — страх и похоть?
В зале раздался смех. Девон вздрогнул.
— Милорд, почти половина собравшихся защищена от колдовства ведьмы, — сказала Сибилла, поднявшись со своего места.
— Но это всего лишь женщины, — возразил герцог.
Снова раздался смех.
— Которых вы и ваш король боитесь так же, как и ведьму, — ответила Сибилла и села.
Клидог ап Грюффид снова взошел на кафедру:
— Сибилла из Гента права. Мы должны положиться на наших сестер. Они одолеют ведьму.
— Великий Клидог, дозволено ли будет мне взять слово?
— Конечно, Виглаф. Ты самый великий из Хранителей. О чем ты хочешь говорить?
Виглаф подтолкнул Девона, и тот встал.
— Разрешите, благородные собратья, представить вам гостя, прибывшего к нам…