Дочь Мидисы
Шрифт:
Убедившись, что закончили, они отошли на пару метров. Потом подошли и пару раз что-то поправляли. Спустя несколько раз наконец согласились, что вот, да, теперь то, что нужно.
На кого я теперь похожа, я смогла понять через минуту. Они посадили меня перед чемоданчиком. Внутри было магическое зеркало. Таким все было нипочем. Хоть бей, со скалы скидывай, взрывай, а им все нипочем будет.
На меня смотрела женщина слегка за тридцать, с карими глазами, о-о-очень вытянутым лицом, приличным таким носом и широкими губами. Вау. Вообще не сказать, что красавица, но что-то такое в ней есть. И главное, если бы я не знала, что это я, в жизни бы не поверила.
После этого меня одели во вчерашний наряд.
Ребята быстро
Я долго не могла спокойно смотреть на Кима. Сперва все посмеивалась, потом же просто улыбалась.
На рынке я ни разу не была. Нас не выпускали за пределы поместья. Хотя из дома сам город было видно. И пару раз с охраной мы выезжали, было дело, но в город ходили рабы-слуги. Нас же, будущих наложниц, не пускали.
Рынок оказался очень шумным местом, с широкими, но уж очень людными проходами. По бокам с обеих сторон стояли палатки с товарами. Сверху частично тянулись натянутые палантины, чтобы создавать тенек. Мои глаза разбегались. Все было интересно, ярко. Ряды такие красочные и так много всего. Ребята смеялись надо мной, что я как ребенок. Пыталась не пялиться так уж откровенно, но что есть, то есть. А вот в самих товарах я разочаровалась. Оказалось, что, чтобы найти что-то нормальное, нужно обойти пол рынка. По итогу мне взяли новые удобные сапожки с уплотнителем, греющем в холод до минус 20, так же и охлаждающем, если температура на улице до плюс 35. Крайне удобная вещь. Несколько рубашек простых, по которым не было понятно мужские или женские. Несколько мужских подростковых штанов на меня. Двое легких и одни теплые.
От белья я отказывалась, но мне быстро объяснили, что в дорогу оно нужно максимально удобное, из хорошей ткани. Если где-то натрет или будут дырки не в тех местах это может стать проблемой в пути.
В магазин, а это был именно магазин, я заходила с пылающим лицом, так как Ким пошел со мной. Как он сказал: “Тетушка Вива не может оставить свою доченьку без присмотра и совета”. Ага, как же.
Продавщица как нас увидела, расцвела профессиональной улыбкой, подплыла и начала показывать шелковые, кружевные и максимально неудобные, но дико красивые комплекты. Я раскраснелась и растерялась от такого напора и красоты. И все это в присутствии мужчины. Наборы действительно были очень интересные. Ким же, хохоча прекратил это безобразие и, постоянно причмокивая губками пояснил, что нам надо ехать в другой город к тётке, потому лучше что-то максимально удобное.
Девушка расстроилась, но оказалась понятливой. Через ещё двадцать минут мы вышли с кульком белья и носочков.
Колина снаружи не было, но мы его быстро нашли в соседнем ряду, среди верхней женской одежды. Он выбирал мне куртку потеплее. Зачем теплая куртка в пустыне или на море спросите вы? Затем, что в пустыне днём температура высокая и жарко, но к ночи она прекрасно падает и летом может быть и плюс пятнадцать. Так же и на корабле всяко может быть. Так что теплая куртка наше все.
— Коричневая или бежевая? — спросил он как мы подошли.
— Коричневая. — сказала я — Бежевая из малума. Такая сильно тепло держать не будет. А вот если надо что-то от ветра с небольшим утеплением — в самый раз.
— Откуда такие познания? — спросил Колин, когда мы отошли подальше от палатки и пошли по направлению к кафе и ресторанам.
— Часть зелий, что
— Да. Так и есть. Мне все больше нравится твоя мама Ариша. Жаль сейчас мы не можем ее выкупить и забрать с собой, самим бы выбраться.
— Ее не продадут. Слишком нужная.
Так мы дошли до небольшого, но уютного ресторана. Он состоял из внутренней части, закрытой и открытой, которая находилась на втором этаже на большом широком балконе. В проходах и на окнах висели тонкие полупрозрачные ткани зелёного цвета, повсюду горшки с зеленью, столы и стулья, да даже барная стойка была из местной разновидности камыша. Он прочный и гибкий. После специальной обработки из него легко плели корзины и мебель. Мы сели у самого бортика балкона с видом на базар, заказали плов, гибискусный холодный чай. Чай принесли сразу в таких прозрачных высоких стаканчиках. Как только официант ушел я решила полюбопытствовать:
— А ничего, что мы вот так катаемся среди бела дня и сидим в ресторане у всех на виду? Нас же ищут.
— Ищут. Но ищут кого?
Я сделала непонимающее лицо и развела руками. Мол, нас, я же сказала.
— Ищут двух мужчин, мидисца-полукровку и степняка. С ними молодую голубоглазую девушку с точеными чертами лица. А мы сейчас мужчина слегка за сорок, его мать лет шестидесяти, пусть и молодится, и ты женщина лет тридцати. Мы за весь путь, пока тебя искали ни разу женщинами не прикидывались, хотя и могли. Нужно было двигаться быстрее, а с женщинами это хлопотнее и медленнее. Теперь ситуация иная. Они просто не обращают на нас внимания пока мы внутри города. Хотя если попробуем пересечь границу будут даже так досматривать, приглядываться, да и после того, как выйдем из города, надо понять куда идти и как. Проблема даже не в том, чтобы выбраться из города, сколько как потом выбираться из Талии. Ведь нас и на дорогах ближайших к Кирше ищут.
Кораблем точно не выйдет. Там грим так хорошо не нанесешь. Да и держится он не настолько долго, чтобы не подправлять каждое утро. Нанести его точно, идентично каждый раз сложно. Могут что-нибудь заметить в закрытом пространстве-то. Все видят друг друга каждый день. Не выйдет. Я более чем уверен, что они не только досматривают корабли, но и в каждом отплывающем есть свои шпионы. Я видел парочку подозрительных на палубе, когда общался с одним из капитанов. Они скорее рассматривали народ, чем работали. Заостряли внимание на молодых девушках и это был не просто мужской интерес. Может, это, конечно, не по нашу душу, но тоже ничего хорошего.
Путем караванов — тоже все идут вместе, коллективом. Друг друга постоянно видят, и шпионы могут быть тоже. Тут им даже легче. Можно только часть пути проходить, потом возвращаться и вообще.
Нда-а-а… задачка.
— Так что пока сидим и думаем. Мы никуда теперь сильно не торопимся. Ты с нами. Может переждать оно и выход. Под носом заметить самое сложное. Только вот в мечеть центральным входом лучше не входить. Я тут узнал у Маркуса про подземный ход. Он ведёт в один маленький домик квартала за три до мечети. Теперь будем им ходить, когда надо. Есть ещё пара мест в ограде. Отслеживать ситуацию надо. Да и тебе учиться как вести себя на людях тоже. Ты же жизни не видела. Не знаешь и не понимаешь ничего.