Дочь Мидисы
Шрифт:
Мы ещё немного посидели и уже хотели ложиться спать, как Норман задал уже свой вопрос:
— Можете удовлетворить мое любопытство? Я все гнался за вами, но в отличие от остальных дел, поручаемых нам так, и не понял, чем вы так не угодили хозяину? Да, девочка вашей крови, чистокровная или смесок, так какая разница. Выкупили и выкупили. Даже если бы выкрали. Так зачем вы им сдались?
— А вот этого мы и сами не знаем. — пояснил Колин. Норман поднял брови в неверии — Мы предполагаем это из-за того, что Дарина тесно общалась с одним из наших, кто был рабом на разведение у господина Изу. Одних ее показаний, учитывая положение ее отца, хватило бы для разбирательств.
— И все? — у Нормана совсем глаза на лоб полезли.
— Это
— А теперь у вас аж два свидетеля. И если она просто об этом знает, то я ещё и имена с адресами, да и тех, кто прикрывает эту лавочку. Так?
— Да. — широко улыбнулся Колин.
— Им крышка. — заключил Норман и заржал как конь. И отсмеявшись выдал — Хотели как лучше, а в итоге дали вам ещё один козырь. Жизнь — забавная штука. Кто же знал, что в сражении как-то тебе удастся сломать ошейник. Я вообще не знал, что это реально. Хотя… — тут он призадумался и в какой-то момент его лицо просветлело — О, Светлая! — провозгласил он что-то вспомнив.
— Что случилось? — мы напряглись.
— С этой беготней и прочим хозяин забыл обновить заклинания на ошейнике уже пару раз. То есть часть из них уже должна была частично потерять силу. Вот почему меня не убило, когда ошейник отстегнулся. Жаль волю подавлять это не помешало. Когда он отдавал приказ с использованием крови, оно обновилось. Но не остальные. Заклинание он не читал.
— Зато теперь ты почти свободен. — поддержала я.
— Угу. В плену почти свободен. — хохотнул грын — Хотя учитывая, как было, лучше уж в плену.
Дарина. Столица Мидисы
И вот, спустя ещё две недели пути, мы наконец прибываем в столицу.
На границе мы запросили сопровождение в одной из крепостей. Там же купили четырех лошадей и, уже не таясь, всю оставшуюся дорогу останавливались в гостиницах. Вот оно, счастье. Правда и погода стала ещё хуже. Под снегом уже и земли не видно, постоянный ветер, деревья голые. Однако Мидиса мне нравилась. Кому как, а я себя чувствовала песчинкой в земле великанов между этими каменными великанами. Они величественно смотрели вверх, прекрасные, но суровые. Вдалеке виднелись заснеженные пики, хмурое небо, но мне казалось это прекрасным, т. к. для меня это был запах свободы. Внизу часто скапливался туман. И несмотря на то, что мы шли ущельями, первую часть пути мне казалось, что я никогда не чувствовала такого простора. А когда начались луга и небольшие городки, а затем и крупные города, я не могла сдержать восторгов. Целые заснеженные долины, которым не видно конца и края. И все это возделывается и засевается со слов Колина. Города небольшие, но опрятные, даже маленькие, но их много. Люди большей частью живут разрозненно, покрывая всю территорию. Зачастую от одних соседей до других несколько часов на лошади. И очень заботятся о своих жилищах. Многие из них очень старые, но в таком отличном состоянии. Каждую зиму и осень каждый рачительный хозяин делает генеральную уборку, пропитывает дерево снова, если это нужно, и ошкуривают, подкрашивает ставни, двери, косяки. Заботятся даже о сараях с инвентарем. Это потрясающе. И само собой, из-за этого можно увидеть постройки совершенно разных времён, но в таком состоянии, как будто их построили вчера.
Большинство домов построено из камня и металла, с частичным деревом в отделке. На мой вопрос почему так Колин ответил, что этим богата страна. Зачем вырубать леса, если камня хватает, металлов добываются много и легко. Да и камень надёжнее много когда в большинстве случаев. Внутри дома чаще отделывались специальным составом на основе опилок, чтобы утеплить стены, сделать их гладкими, после этого приклеивались обои или окрашивались краской. Обои чаще делали из определенного сорта травы, что повсеместно выращивалась в больших масштабах. Множество одежды также делали из нее. Интересное решение. Травка эта
Внутри также много в чем использовалось дерево и металл. Из дерева делаются полы, рамы, двери, опоры для стен и потолка. И повсюду огромные окна. Просто огромные от пола до потолка. Очень уж любят мидистцы пространство. Для обогрева в каждом доме используется собственная водно-паровая система. В богатых домах есть и камины. При желании их разжигают, но обычно этого не требуется, скорее для уюта. Так же много где, как и в Талии, используются всевозможные механизмы, магические вывески, артефакты. Как пример, когда у нас убирали в комнате бардак от разбитой посуды, пришла не служанка, а веник с совком и ведро со шваброй. Они сами все убрали и скрылись в специально предназначенной для них дверце. Я тогда бегала по комнате и следила за этим чудом. Затем уже намеренно била снова посуду, чтобы посмотреть снова, как это работает. Мужчины надо мной ржали, как кони, но я не могла удержаться.
В столице у Колина не было дома, только небольшая квартирка, поэтому мы приехали к дому его младшего брата Джордана. Особняк располагался в одном из престижных центральных районов и был в три этажа из камня и металла с широким низким крыльцом, под козырьком которого была широкая дверь и два окна с какими-то растениями внутри. Дом был с садом и несколькими пристройками вроде зимнего сада и отдельной мастерской, но с лицевой части этого не видно.
И вот мы приехали. Нас встретил дворецкий Чарльз. Это сухопарый мужчина в годах, с гладко зачесанными назад волосами и большими густыми усами, закрученными на концах. Одет в темную форму с белым воротничком-стоечкой и пиджаком. У него при виде нас округлились глаза, затем растянулась улыбка и в глазах показались непролитые слезы:
— Мастер Колин! Мы вас так ждали!!! Вас не было так долго. Боялись, что что-то случилось и вы уже не вернётесь. — понурился под конец речи он.
Колин подошёл и по-простецки крепко обнял переволновавшегося мужчину:
— Да что со мной случится, старина! Но морем уйти не удалось. Шли в обход.
— Это что через Азаргию с Талией???? — округлились ещё больше, чем первый раз глаза старика.
— Да. — Колин оторвался от старика, и смеясь произнес — Чарльз ты нас в дом пустишь-то? На улице нежарко.
— Ой простите. Это я от волнения. — дворецкий распахнул двери пошире и отошёл пропуская нас — проходите, проходите! — и, повернувшись, дал инструкции горничной — передай Чарли, чтобы забрал лошадей и пристроил их в конюшню.
— Да, сэр. — присела в книксене девушка и убежала.
— Чарльз, позволь представить тебе: это Дарина, дочь бывшего советника нашего короля лорда Динория Райвита, графа Северского. За ней мы и ездили. А это Норман. Он наш временный гость.
— Понял вас, мастер. Добро пожаловать. Подготовить покои на гостевом этаже?
— Для Нормана — да. А Дарину, посели в соседней с моей комнате.
— Сэр? — снова удивился мужчина.
— Дарина — моя невеста. — решил немного слукавить Колин, хитро поглядывая на меня. Вот жук! Ведь меня он об этом не спрашивал. Но спорить я не стала. Потом поговорим. Слишком уж устала. Хотелось только есть, ванну и спать.
— Поздравляю, мастер!!! — прямо засветился счастьем старик и сперва обнял Колина, а затем уже очень аккуратно меня. Надо же сколько эмоций. Видно, уж и не чаяли, что найдет свое счастье. На меня Чарльз смотрел теперь, уже можно сказать, с благоговением как на дорогую хрупкую статуэтку, что все боятся разбить.