Дочь Волдеморта
Шрифт:
Не договорив до конца, дама красноречиво махнула рукой и покинула полотно. Но волшебное зеркало долго ещё бурчало что-то вполголоса, сердито посверкивая на солнце гладко отполированной поверхностью…
* * *
Слишком быстро прошли для Гермионы последние два часа. Она собирала вещи, говорила с Беллатрисой и всё время была готова разрыдаться, но мужественно носила маску — надо сказать, что к этому она приловчилась уже достаточно хорошо.
И вот она стоит в холле у груды чемоданов, рядом со всеми, к кому так привязалась за последнее время. Гермиона посмотрела в упор
— Я хочу поговорить с тобой, Кадмина, — тихо сказал Волдеморт, толкая дверь в небольшую комнату. Гермиона послушно пошла вслед за ним.
Внутри было темно и мрачно — совсем как у девушки на душе. Но она послушно, не снимая маску, присела на диван и посмотрела в глаза Волдеморту.
— Для начала хочу пожелать тебе удачи, — начал он. — Будь осторожна, Кадмина. Эта игра не допускает ошибок. Четко прими для себя решение, прежде чем что-то совершить. И я должен сказать тебе… Кадмина, запомни, что бы ни выбрал для себя Гарри Поттер, куда бы ни отправился после этой свадьбы, ты должна поехать в Хогвартс и закончить обучение. Помни — это важно в первую очередь для тебя.
Гермиона усмехнулась.
— Это были лучшие каникулы в моей жизни, — тихо сказала она после короткой паузы. — Я как будто… Всё просто встало на свои места, — неожиданно закончила девушка.
— И это действительно так, Кадмина. Помни то, что узнала и умей не показывать этого. Аккуратно носи свою маску и хорошо подумай над предстоящим решением. Не нужно спешить. Но помни о моем поручении. Выбор за тобой. Будь мужественной, Кадмина. Ты ещё не научилась скрывать самые сильные свои эмоции — в твоих глазах залегла печаль. — Волдеморт склонил голову. — Думай о хорошем — прогони этот дым из своих глаз. Я полагаю, мы увидимся на Рождество. А в школе, Кадмина, если понадобится, с любыми жалобами, вопросами — с чем угодно сразу обращайся к Генриху. И учись хорошо.
— Забавно слышать это от тебя.
— Забавно это говорить, Кадмина. Времена меняются. Но мы увлеклись — поспеши. И повеселись сегодня на этой свадьбе.
* * *
Ледяной взгляд Драко, напутственный поцелуй Беллатрисы, успокаивающая улыбка Нарциссы, выразительные глаза Люциуса и такой красноречивый блеск во взгляде Волдеморта — всего миг и всё это сменилось незамысловатой обстановкой дома Уизли.
Ещё никогда Гермиона не чувствовала в этом месте… простоты. Жуткой, бьющей через край простоты. Простоты, доходящей до убожества.
Что это с ней?
Лишь только трансгрессировав в кухню Норы, девушка оказалась в объятьях Рона. Когда он отпустил её, Гермиона внезапно отчетливо поняла всю глупость их отношений. Смешно. Весь прошлый год она бешено ревновала этого мальчишку, строившего из себя жалкое подобие Дон Жуана… Глупо. Ледяной взгляд Гермионы испугал парня, и ей пришлось тут же сменить свою маску — стало даже немного смешно.
Начиналась игра, и наследница Темного Лорда ещё не могла и предположить, куда эта игра её в итоге заведет…
Атмосфера торжества витала в каждом, даже самом отдаленном, уголочке Норы. Всё было так возвышенно и волнительно, так тонко
Девушка совсем не ожидала от себя подобной реакции, но всё окружающее теперь казалось ей каким-то… неуловимо убогим, жалким. В особенности на контрасте попыток придать всему вид великолепного праздника.
Праздник действительно ощущался. Но после поместья Малфоев, здесь Гермиона чувствовала себя неловко, хоть и стыдилась этого. Пусть со временем и стала привыкать, тем более что на фоне этого легкого налета маскирующегося нищенства теплые искренние отношения в семье Уизли проглядывались ярче и выглядели крепче, значимее.
Билла Гермиона пока не видела — его отослали из дома до торжественных двух часов. Флёр же просто сияла — вот кто действительно не выглядел простушкой. Внучка вейлы, одетая в свадебное платье, светящаяся счастьем — это зрелище, от которого трудно оторваться даже женщине, а о том, что будет с мужской частью гостей, Гермиона могла только догадываться. Сейчас она с миссис Уизли и Джинни помогала Флёр одеваться — Гермиона улыбалась, смеялась и начала наконец-то по–настоящему наслаждаться праздничным духом.
— Всьо хо’гошо? — взволнованно спросила Флёр, сверля свое идеальное изображение взглядом. — Я не пото’гстела?
— Ничуть, — хихикнула Джинни. Гермиона заметила, что она стала относиться к своей невестке намного лучше, как и миссис Уизли. — А что, есть причины?
— О ч’гом дума’гет столь jeune mademoiselle [17] ?! — деланно возмущенным голосом спросила Флёр, и все четверо засмеялись.
— Ты прекрасна, — сказала Молли, промакивая платком увлажнившиеся глаза. — Совершенна. — Она перевела взгляд на Джинни и Гермиону. — Девочки, вы почему не переодеваетесь?
17
юная мадемуазель (франц.).
— Переодеваемся? — подняла брови наследница Темного Лорда.
— Мы с тобой, Амели и Габриэль — подружки невесты, — сообщила Джинни. — Пойдем, я покажу наряды. Хотя ты настолько потрясающе выглядишь, что прямо жаль что-то менять.
Надевая в комнате Джинни довольно симпатичную бледно–золотую мантию, Гермиона отметила сумрачное настроение подруги.
— Что с тобой? — через какое-то время спросила она, испытующе глядя на девушку.
— А? Ничего, — отмахнулась та, но потом плюхнулась на кровать и уставилась в пол. — Гарри.
— Его же ещё нет.
— Неважно. Он писал мне. И… Знаешь, иногда мне кажется, что я его ненавижу! — выпалила младшая Уизли.
— Он решил покинуть Хогвартс? — с замиранием спросила Гермиона.
— Нет. Он просил не говорить, почему — сам расскажет. Он решил другое. «Мы не можем быть вместе», — передразнила Джинни и скривилась. — Пока он не победит Волдеморта!!!
У Гермионы чуть быстрее забилось сердце и легонько засосало под ложечкой.
— Он, видите ли, любит меня, но нежности в его письмах… Только одни сплошные размышления о мести Снейпу и Драко Малфою! Ты читала о побеге Люциуса Малфоя из Азкабана?