Дочери леса

Смолин Александр

Не мать она уже тебе, забудь. Душа ее обезумела. Сегодня на ночь из дома иди... да хоть к соседской дочке, которую мамка сватала... а я с Чольгой по-своему разберусь.

Согласился кузнец, руки кинулся целовать, обещал награду несметную, лишь бы сгинула неупокоенная старуха.

6

Ровно в полночь явилась тварь в обличие уже призрачном. В белых одеждах в воздухе повисла, вместо плоти кости одни висят. Язык длинный вывалила. Парить стала. Один глаз на ниточке на щеке болтается, второго и вовсе нет. Черви в глазнице ползают.

Окинула она взглядом ненавистным Грету с ее дочерьми, хищно так зашипела, оскалилась, рванула

к ним — да и попалась в круг.

Круг Грета особый начертила. Вместо звезды обычной — шестиконечную нарисовала с надписями защитными в каждом из трех кругов:

TETRAGRAMMATON + SADAY + EL + ELOHEM + ELOHE +ZEBAOTH+ELION+ESCERCHIE+ADONAI+IAH

А вместо обычной надписи "Exactis" теперь двойная была: "Exactis spiritus" (изгнанье духа).

— Paralysis! (Паралич) — обездвижила Грета неупокоенный дух одним словом, что дало ей немного времени для заговора.

Exactis, paralysis, effusio!

Ведьмами севера, ведьмами юга, ведьмами запада, ведьмами востока.

Отправляю тебя дух на покой в мир иной

Под пелену незримую под белену безликую

Зуб, корень, чертополох, изыди из дома из мира оков!

Под сень ветвей в страну загробную

Ignis, aqua, terra, aeris пусть сгинет в омуте. Тьфу!

На глазах девочек круг превратился в черный водоворот из болотной жижи и буквально всосал в себя призрачный дух Чольги. Удаляющийся крик некоторое время еще доносился из круга, пока тот не озарился светом, не прожег пол и не угас.

Дело было сделано.

Наутро кузнец на коленях благодарил Грету. За что старуха решила его не наказывать воспалением мочевых каналов. Адамантий дал девочкам кучу платьев, которые у него остались от его племянницы, нынче которая уже выросла и жила с мужем в Рудном. А так же одарил Грету целым кошелем золота и еще дал телегу провизии, которую лично пообещал прислать в выбранное ведьмой место. В телеге лежала мука, горох и греча. Этих запасов девочкам бы хватило до самого лета, не то что на месяц.

Перед уходом проклятие окликнул Юнтар.

— Уже уходишь Зеленоглазка? Я еще увижу тебя когда-нибудь?

— Если звезды сойдутся, — таинственным голосом ответила рыжая ведьма и показала мальчику свои симпатичные рожки среди волос.

Грета на нее тут же сурово посмотрела, тогда Рыжик послушно поторопилась за ней. Сестры взялись за руки и, держа в охапке целый ворох красивой одежки, довольно пошли в сторону леса.

7

— Вот что дочери мои! — на подходах к пещере заявила Грета. — Довольно мы натерпелись, пора нам к бабаюшке нашему в дом возвращаться. Зачахнет без нас совсем.

— Что ты придумала маменька? — полюбопытствовала Ворожба. Ее грязные волосы были повязаны в хвост. Исцарапанные щеки от постоянного лазанья в нору совсем не заживали и постоянно обновлялись.

Ведьма уверенно посмотрела в сторону поместья на запад: — Довольно мы тут нажились. Хватит! Не вымыться, не воды толком набрать. Пришла пора выселять их к чертовой свахе. Духа изгонять я вас научила, теперь призывать станем.

Чтобы призвать душу, круг первого уровня чертить прямо на могиле надобно. Такой же как в первый раз чертили у кузнеца в хате. Его вполне хватит, только вместо надписи "Изгнание" надо писать "Призыв" — разумеется, на латыни. Заклинание тоже не сильно заумное. — Грета прокашлялась, сплюнув густую слизь на листья, и продолжила: После того как вызовите, духа надо натравить на дом. Для этого

его вещь нужна, которая с ним долго носилась. Думаю, сапог из могилы подойдет. Я его в дом заброшу, и призрак аккурат в полночь, начнет туда за сапогом хаживать. И так каждую ночь пока сапог не убрать — Грета, поковыряла в ухе и шмыгнула носом. — Всех с собой не возьму. Ворожба пойдет. Надо будет в воронок обратится: всю обстановку проверить. Вы тут нас дожидайтесь. Кузнец должен телегу приволочь. Встретите его, как кликать станет.

Следующий час Ворожба с матерью готовились к превращению. Все было как и тогда с вызыванием четырех стихий, с кругом и заклинаниями. Грёша стал подопытным образцом для принятия формы и вскоре уже две вороны летели в сторону поместья.

Веда с Рыжиком остались наедине.

— Ты подумала сестра над тем, что я в книге нашла, над снами моими? Как думаешь, маменька нас убьет?

— Опять ты за свое родная? — Веточка обняла сестру. — Я кое-что узнала: у матери нашей в книге все заговоры и ритуалы есть. Там даже есть ритуал где ведьма, умирая, отдает свою силу дочерям. А иной раз даже приносит себя в жертву. Ты не подумала о том, что она может, наоборот, для нас старается?

— Откуда ты это узнала?

— Птички напели. Просто верь мне.

— А как же мои сны? — жалобно спросила Проклятие.

— В твоих снах мама тебя не трогает, так что кому надо переживать так это только нам с Ворожбой. А мы ей верим. Грета хоть и суровая ведьма, но нас любит. Видишь, как нас всему обучает? Старается для нас. А ты про нее так думаешь плохо.

— Да, может она меня и не убивает во сне. Зато я горю... (всхлипнула)

— Успокойся миленький Рыжик. Я не позволю никому причинить тебе вред. — Веточка улыбнулась, прижала Проклятие к себе, так что почувствовала теплоту ее тела и нежно поцеловала в ушко. Прошептала чтобы та не трусила... поцеловала в губы.

— Обещаешь? — робко спросила сестра с глазами полными надежды.

— Клянусь! — Веда подняла руку в знак торжественного обещания.

8

Вокруг дома монотонно вышагивали угрюмые солдаты, затрудняя путь к могиле охотника. Пока не остановились под елью, чтобы поговорить. Грета с Ворожбой сидели прямо над ними на пышной еловой ветке прислушиваясь к разговору да чистя перышки.

— Боязно мне в этом доме жить. Говорят здесь ведьма страшная с дочерьми жила, а потом пропала вдруг. Кто знает? А вдруг вернется? — причитал солдат в белой накидке белогории поверх стальных доспехов. На его лице росли светлые усики. В руке он сжимал копье. Помимо копий каждый солдат был вооружен клинком. Копья патрулю выдавали в гарнизоне для защиты от диких зверей. В этом лесу ненароком и на медведя можно было наскочить, поэтому граф Рудного заботился о безопасности своих солдат.

— Да, местечко странное, особенно подвал. Ты слышал, как по ночам оттуда какие-то всхлипы доносятся. Быстрей бы нас на заставу перевели.

— Ага, черти наверно в подвале сидит. Я чтобы крепче спать в последние дни дико напиваюсь. И все нипочем.

— Так может по кувшину, а? Там в подвале еще целая бочка стоит.

— Я за, — ответил второй солдат, — только в подвал... чур... эээ... ты пойдешь.

— Ладно уж.

Но просто так вороны солдат не отпустили. Стоило им только закончить болтовню, как с ветки посыпались вороньи экскременты. Серебреные шлемы тут же покрылись дерьмом. Так Грета выражала свою озабоченность судьбой родных винных бочек.