Догоняйте, догоняйте!..
Шрифт:
В магазин никому из лагеря ходить не разрешалось. Если кто попадался, наказывали.
Булочкин скис: и Ветке перечить боялся, а пойдешь, того и гляди на неприятность нарвешься.
— У меня тренировка, — пробовал отказаться Булочкин.
— Ничего, я за тебя потренируюсь.
Булочкин уже понимал, что придется ему идти, но все же, цепляясь за соломинку, проговорил:
— А если вожатые заметят?
— Заметят, так в лоб получишь, — надоело уговаривать Ветке. — Топай.
После такого утешения ничего
Костя сделал невыполнимое: и мороженое купил и не попался.
— А сдача? — потребовал Ветка, принимая пачки мороженого.
Булочкин поспешно извлек из кармана восемь копеек.
— Это все? — прищурившись, спросил Ветка и откусил от брикета.
— Все, — простодушно ответил Булочкин. — Они по одиннадцать копеек стоят.
— Это мы знаем. Я тебе сколько дал?
— Тридцать.
— Правильно, — усмехнулся Ветка. — От тридцати отними двадцать две, сколько получится?
— Восемь.
— А если подумать? — Ветка подмигнул ребятам.
— Восемь, — повторил Булочкин.
— Эх ты, математик! — еще шире заулыбался Ветка. — Получается двадцать восемь. — И серьезно добавил: — Гони сдачу.
— Какую? — возмутился было Булочкин.
— Я тебе сказал, какую. Может, я считать не умею? — Ветка передал ребятам второй брикет мороженого, и тот быстро пошел по рукам. — Отвечай. Что молчишь?
Булочкин смотрел, как белые капли падали с брикета на землю.
— Жарко? — спросил вдруг участливо Ветка.
— Угу, — кивнул Булочкин.
— А мороженое хорошо от жары помогает. Хочешь?
Булочкин сглотнул слюну.
— На кусни, я не жадный, — Ветка протянул брикет Косте, но в последний момент задержал свою руку. — Только вначале ответь.
Булочкин снова уставился на белые падающие капли.
— Тигран, скажи, от тридцати отнять двадцать две, сколько будет?
— Двадцать восемь, — не моргнув глазом ответил Тигран Саркисович.
— Вот видишь, — опять заулыбался Ветка и развел руками.
Стоявшие вокруг ребята с интересом глядели на своего вожака и Булочкина. Они понимали, что идет представление, что дело не в двадцати копейках. Булочкин тоже понял это.
— Молчишь? — Ветка ласково потрепал Костю по щеке, и тот вдруг ясно ощутил, что сейчас произойдет нечто для него, Булочкина, неприятное.
Он протянул Ветке двугривенный.
— Ну вот, — удовлетворенно сказал Ветка, — ты и считать научился. Но может, я ошибся? Может, верно получается восемь, а?
Все засмеялись.
«Еще издеваются», — подумал Булочкин.
— Нет, ты скажи, — не отставал Ветка. — Сколько будет, от тридцати отнять двадцать две?.. Не знаешь?.. Давай на пальцах сосчитаем.
Снова раздался взрыв смеха.
Булочкин повернулся и пошел.
— Ты куда? — кричал ему вслед Ветка. — В кружок юных математиков?
Костя шел, вобрав голову в плечи. Как же злился он на себя,
Во время матчей Ветка тоже измывался над Булочкиным. Если рядом никого не было, он говорил:
— Вали, вали отсюда.
Но как «валить» — идет игра, нужно бороться за мяч, нападать или преследовать. Смешно звучит — преследовать Ветку. Костя горько усмехался.
Если же рядом был еще кто-то, Ветка ничего не говорил Булочкину. Он лишь кидал на него короткий выразительный взгляд и делал рывок в его сторону, словно там никого не было. И верно: Булочкин будто не видел ни мяча, ни игрока из команды противника. В предурацком положении оказывался Костя Булочкин.
…В сегодняшнем матче первая сборная выигрывала у второй со счетом 2: 0. «Ромашка-1» с самого начала кинулась в атаку. Правда, какое-то время «Ромашке-2» везло: то штанга спасала, то мяч летел мимо ворот. Но вот Борька Мамалыкин, обойдя двух защитников, открыл счет. Когда же Ветка забил головой еще один мяч, «Ромашка-2», игравшая вяло, и вовсе сникла.
Смотреть не хотелось на футболистов из второй сборной — не играли, а паслись на поле. Только вратарь Андрюшка «работал» (и, надо сказать, неплохо: Жора обещал перевести его в первую сборную), остальные были словно сонные мухи.
В такой же полудреме, как все, находился и Костя Булочкин. За всю игру он лишь несколько раз коснулся мяча. «Не везет, — думал Костя. — Скорей бы уж конец». А до конца и в самом деле оставалось немного — второй тайм перевалил за половину.
Булочкин до того отключился, что не узнал самого Ветку, который вдруг выбежал на него с мячом. Ветка, конечно, не ожидал, что Булочкин вздумает отбирать у него мяч. Он гнал прямо на Булочкина, как на пустое место.
И случилось непостижимое: «пустое место» перехватило у Ветки мяч.
Костя посмотрел, кому бы отпаснуть, но все игроки из «Ромашки-2» сгрудились у своих ворот. Делать было нечего. Булочкин устремился к воротам противника. Он бежал, как на тренировке, с «привязанным» к ногам мячом. Кто-то попытался догнать его, отнять мяч, но Булочкин ловко перекинул его с одной ноги на другую и повел дальше.
Свист и крики ему не мешали. Напротив, он вдруг почувствовал, что этот шум болельщиков вливает в него уверенность и силу.
— Булка, стой, слышишь? — раздался прерывистый голос у него за спиной. — Стой, хуже будет.
Это был Веткин голос. Костя узнал его. Но он уже ничего не мог с собой поделать. Он мчался к воротам противника. Видел лишь мяч и вратаря, который нервно топтался в воротах.
Немного не добежав до своей любимой одиннадцатиметровой отметки, Костя ударил. Он даже не слышал гвалта болельщиков, не слышал Жориного свистка и злобной Веткиной угрозы: «Ну, Булочкин, погоди! Ты у меня получишь!» Перед глазами все еще трепыхался мяч в сетке ворот. Его, Булочкина, мяч.