Доктор 2
Шрифт:
14.05. Вовик: куда?
14.05. Асель: куда и зачем.
14.06. Лена: давай. Жду.
14.06. Асель: Саша, ты к нам идёшь? Захвати пожрать?
14.06. Мелкий: Захвачу. Но я же поздно буду, ближе к 00.00.
14.06. Асель: норм.
14.06. Вовик: Эй, а что это у вас за собрание без меня?
14.06. Асель: Если хочешь, и ты приходи. Идем в личку.»
Набираю Лену. Она тут же поднимает трубку.
— Да? — на заднем плане слышатся шумы, кажется, приемного покоя.
— Я по ошибке смс в общий чат отправил. А за компанию и Вовик увязался. Нас там не сильно много будет вечером, если и он придёт?
— Мелкий,
На плавании Смоляков хмуро интересуется, где меня несколько дней носило.
И я ведь не женщина, на критические дни не сошлёшься. Ссылаюсь на личные обстоятельства. Смоляков так же хмуро говорит, что если у меня результаты упали, то лично он мне не завидует.
И что я сегодня на время плыву «полторашку».
Тысячу пятьсот метров проплываю с таким результатом, что Смоляков удивлённо трясёт секундомером на бортике, потом говорит сам себе:
— Да нет, всё нормально. Видимо, у тебя мышцы не восстанавливались. А тут отдохнул — и дал результат. Ладно, считается… Норма. И даже чуть лучше… [10]
На боксе Сергеевич по-прежнему тиранит меня на «лапах», но я уже втянулся. И к концу первого часа, Сергеевич сам дышит тяжело, вспотел, и местами подгибается в коленях.
— Ф-ф-фууух, умотался… Саня, а иди-ка ты на мешок. Раз здоровье позволяет. Даже лучше на стенку. Посади-ка ты в неё с полчасика, а то и часик. С двух рук. А я погляжу. Только делай вот так…
10
Более высокий результат в заплыве после перерыва в тяжёлых регулярных тренировках — чистая правда. Мой товарищ по сборной Лёха Б. пропускал тренировки примерно аналогичным образом, как и ГГ (правда, Лёха был занят личной жизнью). Тренера удивлялись. Когда он, после исчезновения на неделю, ставил свой личный рекорд и выполнял очередной разряд. Правда, это было преимущественно. на дистанциях до 400 м.
Хотя вот вспоминаю, один раз Лёха вошёл в призёры на области на 1500 м после почти месяца отсутствия в бассейне. Неожиданно и для тренера, и для себя. Чёрт его знает, почему, но факт. Возможно, в 16 лет организм ещё растёт. И что-то связано с этим.
Подход. Удар. Уклон — нырок — удар. Удар. Отход.
Подход. Удар. Уклон — нырок — удар. Удар. Отход.
Подход. Удар. Уклон — нырок — удар. Удар. Отход.
После команды Сергеевича шабашить и после душа, за шахматами говорю ему:
— Сейчас в таком ритме даже перерыв был не нужен. Как-то втягиваешься и барабанишь, как метроном. Я сейчас мог вообще не отдыхать.
— А то! Ритм — великое дело. Другое дело что в бою ритм использовать — другой склад мозгов нужен, — отвечает Сергеевич, разменивая ферзей.
— А что, ритм как-то можно использовать в бою?
— Тебе честно? Я пока сам не понял. Вижу, что можно, пока не понял, как. Начал тут недавно смотреть кое-что зарубежное на ютубе, пока не готов озвучить. В общем, изучаю эту тему. Когда пойму, как применять и как этому учить — тут же дам знать.
…
В больницу после мойки прихожу нагруженный, как грузовой верблюд. Лена и Асель на работе едят будь здоров, есть опыт. Плюс — ожидается Вовик.
Лена проводит меня всё теми же тёмными коридорами всё в ту же комнату, где я уже бывал. В комнате обнаруживаем Аселю, что-то ожесточённо строчащую двумя руками в одном смартфоне, и ещё пару докторов. Видимо, работают вместе.
— Это мой, он со мной посидит, — бросает всем Лена, кивая на меня, и начинает выгружать на стол еду из пакета, который я принес.
Минуты полторы знакомимся, потом Аселя отрывается от чата, видимо, с Вовиком, и еда исчезает в желудках четырёх врачей со скоростью звука.
Хм. С одной стороны, как повару, конечно, приятно, когда съедается всё, что ты приготовил. До последней крошки. С другой стороны, переживаю, а наелась ли Лена.
Как всегда в такие минуты, как следует и из Аселиных мемуаров, у кого-то из новых врачей звонит в кармане телефон и все дружной цепочкой быстро вытягиваются в коридор, закрывая за собой дверь.
Через час с небольшим возвращается Асель и говорит, что Лена ещё занята. Ещё через десять минут приходит Лена со своим компьютером подмышкой, который протягивает мне:
— Держи, развлекайся. У нас сегодня «шпагат» между двумя этажами, будем бегать. Флешка с интернетом уже вставлена.
Оставшееся до конца дежурства время мы так и проводим: я читаю свой атлас и сижу в интернете, а Лена с Аселей периодически исчезают, а потом Асель и вовсе перестаёт возвращаться вместе с Леной обратно.
— Зависла на своей операции, — непонятно поясняет Лена.
…
Но всё когда-нибудь заканчивается. Утром дежурство подходит к концу, у меня даже получается немного поспать. В отличие от Лены.
Утром предсказуемо возникает какой-то аврал, и из больницы мы выезжаем, почти что опаздывая. Впрочем, утро, выходной, пробок нет, и до НОВОЙ КЛИНИКИ долетаем с Лениным стилем езды за минуты. Белые халаты мы не снимали, потому, когда выходим в них прямо из машины и идём по аллее к КЛИНИКЕ, охрана смотрит на нас недоумённо.
— Ну теперь ты веди, маленький брат, — хмыкает Лена и хлопает меня по спине. — Теперь я у тебя в гостях, коллега. Хи-хи.
В кабинете Котлинского, к моему недоумению и Лениному веселью, застаём следы ночного разгула: несколько пустых бутылок из-под алкоголя, использованную одноразовую посуду в мусорном ведре, пустые пакеты из-под сока, стоящие батареей на подоконнике и самого Котлинского, который пытается наводить порядок. Но у него это плохо получается.
— О, привет, — оборачиваясь, бросает Котлинский. — А вы кто? — переводит после меня взгляд на Лену.
— Мы знакомы заочно, я работаю вместе с Сергеем Стекловым.
— А-а-а, так вы Лена? — видимо, прокручивает какие-то детали в голове Котлинский. Ну, с Аселей Лену даже по описанию спутать сложно. — Помогите убрать? А то всю ночь гудели, я раньше уехал, а сейчас пациентка приедет, а у нас тут такое…
Оказывается, Марина Касаева вчера благополучно родила. Ну, как благополучно… Не без сложностей, но закончилось всё более чем мажорно. Роды принимал лично Шаматов, присутствовал Котлинский и ещё три каких-то врача по списку. На имена этих врачей, озвученные Котлинским, Лена уважительно кивает и бросает мне краем рта: