Доктор и стрелок
Шрифт:
– Он вернулся в город? – стараясь не выдать любопытства, спросил Холидей.
– Черт его знает, – пожал плечами бармен. – Он ведь приезжает и уезжает, когда ему заблагорассудится.
– Так что же, никто не пытался его убить за вознаграждение?
Бармен усмехнулся.
– Встречаясь с охотниками, Кид обычно подкидывает монетку и выстрелом делает в ней дырку. Большинству этого намека хватает, и они уходят.
– Гаррету тоже хватило? – спросил Холидей.
– Пэт работал вместе с Кидом. Та еще была парочка головорезов. Правда, Пэт не позволял себе убивать законников. Он насмотрелся на смерти друзей
– И убьет шерифа?
– Убьет. Гаррет хорош, поймите меня правильно, однако Кид есть Кид. – Бармен пристально взглянул на Холидея. – Не обижайтесь, Док, но даже вам с ним не тягаться.
– Спасибо, ободрили, – сухо ответил Холидей.
– Док, я же говорю: не обижайтесь, – задергался бармен.
– Не обижаюсь, – успокоил его Холидей. – К счастью, я всего лишь дантист и картежник.
– Значит, – нервно хихикнул бармен, – если Кид заглянет сюда сегодня или завтра, ему передать, что вы искали его?
– Не хочется злить малыша Билли, – ответил Холидей и положил на стойку пару монет. – Вот если он и правда заглянет, угостите его от моего имени.
Холидей покинул салун, побродил по городу, пока не упарился на солнце, и вернулся в отель. Прежде он не заглядывал в бар при «Гранде» – враги стали бы искать его там в первую очередь.
В бар он попал прямо из вестибюля. Оформление здесь было куда утонченней, чем в прочих знакомых Холидею питейных заведениях: занавеси на окнах, мягкие кожаные сиденья на стульях; в полированной стойке можно было разглядеть собственное отражение. Холидей заказал бутылку виски и стакан, устроился напротив портрета Джорджа Армстронга Кастера[4] и налил себе выпить.
В этот момент в отель вернулся Эдисон. С утра он отлучился по делам и сейчас, проходя по вестибюлю, заметил в баре друга-дантиста.
– Угощайся, – сказал Холидей, подвигая изобретателю бутылку.
– Для меня еще рановато, – ответил тот. Посмотрел некоторое время на бутылку, потом вздохнул и сделал из нее большой глоток.
– Буду честен, – сказал он. – Я ведь был готов опустить руки… Ни одно из устройств не помогло разрушить станцию, не помогло бы и одолеть Джеронимо, чтобы он больше не сдерживал войска Соединенных Штатов по ту сторону Миссисипи… Однако теперь есть зацепка: не знаю, почему ультразвук – так я его назвал – убил Белого Орла, но на Джеронимо он не подействовал. Не знаю, подействует ли он на Римского Носа, однако впервые за два года я добился хоть какого-то результата. Шамана можно остановить, и я, воспрянув духом, готов вернуться к опытам.
– Если кому и под силу сокрушить магию, то лишь тебе, – искренне произнес Холидей.
– Спасибо, Док, – ответил Эдисон. – Когда так долго не видишь успеха, легко впасть в уныние. Особенно если знаешь, что в твоих руках – судьба страны. Ценю твою поддержку.
– Уныние, говоришь? – переспросил Холидей. – Понаблюдай за Кидом в действии, вот тогда поймешь, что такое уныние. Ему магия ни к чему.
Помолчав, Холидей полюбопытствовал:
– Как там, кстати, дела в долине?
– Бригады рабочих доберутся до нее либо сегодня вечером, либо
Пока они пили и болтали, в отель вернулась Шарлотта. Направляясь к лестнице, она прошла мимо бара, заметила Холидея с Эдисоном и решила к ним присоединиться.
– Привет, Док, – приветливо улыбнулась она.
– Здравствуйте, Шарлотта, – ответил Холидей. – Разрешите познакомить вас с Томом Эдисоном. Том, познакомься, это Шарлотта Брэнсон.
– Какая честь, мадам, – произнес Эдисон.
– Честь для меня, – возразила Шарлотта. – Встретить величайшего в мире изобретателя!
– Польщен, что вы обо мне такого мнения.
– Присоединитесь к нам? – спросил Холидей.
– Хотелось бы, но у меня куча дел, – ответила Шарлотта. – Через пять минут мне назначена встреча в юридической конторе. Времени осталось только на то, чтобы сменить пыльное платье на чистое.
– Тогда, может, за ужином?
– С радостью.
– В шесть устроит?
– Буду ждать вас в вестибюле, – ответила Шарлотта и вышла в вестибюль, там поднялась по лестнице на второй этаж.
Холидей встал и подошел к бармену.
– Много ли у вас в городе юристов? – тихонько спросил он.
– Не знаю, – пожал плечами бармен. – Человек десять-двенадцать.
– Благодарю, – сказал Холидей и вернулся за столик.
– Я случайно подслушал, о чем ты спрашивал, – сказал Эдисон. – Какое тебе дело?
– Просто стало любопытно.
– Ну что ж, у меня есть выбор: просидеть остаток дня в баре и напиться или отправиться к себе в номер и поработать над новыми задумками.
– Увидимся позже.
Эдисон покинул бар и поднялся к себе в номер. Холидей почти сразу, допив виски, тоже вышел, но не стал возвращаться к себе, а отправился на улицу. Он думал проследить за Шарлоттой и тут же одернул себя: она бы его заметила, да и потом, незачем выдавать свои подозрения и недоверие.
Холидея волновало не то, что Шарлотта видится с любовником, а то, что она ему солгала. Он ведь не имел на нее притязаний, совсем никаких, так зачем эта ложь, эти тайны? Из-за них он хотел проследить за Шарлоттой и выяснить, что же на самом деле происходит.
Впрочем, он знал, что не пойдет за ней. Предательство дамы, которой он восхищался, больно ранило, однако Холидей был честен с собой: Шарлотта ему ничем не обязана. Да, прокатилась с ним до Линкольна, поужинала пару раз – вот и все. «На самом деле, – подумал Холидей, – мне даже лучше спрятаться, пока Шарлотта не вышла, не то она сочтет нужным запутать след и будет часа два плутать по городу».
Холидей укрылся в ближайшем магазине и подождал, пока Шарлотта выйдет из отеля. Она сразу свернула направо, дошла до угла и там снова повернула вправо. Пропала из виду.
Холидей невольно обратился к владельцу лавки, спросил, где можно найти юриста.
– Я, признаться, не разбираюсь, кто из них хорош, кто – нет, но почти все юридические конторы Линкольна расположены в двух-трех кварталах налево отсюда. Большинство на этой стороне улицы, однако есть парочка и с противоположной.
– Благодарю, – сказал Холидей.