Долг Короля
Шрифт:
— Зачем? — удивилась Рин и снова вспомнила о купленном для нее доме. — Анхельм, не темни. Говори правду. Что ты задумал?
— Я не могу тебе этого сказать, Рин, — ответил он, качая головой. — Ты сама все поймешь, если будешь достаточно внимательна к моим действиям. У меня есть для тебя новость: в Соринтию мы отправимся по отдельности. Ты завершишь мои дела здесь.
Рин растерялась.
— Анхельм, ты что? Я же ничего не знаю о твоей работе…
Он лишь отмахнулся.
— Я объясню все, что нужно сделать. Там нет ничего сложного.
— А возвращение?
— Возвращаться будем через Канбери. У меня нет ни малейшего желания ехать через Южные
Рин поежилась.
— А если меня узнают?
— Рин Кисеки умерла для окружающего мира. Статьи о твоей поимке и смерти разнеслись на весь мир, благодаря стараниям Илиаса и Кастедара.
Рин прижала ладони ко рту.
— На весь мир?! И в Соринтии тоже все знают? Как же… Если это дойдет до Армана и Зары… что делать?! Твой дядя может лишить меня документов!
Анхельм кивнул с самым серьезным видом:
— Именно поэтому мы не можем больше терять время. Я должен отправляться как можно скорее, но ты завершишь мои дела здесь. Рин, это важно.
Герцог налил себе вина и выпил сразу полбокала.
— Боги, сколько же горчицы они льют в эти салаты? Мой рот горит.
Рин прикусила язык, подумав, что салат нужно было хотя бы попробовать перед тем как подавать. Она взяла ложечку и съела немного. Кисловато, остро, мясо какое-то жесткое.
— По-моему, нормально, — резюмировала она. Анхельм отставил тарелку в сторону и принялся за рыбу. Рин впилась взглядом в его вилку, как сокол в добычу, и напряженно следила за выражением лица.
— Хорошо, что я должна сделать?
— Есть два предприятия, на которые ты должна забрать документы у моих партнеров и привезти их мне. Первое предприятие — это ткацкая фабрика в Андринео, второе — сталелитейный комбинат в Диаполи.
— Что такое сталелитейный комбинат? — не поняла Рин.
— Это место, где железо перерабатывают в сталь, а затем из этой стали делают различные вещи.
— Это выгодно? — спросила она, надеясь порадовать таким вопросом Анхельма. Не то чтобы ее действительно интересовал этот вопрос, скорее, она просто хотела сменить тему.
— Сейчас — очень. Сталелитейная промышленность идет вверх высокими темпами, потому что спрос на сталь растет. Так вот: ты забираешь документы у людей, чьи адреса я тебе дам позже, и везешь их мне. Я приеду в Соринтию раньше тебя, а Фрис едет со мной в качестве охраны.
— Я не понимаю, что происходит. Вообще не понимаю, — честно призналась Рин. Герцог взял ее за руку и сказал:
— Мне нужно твое доверие, Рин. Я пытаюсь создать для тебя безбедное будущее.
— Для чего такие ухищрения? Ты же знаешь, что я неприхотлива.
— Зато я прихотлив.
— Анхельм, ты вообще уверен, что я доживу до этих времен?
— Вот эти речи я слышать даже не хочу, поняла? — отрезал он, строго и серьезно глядя на нее. Рин молча просматривала документы. Он переспросил: — Рин, ты поняла?
— Поняла, — процедила она сквозь зубы. Анхельм огорченно посмотрел на девушку и доел рыбу.
— Что бы хорошего я ни делал для тебя, ты сопротивляешься. Фрис лжет тебе, унижает и причиняет боль, но ты ему доверяешь. Кастедар крутит тобой, как хочет, но ты ему доверяешь. Я же делаю для тебя только хорошее, но ты отказываешь мне в доверии! Может, мне нужно стать отъявленным мерзавцем, чтобы ты прониклась ко мне этим чувством?
Рин ошарашено смотрела на него.
— Какая муха тебя укусила? О чем вообще ты говоришь? — зашептала она, срываясь на крик. — Да как
— Рин, успокойся…
— Сам успокойся! Я спокойна! — заорала она. — Что тогда, по-твоему, доверие? Слепое исполнение твоей воли без малейшей попытки понять ситуацию?! Что значит «я хочу создать тебе безбедное будущее», а? Мать твою, Анхельм, я считала, что мы вместе!
Она вскочила из-за стола и выбежала из комнаты, хлопнув дверью. Все в ее душе клокотало, и все вокруг раздражало. Хотелось поскорее убраться из этого места подальше, где никто не смог бы увидеть, как ей плохо. Подумав, что, вероятно, Анхельм отправится искать ее, Рин не стала возвращаться в свою комнату, а вместо этого решила пройтись по улице. Ей нужно было остыть, чтобы не дать себе наделать еще больше глупостей. Их гостевой дом — трехэтажное деревянное здание с крышей-пагодой и галерейными балконами — находился в центре Льяго, и окружен был мощеными улицами и высокими шести и семиэтажными каменными домами серого цвета. Пройдя квартал в сторону войсковой части, она остановилась и огляделась вокруг. Ничто здесь не радовало глаз, и все нагоняло тоску своей серой безликостью. Рин смотрела на эти странные дома-коробки с холодными гранитными стенами и чувствовала, как их высота и массивность давят на нее. Такого ощущения у нее никогда не возникало в городе Сорин-Касто, несмотря на его плотную застройку и такие же высокие дома; улочки в нем были по-своему уютные, хотя на первый взгляд казались неприветливыми. А здесь возникало лишь чувство пустоты, собственной незначительности и грусти. Прохладный вечерний ветер пробирался под ее тонкую кофту, она зябко ежилась и тоскливо вздыхала. Конечно, ссора была глупой. На пустом месте. Какая муха его укусила?
— Что не так я сделала? Что я сказала не то? Я всего лишь спросила, зачем все это нужно! Почему он не хочет ответить мне? — спросила она у одиноко стоящей на пустой улице макины. Та предсказуемо не ответила. Рин села на бордюр и, подтянув колени к груди, уткнулась в них.
Зачем он купил ей дом? Забота об ее будущем? Или он предполагает ситуацию, когда ей придется бежать из страны?
«Через полтора года ты продашь этот дом, поедешь в Альтресию и купишь дом там, в столице», — прозвучало у нее в голове воспоминание.
Анхельм хочет, чтобы Рин уехала? Боги, если ему нужно, чтобы она уехала подальше, ему достаточно было просто сказать об этом, ее и след бы простыл! Зачем покупать ей дом? Но он утверждает, что заботится о ней…
Или он хочет уехать с ней? И бросить все? Бред, он так не сделает. Анхельм твердо стоит на земле: он бы не стал покупать здесь собственность, если бы у него не было планов на эту страну. Дом, сталелитейный комбинат и ткацкая фабрика. Как могут быть связаны эти вещи? Зачем герцог, у которого и так денег куры не клюют, вдруг вкладывает средства в такие предприятия за океаном? Или так он пытается окупить убытки от предстоящей потери земель? Купить производство в этой стране и получать с него прибыль? А что, вот это вполне вероятно: он отдает земли, где добывается железо, например, колонию в Квато, а взамен покупает сталелитейную промышленность, и контролирует производство. Отдает Шаберговы острова, где выращивают хлопок, а покупает ткацкие фабрики, и получает деньги. Да, вот это вероятнее всего.