Дом № 26

Кавагути Итиро

Харуко вздыхает, потом вдруг начинает плакать, ищет носовой платок. Слышен смех Ясудзиро.

Харуко. Что тут смешного! (Утирает слезы.) Ты что, все еще пьян?

Голос Ясудзиро. Не-ет. Вчерашнее виски почти не подействовало.

Харуко. Понятно. Так ты все знаешь?

Голос Ясудзиро. Нет.

Харуко. Не может быть.

Ясудзиро (появляется в дверях, теперь уже аккуратно одетый, но выглядит плохо; внезапно пошатывается). А что? Что-нибудь интересное? Тогда жаль,

что не слышал.

Харуко (испуганно). Ой!

Ясудзиро (невесело усмехаясь). Ничего особенного. Просто… (Похлопывает себя по затылку.) Просто вот тут что-то не в порядке.

Харуко (со слезами в голосе). Я боюсь.

Ясудзиро. Ничего, это часто бывает. (Осторожно садится на стул.) Вчера опять ездили в тот кабак. Ужасно тоскливое место. Все пьяные, а такие тихие. Сидят себе тихо-тихо и словно чего-то ждут. Нет чтобы хорошенько напиться и развеселиться.

Харуко. Как тебе не стыдно ходить по таким местам.

Ясудзиро. Выпивка – всюду выпивка, везде от нее один вред… (Его передергивает.) Слушай, Хару-тян, приготовь кофе.

Харуко выходит в коридор.

Надо будет вечером пойти навестить Сато-сан.

Голос Харуко. Зачем?

Ясудзиро. Хартфорд. Деньги! Деньги! (Пауза.) Хару-тян!

Голос Харуко. Что?

Ясудзиро. Ты говорила, что хочешь туда переехать и жить беззаботно.

Голос Харуко. Да.

Ясудзиро (улыбается). Не услежу – вдруг появится какой-нибудь жизнерадостный типчик вроде Рё-сана…

Голос Харуко. Ну зачем ты говоришь такое?

Ясудзиро. Мне надо было больше искать, искать в разных сферах…

Харуко (вносит кофе; с болью). Мужчина должен быть тверже…

Ясудзиро (принимая чашку). Ты совершенно права. (Словно размышляя вслух.) Выкрутимся ли?…

Харуко. Хорошо бы пожить ни о чем не тревожась… во всяком случае, я не собираюсь обратно в Японию… (Многозначительно.) Слушай, ты правда ничего не знаешь?

Ясудзиро (насторожившись). О чем ты?

Харуко. Ты нарочно всегда держишься так, как будто тебе на все наплевать.

Ясудзиро. Так оно и есть.

Харуко. Значит… (Плачет.) Ты жалеешь…

Ясудзиро. Ни о чем я не жалею. Что толку жалеть, когда уже поздно.

Харуко. О прошлом жалей сколько угодно, но я хочу, чтобы ты подумал о нашем будущем. (Пауза.) Я так сердита на тетушку…

Ясудзиро. А на меня?

Харуко. На тебя?

Ясудзиро. Я ведь живу словно по инерции.

Харуко. Нет, это неправда. Я всегда верила в тебя. (Плачет.) Но, конечно, если ты больше не хочешь…

Ясудзиро. Мы ведь собирались ехать в Хартфорд.

Харуко. Ну конечно.

Ясудзиро.

Там тоже легкой жизни не будет.

Харуко. Ничего, я согласна.

Ясудзиро. Денег у нас нет. Ничего нет. Я… ты… ребенок…

Харуко. Да. Ребенок! Сейчас уже нечего сокрушаться. Мы слишком много думали о себе…

Ясудзиро. Да.

Харуко (улыбнувшись). Ну, хватит. Хватит. (Снова помрачнев.) А ты для меня все тот же.

Ясудзиро молчит.

Если б я тебя не любила, разве я могла бы спокойно жить?

Ясудзиро. Ая жил так, словно ничего не замечал, словно все это меня не касалось… Я дурной человек!

Харуко. Нет, конечно, нет. А я-то какая дура.

Пауза.

Ясудзиро. Хару-тян, еще чашечку…

Харуко (улыбнувшись). Еще чашечку! (Берет у мужа чашку и выходит.)

Звонок. Ясудзиро открывает дверь. Это Гэмпати.

Гэмпати (дрожа). Бр-р, замерз я.

Ясудзиро. Где ты был-то все это время?

Гэмпати. На крыше. На скамейке спал. Как солнце зашло, так сразу холодно стало, просто жуть.

Ясудзиро. Ты куда теперь?

Гэмпати. То есть как? А-а, поеду в Райбич. Как всегда, ten cents, ten balls. [16]

Ясудзиро. Снова будешь работать?

Гэмпати. Так, подзаработаю немножко, а зимой опять гулять буду.

16

Десять центов, десять шаров.

Ясудзиро. А потом?

Гэмпати. Потом? Потом опять лето… (Надувшись.) Откуда я знаю?

Харуко (приносит кофе на двоих). Гэмпати-сан, угощайтесь.

Гэмпати. А-а. Кофе?

Харуко. Да. Надеюсь, вы любите кофе?

Гэмпати. Э-э… Буду рад. Ужасно.

Мужчины пьют кофе.

Ужасно проголодался.

Харуко. Сейчас. (Приносит тарелку с хлебом, маслом и ножом.)

Гэмпати. О-о, спасибо. (Садится на пол, скрестив ноги, и принимается за еду.)

Харуко. Нельзя спать на крыше.

Гэмпати. Угу. Я знаю. Прекрасно знаю.

Харуко. Вдруг заболеете, что тогда?

Гэмпати. Спасибо за заботу. Я когда выпью, то забываю и про здоровье и про все. Наконец-то в голове прояснилось. Это почти как долларовый обед!

Ясудзиро. Да, плохи твои дела. (Уходит в спальню.)

Гэмпати. А мои обеды почти всегда такие. Остальное – на выпивку. Вон машинистки там или продавщицы: перебиваются на сэндвичах и яблоках, зато покупают себе новое платье. (Пауза.) Я когда-то работал боем в отеле в Сиэтле. Мне на четвертом этаже закажут бутылку в номер, я пока дойду вниз – уже забыл, какое вино заказывали…