Дом Солнц
Шрифт:
— Ваши опасения обоснованны. Память я повредил. Не подскажете, какое сегодня число?
— Шесть ноль три три, четыре восемьдесят пять по стандартному времени Крабовой туманности. Вы в спиральном рукаве Щита — Южного Креста в системе Неламбия.
— Атешга продержал меня в плену довольно долго. Последняя запомнившаяся мне дата в человеческом исчислении начиналась с пятерки.
Я посмотрела на клетку. Геспер так и стоял внутри ее, хотя сдерживающее поле уже не действовало.
— Атешга что-то сделал с вашей памятью?
— Я чувствую сбои, которые указывают на сильное
— От Атешги мы полетим к системе, где пройдет наш сбор. На последних двух в числе гостей были и люди-машины. Хотите — отвезем вас туда. Если нет, оставайтесь на «Лентяе» сколько пожелаете. — Я сделала паузу, собираясь затронуть деликатную тему. — Конечно, если вы согласитесь посетить сбор, моему положению в Линии это совсем не повредит.
— Это вполне можно устроить. Мы уже улетели от Атешги?
— Кое-что уладим — и улетим. — Я протянула Гесперу руку. — Из клетки можно выйти, если хотите.
На пухлых губах появилась улыбка. Слишком неестественная и театральная, слишком симметричная, чтобы достоверно отразить человеческие эмоции, но это была улыбка.
— Спасибо, шаттерлинг.
— Зови меня Портулак, и давай на «ты», ладно?
— Хорошо, Портулак. — Из клетки Геспер вышел осторожно, будто ожидал, что сдерживающее поле включится снова. Он вытянул руки, повернул их вправо, потом влево, словно восторгаясь ими. Тут же вспомнились охотничья кошка, которая была у меня в Палатиале, и копия «Давида» Микеланджело, висевшая в коридоре нашего старого дома. — Портулак, как здорово двигаться! Словами не передать, до чего отвратительно было в плену у Атешги. Реши я отомстить… — Геспер осекся.
— Геспер, ты решил мстить? — спросил Лихнис.
— Нет, — ответил робот, — месть для биологических существ, а мы решаем вопросы иначе.
Доктор Менинкс не отреагировал, когда его представили Гесперу, хотя бумажное лицо выражало хорошо продуманное недоверие.
— Мы с Атешгой только что говорили о других кораблях, — начала я. — Правда, Атешга?
— Все мои корабли вы уже видели, — ответило имаго.
— Атешга, я знаю, что вы сделали с моей памятью, — заявил Геспер, входя в поле зрения имаго. — Вы благоразумно стерли информацию о том, что совершили.
— Я мог тебя убить, — напомнил постчеловек.
— Я учту это, когда вернусь к своему народу и объясню, где был. А пока, чтобы не усугублять ситуацию, советую прислушаться к просьбам шаттерлинга. Раз она хочет увидеть другие корабли, покажите их ей.
Атешга промолчал. Его корабль вылетел из атмосферы, оставив за собой полосу вакуума.
— Куда он понесся? — спросил Лихнис.
— На орбиту, — ответила я.
— На орбите кораблей не было, — возразил доктор Менинкс. — Мы заметили бы их даже за маскировочными экранами. Невидимым корабль не сделаешь.
— Мы их видели, —
Лихнис сел в кресло и притянул к себе парящий в воздухе пульт. По его команде «Лентяй» вынес нас из атмосферы навстречу «Серебряным крыльям». Мы летели над экваториальной плоскостью планеты и смотрели на ее залитую солнцем поверхность.
— Все равно не понимаю, — признался доктор Менинкс.
— Я тоже, — сказал Лихнис, вглядываясь в планету. — Я вижу лишь…
— …Кольца, — договорила я за него. — Давайте, Атешга, покажите им. Лихнис с доктором сообразительностью сегодня не блещут.
— Что он должен нам показать? — спросил Лихнис.
Тут кольца стали преображаться совершенно невероятным образом. Менялась и текстура, и яркость — сперва появилась прямая линия, которая двигалась с неотвратимостью стрелок часов. За ней кольца становились темнее и будто рыхлее. Раньше на фоне планеты они казались серебристо-белыми лентами, а сейчас напоминали клубы черного дыма.
— Вот где Атешга их спрятал, — пояснила я. — Кольца в основном состоят из мелких ледяных осколков, но корабли-то крупнее. Атешга настроил генераторы их защитной оболочки так, чтобы у пузырей был тот же коэффициент отражения. Сейчас он снял настройки, и отражающая способность пузырей уменьшилась.
Видела я и сооружения побольше, наверное, все видели. Но в определенном смысле большое есть большое, будь то парящая громада нефритового собора на Лютеции, лунный корабль Второй Империи или гигантский остов механизма Предтеч у Альфы Стрельца.
Эти кольца вместили бы море кораблей.
— Сколько их здесь? — спросила я чуть ли не со страхом.
— Тысяч шестьдесят, — отозвался Атешга. — Я их очень давно коллекционирую.
— Выбирай! — велела я Лихнису. — Если здесь ничего не приглянется, значит искать вообще бесполезно. Уверена, у Атешги тут все типы и модели.
— А я теперь не знаю, — смущенно улыбнулся Лихнис.
— Что не знаешь?
— Стоит ли избавляться от «Лентяя». Разве страшно, что из-за него я на пару встреч опоздал? Главное, я попал, куда хотел, в целости и сохранности.
— Ты совершенно прав, досточтимый шаттерлинг, — вмешался Атешга. — Зачем избавляться от корабля, который служит верой и правдой? Разумеется, после того, как ты изложишь свои требования, на ремонт уйдет определенное время. Запчасти нужно отобрать, установить на корабль… Работы тут на многие месяцы, если не годы. Не желаете провести это время в стазисе?
— Дельное предложение, — кивнула я. — Но сдается мне, что если мы заснем, то уже не проснемся.
— Придется спать по очереди, — проговорил Лихнис.
Тут послышался мелодичный голос Геспера:
— Необходимости в этом нет. То, что вы называете латентностью, мне не требуется. Пока вы спите, я готов следить за ремонтными работами. Не сомневайтесь, я заставлю Атешгу сдержать обещания.
Мы с Лихнисом переглянулись. Думали мы наверняка об одном: где гарантия, что Геспер — настоящий посланник машинного народа? Атешга, с его коварством, запросто мог использовать его как подсадную утку, как аварийное средство для прижатия нас к ногтю.