Домашний кит

Барышникова Наталья

«Не человечьей, а звериной…»

Не человечьей, а зверинойПриродой, постигая май,Теряя шепот тополиный,Меня как хочешь понимай.Вгоняй бесстрашно в краску летаДареный кактус впопыхахИ верь, что красная дискетаБессмертна в траурных стихах.Но этот год на самом делеНевероятно молчалив –Уста сомкнули окна, двериИ даже лифты, нашалив.Так

пусть случится, как бываетСо всеми в тридцать первый раз –Луна беззвучно убывает,Не поднимая тост за нас.

«Когда б не знать, к чему двукрылый крест…»

Когда б не знать, к чему двукрылый крестИ ангел тот, что за него в ответе?Его стихи положены на ветер,В настольных книгах нет свободных мест.И нам бы в путь, да нас никто не звалОтведать хлеб и с мельником проститься.Светлы и молчаливы наши птицы,Оплаканные зернами родства.Что путь к Тебе, что отпущенье слез…Но, Господи, и мы, всему чужие,Несли свой крест, а оказалось, жили,Где рельсы норовят сойти с колес.

«Когда закат касается щеки…»

Когда закат касается щекиЗадумчиво, как сонные стрекозы,И добрые по сути мужикиКлянут дожди во время сенокоса,Со стороны глядишь на век людской,Благообразный. Нам не стать другимиВ скорлупке неприветной городской,Чья слава – намереньями благимиДорога в снег грехом, а не ковром,Чей опыт – поводырь по злачным тропам,Чей храм – многоязычный ипподром,Где первых нет. И мы приходим хором.

«Сторож стопку сторожит…»

Сторож стопку сторожит.Пес по улице бежит.Ночка звездочками машет,Что окошко дребезжит.Речь, конечно, о другом –Подползает к горлу ком.То, что с нами происходит,Называется грехом?Можно глупость сотворить –Суп гороховый сварить.Ты откушаешь немножкоИ пять пойдешь курить.Можно долго слезы лить,Чтобы душу не спалить –Не покаяться сегодня,Коль вчера не нашалить.Ночь состарилась уже,Брезжит свет на этаже.Старый сторож, спи спокойноНа отмеренной меже!

«То ли жизни скользкой дорожка крива…»

То ли жизни скользкой дорожка крива –Бродит псина, оскалив клык.На дворе – трава, на траве – дроваИ по выходным шашлык.Или жизнь в одночасье сошла с колес –Так не мне горевать над ней.На дворе трава, на траве злой пес –Жаль, что нету его родней.

«Немудрено заблудиться в потемках зимы…»

Немудрено заблудиться в потемках зимы.Мятные

сны и чернильный оскал фонарейОтодвигают застенчиво день, когда мыСтанем беспечностью птиц и лукавством зверей.Если о пользе, ты встретишь меня невзначайТам, где оттаивать вместе нам не суждено.В сердце фарфоровом можно заваривать чай.Может, глинтвейн? Не купить ли покрепче вино?Может быть, встретив под новой звездой Рождество,Снегом всенощным укроем обитель обид.И бестолковое нас не покинет родствоВ час, когда ангел отбой чудесам протрубит.

«Вырастить бы садик, выстроить бы домик…»

Вырастить бы садик, выстроить бы домик.И родить бы сына, не убив змею.А потом веселый дописать бы томикПро чужое счастье и печаль мою.Смерть мудра под утро. Я приму отсрочку.А змея не дремлет в тереме святом.Вырастить бы сына, выстроить бы строчкуИ поднять бы дочку. Поживем потом.

«Кто ваял оглоблю впотьмах…»

Кто ваял оглоблю впотьмах,Кто ножи затачивал, кто боль –Это левой рученьки взмах,Что касается правой, извольПоловицы во кухоньке перестелить,Остроликих к совести призвать мышейИ пространство скитаний мирских продлитьМеж удушливых праведностью этажей.И ты не спи в ночи, мраморная капель,Не скули сквозь воздух, который густ,Мы войдем в чернозем через оттепель.И цвети, если хочешь, терновый куст.

«Нежность, жалость – не порок…»

Нежность, жалость – не порок,Если шлют дурные вести –Впал в отчаянье пророк,Потеряв заветный крестик.А всего-то от тоски,От надуманной тревогиЗаскорузлые пескиЗаняли его дороги.И обочиной шурша,Горделиво и коварноМы проходим не спешаНашу родину бездарно.Пыльной вотчины спина,Профиль юности, кокетство,Где взрослеет глубинаИ стареет твое детство.

«Ты мог стрелу легко заправить в лук…»

Андрею В.

Ты мог стрелу легко заправить в лук,Но птица окаянная уснула –Прикинулась жасмином. ОбманулаИ отцвела, не помня твоих рук.А снег слепил сознанье, влажный, грузный.Так электричка, бормоча «всегда»,Все таяла. Так чистая водаПросачивается через мед арбузныйИ через мрак кремлевской тишины,Где, что ни тень, то ладные курьеры.Спасибо за письмо. За все пробелыНепрожитой в который раз зимы.