Домой
Шрифт:
–Это от вас возвращалась белая "Тойота" "н247кв" с молодыми людьми этой ночью?– продолжил Ершов, уже заходя в ворота.
–Не знаю. Может быть,– сухо ответил я, стараясь в предстоящем разговоре контролировать и взвешивать каждое произнесённое мной слово, ибо чрезмерное словоблудие в беседах с представителями органов имеет иногда тенденцию заканчиваться весьма плачевно для болтуна.
–Дело в том, что эта машина попала в аварию, перевернулась, двое парней сейчас в реанимации, один с многочисленными переломами, а вот девушка, ехавшая с ними, – умерла. Это произошло недалеко от вашей станицы по пути в Краснодар. Так вот свидетели – их общие знакомые – утверждают,
–Вполне может быть. У нас не было возможности следить, какие машины здесь были и когда уезжали.
–А что здесь вообще происходило? Дискотека что ли?
–Нет, просто вечеринка. У меня недавно был день рождения, вот решил пригласить друзей, отметить,– фантазировал я.
–Ага. Таких, что ты и сам их не знаешь. Да? О, и ты здесь,– удивлённо воскликнул Ершов, увидев выходящего из одной из дверей здания Лёшу,– Алексей, если мне память не изменяет?
–Да,– ответил тот.– Здравствуйте.
Это был высокий, под два метра ростом, с кудрявыми, длинными волосами парень. Хоть он и пытался улыбаться, но невооружённым взглядом было заметно, что он почему-то ни ну шутку перепугался, увидев Ершова.
–Так это опять ты здесь дискотеку устраиваешь?– продолжил полицейский.
Двое остальных тем временем рассматривали ещё не убранный до конца после ночного веселья мусор. Поднимали пластиковые бутылки, небольшие стеклянные бутыльки, заглядывали в углы здания и в мусорные мешки.
–Почему "дискотеку"? Просто день рождения отмечали,– как заранее договорившись, ответил Лёша.
–И наркотиками торговали?– издевался Ершов.
–Нет, конечно. Какие наркотики?
–А что пили?
–Вино и пиво. Ну, кофе, чай ещё. И всё.
Ершов шёл чуть-чуть впереди нас, и мы уже находились ближе к концу здания, когда он вдруг обернулся и серьёзно, с угрожающими нотками в голосе спросил:
–А вы знаете, что все, находящиеся в "Тойоте", были в состоянии наркотического опьянения? И что свидетели показали, что наркотики они приобретали именно здесь.
–Ничего никто здесь кроме вина, пива и бутербродов купить не мог,– твёрдо настоял я, но почувствовал, что это заявление Ершова – лишь начало его обвинений.
–Так, что Лёша, это ты что ли опять за старое взялся?– обратился на этот раз Ершов уже к нему.
–Нет, конечно. Здесь на самом деле никаких наркотиков не было,– подтвердил тот.
–Сказки-то мне рассказывать не надо. А-то я не знаю, как оно бывает на подобных мероприятиях. Я вам кучу свидетелей найду, которые подтвердят, что наркоту всякую брали прямо здесь. А коли ты – хозяин, – обратился Ершов ко мне,– отвечать придётся именно тебе. Давай-ка отойдём в сторонку.
Мы вышли из здания вдвоём и остановились около их автомобиля. Он продолжил.
–А дискотека эта ваша с администрацией была согласована, всё официально, налоги все уплачены? А ты в курсе, что тебя ещё могут косвенно обвинить в причастности к смерти этой девушки из "Тойоты"?
От лавины этих необоснованных обвинений, но в то же время настолько правдоподобных для меня, никогда раньше не сталкивающегося с подобными делами, у меня началась полная чехарда в голове. Я стоял как вкопанный и не знал, что сказать. Верить в сказанное им ужасно не хотелось, но я понимал, что если сейчас не решить этот вопрос, последствия для меня и многих близких мне людей могут быть весьма плачевными.
–Ну и что мне делать?– в конце концов, отозвался я.
–Сухари сушить,– моментально, как будто ждал этого вопроса, по-киношному ответил Ершов.– Твои предложения.
–Я не знаю, – не хотел что-либо предлагать я первый.
–А
"Тойота" с нежданными гостями умчалась туда, откуда приехала, а мерзкий, фальшивящий вокал оперативника третьего отдела ФСКН города Краснодара капитана Олега Семёновича Ершова ещё долго звучал у меня в голове.
* * *
– Вот, знакомьтесь: Макс,– Игорь указал сначала на меня, а потом на двух пришедших вместе с ним молодых людей,– Лёша, Стас.
Тёплый весенний день ознаменовал роковую для меня встречу с двумя неординарными ребятами. Внешность что одного, что другого даже для разношёрстного, вычурного Краснодара, сочетающего в себе приверженцев всевозможных стилей и направлений, была весьма оригинальна. Лёша был огромного роста, около двух метров, с длинными сальными кудрявыми волосами, причёской а-ля "Лев – царь зверей", старомодном потёртом длиннополом пальто, джинсах и кроссовках белого когда-то цвета. Стас же, наоборот, был ниже среднего роста, с короткими спереди волосами и смешными дредами сзади, в джинсовой куртке с капюшоном от кофты на выпуск, в широких камуфлированных штанах и кедах.
Игорь – мой хороший знакомый с соседнего посёлка, музыкант – работал в "Театре кукол", где и познакомился с Лёшей. Тот пришёл работать туда оформителем, но позже. Кроме работы в театре Лёша увлекался горами, походами, ездой на современном велосипеде, а ещё пару раз устраивал музыкальные мероприятия, то есть выступал в качестве промоутера. Они вместе со Стасом арендовали клуб или любое другое помещение в каком-нибудь населённом пункте, приглашали своих знакомых музыкантов и устраивали "сэйшены" с участием молодёжи, которая, естественно, попадала туда за деньги. Рассказав об этом Игорю, Лёша поделился, что подумывает о более глобальном проекте с большим количеством музыкантов и, соответственно, посетителей. Загвоздка только с местом. Игорь предложил познакомить его со мной.
На тот момент у моего отца имелся во владении участок земли площадью восемь гектаров, на которм находилось большое панельное здание. Больше десяти лет назад отец работал в плодово-ягодном акционерном обществе заместителем директора. На очередном собрании акционеров встал вопрос о сохранении за собой поста директора: большинство проголосовало против, директора сняли, а отец из солидарности и нежелания работать с новым начальством уволился тоже. Но к этому времени они с бывшим директором приобрели прямо на территории яблочного сада земельный участок, и в предвкушении баснословных заработков решили заниматься выращиванием грибов-шампиньонов. По всем экономическим выкладкам и в соответствии с бизнес-планом планируемого мероприятия, прибыль должна была выражаться сотнями тысяч долларов ежегодно. Был привлечён заёмный капитал "Сбербанка", завезено дорогостоящее оборудование, приглашены специалисты по выращиванию – технологи. И когда уже был даже завезён компост с мицелием, произошло непредвиденное – по какой-то причине прекратилось финансирование со стороны банка, а все имеющиеся средства уже были вложены. Столь бурно расцветающее и многообещающее дело пришлось заморозить. Здание несколько лет стояло без присмотра, земля без ухода.