Дороги в темноте
Шрифт:
Если я отправлюсь на осмотр, меня, скорее всего, на целую неделю отстранят от работы. А она мне нужна, так как: а) хочу в нормальную комнату, б) нужно искать Идунна. Поэтому я покачала головой и допила воду из бутылки, которая всегда стояла под рукой.
– Все в порядке, я норм, – заявила я, принимая рабочую позу – укладываясь поудобней. Где-то над головой низким сытым голосом гудел Прибор, от которого у меня снова начала раскалываться голова. Наверняка у меня не получится снова уйти за реальность, мелькнуло у меня в голове. И сразу же вслед за этим я накрепко отключилась.
В этот раз я, с удивлением, обнаружила себя в странной каменистой долине, два края которой выгибались вверх, превращая долину в желоб. Этот желоб извивался, так что просматривался лишь небольшой участок от поворота до поворота. Я присела и коснулась камней: бледно-серые, выгоревшие до белесого оттенка, матовые, горячие.
В следующий миг я услышала сопение и на меня навалилось тяжелое, остро пахнущее тело. Я попыталась вывернуться, била назад локтями, мы упали, так что жирный вонючка оказался на мне. Я проехалась подбородком по камням и зло выругалась. Дядя кого-то окликивал – явно звал на подмогу. Я на всякий случай сжала в руке камень, авось, смогу отбиться, хотя надежды мало. Меня мигом подняли на ноги и связали руки с такой скоростью, будто где-то неподалеку стоял судья с секундомером. Я сообщила мужикам все, что думаю как о них самих, так и об их предках. Но они, радостно вскрикивая, уже тащили меня к своей телеге. Естественно, на ум мне приходили только всяческие неприятности, с которыми сталкивается женщина в руках незнакомых мужиков. Все это меня безумно раздражало. Камень, естественно, у меня отобрали, когда связывали руки.
Ненавижу чувствовать себя беспомощной! Но дальше все пошло не так, как я ожидала: с радостным гиканьем меня принялись взваливать на телегу, что было проблематично, учитывая высоту наваленного на нее добра. Наконец, я оказалась наверху, плотно привязанная к чему-то твердому и неровному.
– Жаль, что эти купцы не торгуют полотном, так бы поездочка была приятней.
Я обернулась на голос и потеряла дар речи. Впрочем, оно было к лучшему: рядом со мной лежал Идунн, собственной персоной. Я наконец смогла разглядеть его вблизи – и впрямь острая, с мелкими чертами мордочка, смахивала на мышиную.
– А меня Айду зовут, – флегматично сообщил он, разглядывая меня насколько это позволяли сделать веревки. От волнения я смогла лишь едва кивнуть головой. Тут телега жутко заскрипела и начала рывками двигаться вперед-назад.
– Что они делают? – Нервно спросила я. – Зачем нас сюда привязали?
– Мы – жертва, – равнодушно ответил Айду.
– Может быть жертвы?
– Может быть.
Отлично, блин, всю жизнь мечтала стать жертвой, прямо вот каждую ночь в подушку рыдала из-за того, что меня все никак не жертвуют. Так, нужно думать не об этом, нужно собрать мозги в кучу и соображать ими как отсюда выбраться. Я покрутила головой, веревка больно врезалась мне в шею. Телега все еще раскачивалась как кровать под страстными любовниками.
– Что они там делают? – Полюбопытствовала я.
– Колесо в камнях застряло. Пытаются вытащить.
Ну да, могла бы и сама догадаться. Теперь попробуем выяснить более важную информацию.
– Айду! Кому мы жертва? Ты знаешь?
Он по-прежнему безмятежно глазел в блекло-белесое небо с видом человека, который смирился со своей участью.
– Нет, не знаю. Я и сам сюда нечаянно попал.
А то я не догадываюсь! Но как это сюда угораздило попасть меня? Ладно, это потом. Надо бы что-то сделать с этими гадскими веревками. Я как смогла приподняла голову и оглядела себя: так, мы привязаны к тем веревкам, которые держат этот тюк. Если их как-то ослабить или развязать, можно будет слезть с телеги. Я подвигала руками, затем ногами. Больше всего меня раздражала веревка, которая шла поперек груди и соскользнула на горло. Если хорошенько покрутить головой, повернуть ее набок, затем попытаться ухом пролезть под веревкой … Блин, ухо зацепилось – не оторвать бы! Я вдавила голову как можно глубже в тюк, подо мной что-то глухо звякнуло и разъехалось, так что я смогла с изяществом циркового уродца вытащить голову из-под веревки. Немного отдышавшись, я приподнялась, упираясь локтями в тюк и огляделась: мы кое-как плелись
– Сейчас нас будут кушать, – монотонно сказал Айду, – слышишь этих тварей?
– А ты что, хочешь чтобы тебя съели? Странный ты парень, – огрызнулась я, пытаясь распутать странный клубок вокруг своих ног.
– Я маленький слабый человечек, что я могу сделать? Судьба грозно взглянула мне в лицо и сказала: Айду! Вот тебе расплата за все, что ты натворил в своей жизни! Вот он миг твоего искупления! На, получи, гад, за свои грехи! И я смирился с этим. Я просто жду, когда все закончится.
Нда, интересный парень. И как он выжил с таким-то подходом к жизни? Я не стала ему отвечать, лишь изо всех сил работала пальцами, отчаянно торопясь, потому что в темноте точно кто-то был. И этот кто-то находился как раз на уровне нашего с Идунном места пребывания. Осталось совсем чуть-чуть, я чувствовала как ослабел узел, камни хрустели под колесами, купцы что-то монотонно голосили, но это не помешало мне услышать тихий звук где-то справа от себя. Быстрее, еще быстрее, ведь нельзя чтобы Идунна сожрали! Он мне нужен живым! Про сжирание себя я даже думать не хочу, этого тоже совершенно нельзя допустить. По тюку что-то заскользило, отчего под нами зазвякало. Меня вдруг обдало вонью мертвечины, я рефлекторно дернулась вперед. Тварь с треском разорвала тюк у меня за спиной и что-то посыпалось из него, оглушительно звеня по камням. Я сунула руку в разрыв и вытащила наугад неопознанный предмет. Зверюга изогнулась, в полумраке я смогла различить гибкое длинное тело, вдоль которого, по бокам, двумя полосами горело множество маленьких злых глаз. Со всей дури я вмазала прямо посередине и с радостью ощутила, как что-то хрустнуло под моим оружием. Тварь пронзительно засвистела как закипающий чайник и я приголубила ее сверху еще раз – на тебе, голубушка, кушай, не подавись. Змея – или кто это был? – соскользнула с тюка, тут же я увидела еще один силуэт упавший поперек Идунна и треснула наугад так, что едва не слетела с телеги. Мои глаза уже привыкли к полумраку, и я смогла увидеть, что возвышающиеся вокруг каменные стены пронизаны множеством нор, откуда высовывались длинные темные тени с огоньками глаз вдоль гибких тел.
– Так себе наши дела, парень, – сказала я Идунну и принялась вытаскивать его голову из-под веревки. – Если мы сейчас не избавимся от веревок – нас точно скушают, а у меня, знаешь ли, есть еще куча планов на свою жизнь. Если мы не будем действовать сообща – не выживем. Так что давай, кончай валять дурака и плюнь своей судьбе в рожу, сейчас точно не до нее.
Не знаю, что его воодушевило – мой монолог или близость смерти, но он и впрямь оживился. Вот уже мы оба сидим с привязанными ногами, однако нам некогда их отвязывать, потому что через разрыв в тюке мы тащим какой-то металлический хлам и щедро раздаем люлей направо и налево. Мне под руку попадались какие-то кубки, подносы, неведомые сосуды, столовые предметы, подсвечники и многое другое, все это лихо летало в разных направлениях. Купцы, слыша как их драгоценный хлам брякает и звякает по камням, хором испускали возмущенные вопли, ладно, пусть орут – жалко мне что ли? Наконец, мы выехали на свет – ущелье распалось пологой долиной, коридор со змеями остался у нас за спиной. Телега тяжело вильнула и мы взяли вправо. Я снова потянулась к своим лодыжкам, но тут Айду схватил меня за плечо и дернул так, что я упала навзничь – прямо над нами просвистел порядочных размеров булыжник.
– Вот уроды! – Возмутилась я. – Камнями кидаются!
Я снова запустила руку в прореху, вытащила оттуда массивный литой поднос и запустила его наугад. Бурно заревел, забранился на незнакомом языке гортанный голос.
– Один – ноль! – Крикнула я и изогнулась в сторону, пытаясь увидеть свою жертву. Ага, спрятался куда-то. Я снова вернулась к своим ногам, хоть это было и трудно – телега набирала скорость и нещадно тряслась. Спохватившись, я обернулась к Идунну. – Спасибо, парень! Если б не ты, была бы я уже без головы.