Досье Кеннеди
Шрифт:
— Не волнуйся, приятель.
Эрвин покрепче вцепился в руль и сделал глубокий вдох. Его толстое лицо расплылось в кривой улыбке. До поворота оставалось не больше двадцати метров. В нужный момент он резко свернул влево и увидел, что из-за поворота к шоссе подъезжает автобус. Эрвин инстинктивно затормозил. Остальное довершил гололед.
Черный «фольксваген» развернуло на сто восемьдесят градусов, и он заскользил по встречной полосе. Со стороны Вены как раз приближался тяжелый грузовик с полуприцепом. «Фольксваген» врезался ему
Малко притормозил и сумел объехать грузовик, не задев его. Ему удалось остановить «ягуар» в сорока-пятидесяти метрах от опрокинутой машины. Малко и Кризантем, хлопнув дверцами, побежали к «фольксвагену».
Грузовик свалился в кювет на противоположной стороне дороги. Никто из попавших в аварию не появлялся.
Вся правая сторона легковой машины была смята, словно лист бумаги. Среди искореженного железа в неестественной позе виднелся человек. Когда Малко наклонился ближе, из машины раздался крик:
— Помогите! Голова!
Эрвин Тибель был жив. Его лысую голову зажало между приоткрывшейся дверью и боковой стойкой, и машина сохраняла равновесие только благодаря сопротивлению его черепа. Малко спокойно посмотрел в его безумные расширенные от ужаса глаза.
— Кто вас послал?
— Помогите же мне, скоты, сволочи поганые! — рыдал Эрвин.
— Заткнись. Это не по-мужски, — невозмутимо произнес Кризантем. — Тебя, кажется, о чем-то спрашивают?
— Идите в задницу!
— Дело твое, — сказал Кризантем и слегка качнул машину.
— Голову раздавишь! — жалобно закричал Эрвин. — Отпусти, не трогай, подонок!
Малко оглянулся: к ним бежали водитель грузовика и несколько пассажиров автобуса. Нужно было спешить. Он наклонился к Эрвину:
— Если скажете, кто вас послал, я сразу же помогу вам.
— Курт, — простонал Эрвин. — Курт, этот кусок дерь...
В эту секунду кузов со скрежетом осел. Эрвин издал предсмертный вопль, из его ушей полилась кровь, и он затих.
Через десять минут, когда совместными усилиями нескольких человек машину удалось поставить на колеса, из нее извлекли два трупа. Хайнц Фельфе был раздавлен деформированным кузовом машины в первые же секунды аварии.
Малко и Кризантем скромно и незаметно удалились. Принц с грустью думал о том, что до отпуска ему еще очень далеко. Он помнил, что пообещал Маризе полную безопасность в своем доме, и она доверилась ему...
Принц не любил, когда обстоятельства вынуждали его изменить данному слову.
Великая вещь — аристократическое воспитание!
Глава 13
— Их Светлость еще в постели. Они неважно себя чувствуют. Может быть, вы соизволите зайти позже?
Кризантем отстранил Малко и приставил к горлу дворецкого острый кинжал. Тот вытаращил глаза и посторонился, впуская посетителей в дом. Подобные манеры визитеров были весьма нехарактерны для Вены, и дворецкий
— Где он?
Толстый дворецкий покосился на кинжал и тихо произнес:
— Там, в последней комнате. Но...
— Если будешь болтать, — перебил Кризантем, — я навсегда заткну тебе рот.
Когда такие слова произносят серьезным тоном, они производят неизгладимое впечатление.
Курт фон Хазель в наглухо застегнутой пурпурной пижаме действительно лежал в огромной кровати с балдахином, удобно откинувшись на две подушки. Перед ним на специальной подставке располагался поднос, на котором стояла бутылка шампанского «Моэт и Шандон», баночка черной икры с торчащей из нее ложечкой и тарелка с хрустящими хлебцами. После внезапного вторжения Малко и Кризантема Курт на секунду оцепенел, однако быстро справился с собой и улыбнулся, словно не замечая направленного на него пистолета.
— Какой неожиданный визит! — почти весело проговорил он. — А я вот, видите ли, приболел...
— А еще говорят, что на преступлениях не разбогатеешь, — пробормотал Малко, кивая на поднос.
Комната служила не только спальней. В углу стоял массивный письменный стол, а напротив одного из трех высоких окон — рояль. Пушистый голубой ковер и синие шторы создавали довольно интимную атмосферу. Для «художника-оформителя» Курт жил довольно неплохо.
На лакированной крышке рояля простодушно расположился белый лифчик. Курт проследил за взглядом Малко и открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут сбоку открылась стеклянная дверь, и из-за нее вышла очаровательная брюнетка, завернутая в полотенце. Нимало не смутившись, она улыбнулась Малко, подхватила лифчик и мгновенно исчезла, как джинн из волшебной лампы Алладина.
— Я вижу, вы собираетесь красиво покинуть этот мир, — сухо сказал Малко Курту. — Шампанское, икра, красивая женщина... Будет кому закрыть вам глаза.
— Вы с ума сошли! — подскочил Курт. — Что вам нужно?
— Получить долг. Ваши люди убили девушку у меня дома.
— Но...
Малко присел на край кровати.
— Не притворяйтесь, Курт. Они погибли, но перед смертью рассказали все. Зачем вы приказали ее убить?
Слегка успокоенный ровным голосом Малко, Курт поднял глаза к потолку.
— Майн либер камерад, — насмешливо сказал он, — во всей этой истории я всего лишь скромный «оператор». Да, я дал... инструкции относительно этой девушки, но по приказу свыше.
— Кто отдал приказ?
Курт понизил голос:
— Уильям Коби. А ему — Дэвид Уайз.
— Зачем?
Наступило молчание, прерываемое лишь мелодией веселой песенки, доносившейся из ванной. Спустя некоторое время Курт медленно произнес:
— Я не знаю, зачем. Я просто подчиняюсь приказу. Как и вы. Я даже не был знаком с той девушкой. Мне очень жаль, если вас с ней связывало нечто большее, чем...