Дот

Супруненко Алексей

— Нет у меня ни какой монеты, — заявила москвичка.

— Ошибаешься. Она у тебя в нагрудном кармане, — не повышал голос политический работник. Екатерина полезла в карман и действительно нащупала там монету, хотя ее в гимнастерке, абсолютно не должно было быть. Она бросила ему на живот этот проклятый «лотерейный билет».

— И как же ты меня отсюда собираешься вытащить?

— Пока сам не знаю, — пожал плечами Виктор.

— А они? Что будет с ними? — кивнула девушка на получивших ранение бойцов.

— Желание загадывала ты, а не они. Их заберет санитарная машина. Кстати, слышу гул мотора. Пойди, посмотри,

не она ли? — серьезно попросил политрук. Катя вышла из блиндажа.

— Раньше ты о простых людях не думала. Испытание пошло впрок, — тихо прошептал военный. Машины видно не было. Еремина для верности прошла немного в сторону дороги и вдруг услышала вой снаряда. Она не успела упасть на землю, когда немецкий боеприпас угодил прямо в блиндаж. Взрыв! Полетели бревна, земля. Ударная волна свалила Катю с ног. На какое-то мгновение она потеряла сознание. Очнулась от звона в ушах. Из-за этого шума она практически ничего не слышала. Откашлялась. Тряхнула головой. Шум немного стих. Солдат нигде не было. Блиндажа она тоже не нашла. Контузия, поставила Еремина себе диагноз. Если наши отступают, то надо идти к дороге. Ноги сами потащили ее в сторону шоссе.

Глава 6

Небо заволокли тучи, и она шла практически наощупь. Когда сапоги стали на ровную поверхность, догадалась, что это асфальт. Вдалеке блеснули огоньки фар. Почему без светомаскировки? А может это фашисты? В голове проносилось куча вопросов. Спрятаться или остаться на дороге? Осталась стоять и не где-нибудь на обочине, а посередине. Так ее не обменешь. Машина приближалась. Водитель увидел на дороге призрака из прошлого и нажал на тормоза. Катя уверенно двинулась в сторону легковушки и, подойдя поближе просто обомлела. Это же «Москвич 412»! Не полуторка или ЗИС, а именно «Москвич»! Не менее перепугано выглядел и сам шофер. Он, конечно, слышал о ДОТе «Призрачного лейтенанта», но, чтобы призраки выходили прямо на шоссе, для него было впервые.

— До города подвезешь? — спросил призрак человеческим языком.

— Садитесь, — заикаясь, ответил водитель. Когда пассажир плюхнулся на переднее сидение, он тронулся с места.

— Закурить не найдется?

Мужчина слегка трясущимися руками подал пачку сигарет и протянул зажигалку. Девушка покрутила в руках пачку «Космоса» и довольно хмыкнув, достала однусигарету. Прикурила. Сладостно затянулась и выпустила дым изо рта в открытое окно.

— Дома, — довольно произнесла девушка.

— Какой сегодня год?

Что ни говори, но по имеющейся у мужчины информации призраки не курили «Космос». Не потому, что это были плохие сигареты, а потому, что они вовсе не курили. Из этого выходило то, что он имеет дело с человеком. Это упрощало процесс общения. Вопрос конечно странноватый. Хотя странный не только вопрос а и сам образ пассажира. Военная форма 40-х годов, вся в пятнах крови и, причем свежей, если ему не изменяет зрение.

— Шестое июля 1995 года, — озвучил он календарную дату.

— Мать с ума сойдет, — сама себе сказала девушка.

— Откуда ты? — хотел узнать какие-нибудь данные о пассажирке водитель «Москвича».

— Оттуда! — отрешенно махнула рукой незнакомка и больше на контакт не выходила.

Полоцк светился огнями. Ни какой светомаскировки, это не 41-й. Хозяин «Москвича» остановился по требованию странной спутницы. Она буркнула

ему слова благодарности, а он с облегчением продолжил свой путь. Несмотря на позднее время, город не спал. На тротуарах еще можно было встретить прохожих и на проезжей части хватало машин. Екатерина вдыхала полной грудью летний теплый воздух этого мирного, цветущего города. Идущие навстречу люди косились на нее, не зная, что подумать. Группа молодежи попыталась заговорить с Ереминой, но напрасно. Грохоча своими «кирзачами» девушка шла домой. А вот и их старенькая, уютная двухэтажка. Окна в доме не горят. Жильцы, наверное, уже мирно спят. Она по лестнице поднялась на второй этаж и нажала кнопку звонка. За дверью долгое время была тишина, потом послышались грузные шаги. Щелкнул дверной замок. Перед ней возник дядя Игорь в майке, полосатых семейных трусах и тапочках на босую ногу. Он внимательно смотрел на странную гостью, прежде, чем признал в ней племянницу.

— Катя? — изумленно воскликнул Игорь Иванович. Словно по мановению волшебной палочки из-за его спины появилась и тетка в ночном халате.

— Катенька! — всплеснула руками Зинаида Васильевна и прижала к себе девушку.

— Ты вернулась? Идем скорее в квартиру, — потащила она ее с лестничной площадки. В коридорчике москвичка остановилась и стащила сапоги, бросив рядом с ними портянки. Дядюшка, как в немом кино, только открывал рот, не зная, что сказать. Тетка потащила Еремину в зал, но та уперлась, остановившись возле кухни.

— Тетя Зина, у вас что-нибудь поесть не найдется? Я больше суток ничего не ела. Нашу полевую кухню фрицы разбомбили, — сказала Катя, усаживаясь за стол. В квартире услышав движение, стали просыпаться остальные члены семьи. За спиной дяди Игоря показалась мордашка Оли, и в кухню протиснулся Сашка.

— Катька? Ты откуда такая? — удивляла всех, ее форма одежды.

— Какие фрицы? — наконец выдавил из себя Игорь Иванович. Тетя поставила перед племянницей тарелку с котлетами и та своими грязными руками схватила верхнюю и стала жадно жевать. У Зинаиды Васильевны по щекам текли слезы радости. Их пропавшая без вести девочка, вернулась спустя две недели.

— Тебя выкрали? Чего они хотели? — не могла понять женщина всего происходящего.

— Нет, никто меня не похищал. Я к вам с передка пришла, — заявила москвичка, приступая ко второй котлете.

— Катюха, с какого передка? Ты можешь пояснить? — присел перед ней на корточки двоюродный брат.

— А какие передки бывают? С передней линии фронта естественно, — даже немного обиделась Катя такой «дремучести» брата.

— Какой фронт? Ты о чем? — дотронулся Сашка до ее колена.

— Может у нее с головой не того? — высказала свою гипотезу Оля. Екатерина отложила в сторону недоеденную котлету и встала.

— Меня действительно немного контузило, но это не в счет.

— Так, где ты была все это время? Что это за маскарад? — хотел дядя, чтобы она внесла ясность.

— В Полоцке я была, только в 41-вом, — четко произнесла Екатерина.

— Оль, можно ванну организовать? Я помоюсь и все вам расскажу. Нас два дня фрицы утюжили, мне бы отмыться немного.

Ее лицо действительно было серого цвета, но не от загара, а от слоя пыли на коже. Под ногтями грязь и запекшаяся кровь. Двоюродная сестричка метнулась выполнять просьбу. Катька побрела в ванную комнату.