Шрифт:
Annotation
Главной в жизни целью Арсения всегда было обретение полной материальной независимости. И вот теперь, когда он, наконец, близок к ней, как никогда, на него сыплются неожиданные и очень крупные неприятности. Чтобы вызволить соратника и сохранить хоть что-то, нужно отдать главное — таковы условия тех, кто в нашем сегодняшнем мире диктует условия. Но как защититься от обвинения в убийстве мужа своей давней любовницы, своего когда-то друга и партнера, а потом — главного недоброжелателя? Единственный выход — бежать. И на чужбине единственным, кто окажется рядом, становится некто совершенно неожиданный. Но ход событий стремителен и непредсказуем, и главной целью жизни становится спасение этого человека.
Дотянуться до моря
От
Глава 1. Дочки-матери
Глава 2. Море
Глава 3. Арсений
Глава 4. Homo proponit…
Глава 5. …sed Deus disponit
Глава 6. Good bye Ruby Tuesday
Глава 7. Аббас
Глава 8. Ива
Глава 9. Вещь в себе
Глава 10. Марина
Глава 11. Дарья
Глава 12. Трип
Глава 13. Мама
Глава 14. Зер Калалуш
Глава 15. Дотянуться до моря
Эпилог
Дотянуться до моря
От автора
Только на самом краю понимаешь, для чего жил.
«Прекрасная вещь — любовь
к отечеству, но есть нечто более
прекрасное — это любовь
к истине».
П.Чаадаев
«Dad, what you leave behind for me?»
R.Waters
«Нам всегда кажется, что нас
любят за то, что мы хороши. А
не догадываемся, что любят нас
от того, что хороши те, кто нас
любят».
Л. Толстой
От автора
Дорогие читатели! Поскольку я очень хочу, чтобы вы побыстрее приступили к чтению этой моей — третьей по счету! — книги, то в этих первых строках ее постараюсь быть кратким и задержать ваше внимание только на том, что я считаю на самом деле важным сказать вам сейчас.
Сначала я собирался обойтись совсем без введения (или предисловия — как хотите), но потом подумал, что будет правильно кое-чем с потенциальным читателем поделиться, а кое-о-чем и предупредить.
Поделиться я хочу своими соображениями, о чем получилась эта книга. Хотя, конечно, прочтя ее, вы сами составите мнение на сей счет, но все же.
Итак — о чем эта книга? На мой взгляд, в ней присутствует несколько основных тем, я бы сказал, лейтмотивов, и я буду рад, что вы решите, что мне удалось в той или иной степени вплести каждый из них в перипетии собственно сюжета.
Во-первых: эта книга о теперешней нашей жизни. Разумеется, она не претендует ни на детальный анализ, ни даже на просто более или менее подробное описание нашего современного жизнеустройства, но какие-то моменты, возможно, покажутся вам интересными. При этом хочу отметить, что большинство ситуаций, составляющих, так сказать, декорацию для собственно действия книги, совершенно реальны и происходили в действительности. И если кто-то не слишком искушенный в том, что сплошь и рядом твориться у нас за кулисами парадных и помпезных представлений центральных телеканалов, на некоторые события, описываемые в книге, округлит недоверчиво глаза, знайте — это все так, это все на самом деле, тому порукой мое вам слово.
Во-вторых: это книга — некоторым образом — о… морали, если хотите. Она ни в коем случае не морализирует, нет — упаси Господь! — у нас сейчас и так развелось слишком много «до того охочих». Но кое-что из области постоянно в той лили иной форме возникающего перед любым человеком выбора между черным и белым, добром и злом, поступками и их ценой в ней присутствует, — по крайней мере, это «кое-что» я — где-то на строках, где-то между строк — очень старался в этой книге поместить.
В третьих — и в-главных: это книга о любви. Вся она от первой до последней буквы — что бы я ни писал выше — посвящена этому потрясающему, непостижимому и великому чувству во всех его проявлениях. Тому, как и когда оно приходит к нам, живет в нас. Какими оно нас делает. И почему умирает.
В-четвертых — и в-последних: не опровергая того, что, как я писал выше, большинство ситуаций в этой книге реальны, эта книга немного фантастическая, или, вернее, фантазийная.
Вот что о том, какой эта книга представляется ее автору. Теперь — о чем я хотел бы читателя предупредить?
В этой книге есть то, что некоторые предвзятые лепители (или как правильно: налепщики?) ярлыков с ходу окрестят «клубничкой». Так вот вам мое, авторское мнение: ни одной такой сцены здесь нет. Есть описания откровенных сцен — но ведь все эпизоды, когда участвующие в них люди снимают одежду и даже иногда гасят свет, являются таковыми по определению, разве нет? А описывая реальную, человечью, а не кукольную жизнь, куда ж без них? Но далеко не все такие сцены фривольны и возбуждающи, то есть таковы, что на жаргоне и именуется «клубничкой». «Клубничные» сцены самодостаточны, они посвящены собственно процессу и имеют целью возбудить. В этом их отличие от откровенных сцен в моей книге, которые просто совершено необходимы для повествования; я кромсал и вымарывал их с целью максимально уйти от «клубничности». Получилось или нет — решайте сами, — в любом случае эта книга под возрастной гриф вроде «6+», разумеется, не подпадает, она предназначена совершеннолетней во всех смыслах аудитории.
То же самое касается нецензурной лексики в тексте этой книги. Она есть, и я принципиально не хотел бы ее убирать. Ибо современный русский язык без мата — как пельмени, сваренные в недосоленной воде — вкусно, но чего-то не хватает, причем самого простого. Но по аналогии с «клубничкой» мат у меня присутствует только там, где без него никак нельзя, где его на самом деле употребили бы люди, никогда в обычных случаях к подобной лексике не прибегающие. Однако «русский устный» в этой книге есть, и кому это принципиально — вы предупреждены.
Вот, пожалуй, и все, что я хотел бы сказать вам перед тем, как вы начнете. Читайте, спорьте, ругайте, критикуйте, главное — не останьтесь равнодушными, ведь это значило бы, что больше полутора лет на написание этой книги я потратил зря.
Ваш Аркадий ГЕНДЕР
Глава 1. Дочки-матери
Глава 1.
Дочки-матери
Если кто не знает: на именуемых айфонами маленьких умных творениях Стива Джоббса, покойного кудесника из Купертино, штат Калифорния, переключение звонка на вибрацию происходит очень легко — вверху слева есть маленький движок. В одну сторону — и аппаратик, чтобы гарантированно быть услышанным, надрывается во всю дурь; в другую — негромко жужжит, чтобы истошный вопль звонка не подбрасывал спящего среди ночи или на важном совещании. По привычке перед тем, как вчера (то есть, собственно, уже сегодня) отойти ко сну, я совершено автоматически перевел телефон в бесшумный режим, да еще положил не рядом с ухом на прикроватную тумбочку, а засунул в тапок, откуда его вибрацию и в бодрствующем состоянии не услышать. В общем, сделал все, чтобы оградить себя от весьма вероятных в рабочий день ранних звонков и выспаться. И только по межшторному солнечному лучу, горячо упершемуся в веко, заторможенный, как после наркоза, мозг определил, что время — давно заполдень и послал мне неспешную депешу, что тропический рай — в прошлом, а в настоящем — утро понедельника с, как правило, присущим этому дню вороху самых разнообразных проблем. Ну, да, выспался я славно, но проспал, что называется, конкретно. Я срочно привел себя в вертикальное положение и потянулся за телефоном, точно зная, что такого, чтобы я никому не понадобился с утра, быть не может в принципе. Но двенадцать непринятых вызовов! Звонки были в основном с офисных номеров, но последние два — от Марины, у которой, если только ничего не случилось, поводов звонить мне, вроде, не было. Да и такое настойчивое названивание из конторы было совершено ненормальным, если только повод не был экстраординарным. Надпочечники мигом выдали в кровь порцию адреналина, и остатки сна выдуло, как табак из плохо набитой папиросы.