Доверься врагу
Шрифт:
– Американцы проводят операцию «Томас», – сделал вывод Семиверстов. – Но из всего произошедшего напрашивается вывод, что у них на нашей территории существует развернутая агентурная сеть. Слишком много людей было задействовано. И там, где появлялся Томас, там происходило убийство. Или еще что-то, как в моем случае. Но предыдущие Томасы были законспирированы. Появление моего Томаса я бы лично связал с новой ситуацией, когда под рукой не оказалось законспирированного и сотрудник посольства назвал Томасом себя просто по аналогии. И сам выполнял эту же роль.
– Да, это вероятный вариант, – согласился Мочилов. –
– Ага… Прямо сейчас и позвоню. У меня, кстати, как с деньгами на счете? Спутниковая трубка прожорлива, как кавказская овчарка, перед которой даже мой ньюфаундленд в этом аспекте ребенок…
– Счет пополняется автоматически. Запоминай номер…
– Говорите…
Полковник Мочилов медленно продиктовал, полковник Семиверстов быстро повторил.
– Запомнил.
– Тогда до связи…
Ньюфистофель просился на дневную прогулку. Перед тем, как вывести пса, Сергей Палыч спустился в погреб, приготовил банку соленых огурцов, банку соленых помидоров и банку соленых же грибов, уложил их в корзину и позвонил Хроническому Убийце.
– Слушаю, товарищ полковник, – отозвался капитан Кудрявцев.
– Сам выйди или пошли кого-то меня встретить. Передам для твоего подразделения кое-что. Я по обычному собачьему маршруту гуляю. Маршрут изучил?
– Изучил. Выхожу…
Сергей Палыч был человеком не слабым, но опасался за корзину, которая могла не выдержать девятикилограммовый груз, потому нес ее двумя руками, придерживая за днище. Хронический Убийца хотел выйти из кустов, видимо, там, где тропа, миновав короткую сторону поля, выходила к лесу наиболее близко. Ньюфистофель, держа нос по ветру, именно в эти кусты и ринулся, но уже без рычания и лая, потому что запах был знакомый.
Собака не ошиблась и из кустов вышла вместе с Кудрявцевым.
– Принимай подножный корм. Это не все тебе одному, учти. Корзину за дно держи, а то отвалится. Пустые банки и тару вернешь. Лес не замусоривай…
– Понял, товарищ полковник. Спасибо… Что слышно, долго мы еще здесь сидеть будем?
– К зиме, думаю, вас сменят, – пошутил Семиверстов. – Дуй к своим…
Капитан быстро растворился среди кустов.
Освободив руки, Сергей Палыч достал спутниковую трубку и набрал по памяти новый номер Актемара Дошлукаева. Тот ответил сразу.
– Слушаю, Сергей Палыч. Я как раз собрался тебе звонить. Уже трубку в руки взял.
– Еще раз здравствуй, Актемар Баштарович. Сразу сообщаю, что этот номер, как и мой, на контроле спутника управления космической разведки ГРУ. Если подключится прослушивание со стороны, разговор автоматически заблокируется. Так что разговаривать можно открытым текстом. Я так понял, если ты собрался звонить, то
– Пока не нашел, но взял вторую партию материалов – и не все еще просмотрел. Может, дальше встретится, может, в других частях… Я обязательно найду, если это так важно. Боюсь только, что сработает «закон вредности»… То есть эти материалы могли быть на тех дисках, что я не стал поднимать с пола в сгоревшей лаборатории. Однако я нашел ответ на твой персональный запрос. Препарат с маркировкой «NG12NV52». Интересная штучка. У него есть, кстати, кодовое название – «Томас»…
Актемар сам не представлял, что попал в точку.
– «Томас»… Очень интересно.
– Даже еще интереснее, чем ты предполагаешь. Дело в том, что препарат «Томас» многократно упоминался в предыдущих отчетах об испытаниях, но нигде не было сказано, что это такое. Применялся многократно, но чаще просто как дополнительное средство после применения других препаратов. А сейчас я нашел конкретный отчет об испытаниях «Томаса».
– Ага… И что это такое?
– Грубо говоря, препарат жесткого зомбирования по кодовому слову.
– Объясни популярнее.
– Популярнее – это так… Под воздействием препарата мозг работает неадекватно ситуации, и при этом многократно повышается внушаемость объекта. Объекту закладывается в память вербальная программа, согласно которой по услышанному кодовому слову он входит в зомбированное состояние, хотя в нормальных условиях организм живет и функционирует полноценно. В зомбированном состоянии объект выполняет полученную от обладателя кодового слова команду. При этом подавляются сигналы подсознания, которые способны как-то остановить выполнение приказа. Главная беда препарата «Томас» в его разовом использовании. Он легко выводится из организма с потом, мочой и прочими естественными способами. Поэтому его пробовали применять совместно с другими препаратами, причем с разными. В отчете Темирбека Хасбулатова описан случай, когда четырнадцатилетний мальчик под воздействием «Томаса» выполнил команду и зарезал своих родителей, хотя раньше страстно любил их. То есть человеческий мозг практически не в состоянии сопротивляться приказам.
– Это очень интересно. Ты можешь переслать эти материалы по электронной почте?
– В принципе могу… Говори адрес.
– Правда, электронная почта подполковника Арсамакова контролируется… И лучше бы лишний раз не дразнить гусей… – задумался Семиверстов. – Нет. Не так сделаем. Запиши на диск. С Ашотом ты связь имеешь?
– С этой же трубки…
– Позвони Ашоту. Он заберет диск и отправит полковнику Мочилову. Запомнишь? Полковнику Мочилову.
– Сделаю, – согласился Актемар. – А как думаешь, они намеревались использовать тебя после инъекции «Томаса»?
– Поскольку я во всем этом деле могу рассматриваться только и исключительно как связующее звено с тобой, использование могло быть только одного порядка – для поиска тебя. Хотя они, наверное, и без того знают, где тебя искать. Но, в любом случае, я должен был стать какой-то ловушкой. И сейчас мне пришла в голову забавная мысль… – Семиверстов говорил медленно, на ходу соображая. – А что, если они сумеют тем или иным способом ввести мне препарат «Томас»?
– И что тогда? – насторожился Актемар.