Доверьтесь Ченам

Сутанто Джесси К.

– Почему из-за меня? – Но когда говорю это, все возвращается. Конечно. Это из-за меня. Потому что я убила ее сообщника по преступлению.

– Потому что ты убила А Гуана. Он должен был помочь мне со всем этим, спрятать подарки, а потом положить их обратно и все такое… А ты убила его и… Боже, Мэделин. Может, я и воровка, но ты и твоя семья – убийцы, – говорит она таким супер-судьбоносным тоном.

– С чего ты взяла, что мы его убили? – спрашиваю я своим самым невинным голосом.

– Я слышала, как вы, ребята, говорили об этом около отеля, когда возвращалась.

Простите, тетушки, но вы все очень громкие, а я очень хорошо владею индонезийским. И китайским. Вы, ребята, знаете, как это бывает.

– Твои родители, должно быть, так гордятся тобой, – говорит ма, бросив на меня взгляд, но я игнорирую.

– Разве вас не проводили с острова?

Морин пожимает плечами.

– У меня черный пояс по карате. – Увидев мой взгляд, она вздыхает: – Я ничего не сделала, черт возьми! Просто немного вырубила парня и забрала у него пистолет. Это все равно не так плохо, как то, что вы убили А Гуана.

– Мы не… Я не хотела! Он собирался напасть на меня. Я запаниковала, а когда очнулась, подумала, что он мертв. Пожалуйста, отпусти мою семью. Они просто пытались помочь мне; мы не знали, что он еще жив, когда положили его в холодильник, – кричу я.

Морин достает из кармана телефон и нажимает на экран.

– Ха, твое признание записано. Ладно, вот что произойдет. Я установила эту голосовую запись на таймер, чтобы опубликовать ее во всех моих социальных сетях через час. Если ты не принесешь мне подарки с чайной церемонии, все узнают, что ты и твоя семья сделали. Если ты сдашь меня полиции или еще что, запись будет размещена в социальных сетях. Принеси мне подарки для чайной церемонии, я удалю запись, и мы разойдемся.

– Ах, эта девушка очень умна, – размышляет вторая тетя, нехотя кивая.

– Вот это игрок, – говорит старшая тетя. – Мэдди, надо учиться быть похожей на нее. Очень умная. Должна вести хороший бизнес.

Теперь настает моя очередь вскинуть руки.

– Серьезно? Она буквально шантажирует нас под дулом пистолета!

Тетя говорит:

– Ах, ну конечно мы не имеем в виду, что ты должна направлять оружие на людей. Но просто хочу сказать, что эта Морин очень… Как это слово? Такая деловая… умная…

– Злая? Сумасшедшая? – кричу я.

– Эй, – огрызается Морин.

Я оживленно жестикулирую в ее сторону.

– Ты направляешь на меня пистолет и просишь ограбить твою лучшую подругу. Насколько еще более злой ты можешь быть?

– Она видит возможность, она ею пользуется, – говорит вторая тетя. – Ты должна быть больше похожа на нее.

Старшая тетя кивает, и они вдвоем мгновение смотрят друг на друга, как бы удивляясь тому, что в кои-то веки согласны друг с другом.

– Но не направляй оружие на людей, это очень грубо, – предупредила ма.

– О, ну, я рада, что у нас есть хотя бы это различие. – Во имя всего святого, моя семья сведет меня с ума. Они просто знают, как нажать на все мои кнопки. Я никогда не была достаточно хороша для них, даже по сравнению с воровкой-убийцей.

Потом я понимаю, что ярость, которую они разожгли

во мне, придала мне новые силы. Я так взбудоражена. Мне нужно найти способ доказать, что они ошибаются, показать им, что я не бесполезный клубок слез, как они думают.

– Если она вам так нравится, то, может, она и должна быть вашим вонючим фотографом? – когда я произношу это, сама понимаю, как мелочно и по-детски звучат мои слова.

– Айя, Мэдди, не будь такой, – говорит ма. – Мы даем тебе советы для твоего же блага, ты должна научиться быть умной, как Морин. Видишь ли, Морин хочет получить дары чайной церемонии, поэтому должна продумать каждую возможность.

Морин усмехается.

– Мне потребовалось время, чтобы все это понять.

– Будь умницей, придумай, как взять подарки для чайной церемонии и спасти всех нас, – говорит ма.

– Да, мы все на тебя рассчитываем, – говорит четвертая тетя.

Я качаю головой в недоумении.

– Я не могу сделать это даже для вас, ребята.

Беру разряженный пистолет с комода и сую его в свой задний карман.

– Ладно, это слишком очевидно. Он выпирает из твоего кармана, – восклицает четвертая тетя.

– Он гораздо объемнее, чем кажется, не так ли? – Морин говорит с сочувствием.

– Мне не нужна твоя помощь, – говорю я, когда Морин протягивает руку.

– Ладно, ну и дела.

– Мэдди, не будь такой грубой, – ругается ма. – Морин просто пытается помочь.

Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не закричать на них. Я хватаю свою сумку с фотоаппаратом, достаю два объектива и с предельной осторожностью кладу их на комод.

– Не трогай их.

– Да, не трогай, они очень дорогие. Сломаешь – заплатишь, – предупреждает ма.

– Не стану трогать, – Морин поднимает руки.

Я убираю пистолет в сумку и свирепо смотрю на всех.

– Отлично. Значит, мне просто нужно держать людей на мушке, а потом ограбить их?

– Ты сможешь, я верю в тебя, – говорит ма.

Вторая тетя добавляет традиционное китайское напутствие:

– Я верю в тебя.

– Они так поддерживают тебя. Я бы хотела, чтобы моя семья была такой же, – вздыхает Морин.

– Можешь забрать мою, – огрызаюсь я и выхожу из комнаты, пока не сказала то, о чем, несомненно, пожалею.

32

По сравнению с тем, что было в начале дня, сейчас номер для новобрачных выглядит практически пустынным. Родители Жаклин сидят в гостиной, тихо разговаривая. Они смотрят на меня с вытянутыми лицами, когда я вхожу. Их изможденный вид ранит мое сердце. Мне хочется обнять их и попросить прощения.

– Привет, танте, ом. Жаклин здесь? – спрашиваю я, ненавидя каждое слово, ненавидя тот факт, что я вмешиваюсь в такое деликатное время. Мне почти хочется, чтобы они вышвырнули меня прямо сейчас. Вместо этого танте Йохана кивает и улыбается мне.