Дойти до неба
Шрифт:
— Димон, а ты в ускорении двигаться научился?
— Ага. Я тоже успел потренироваться. Прямо в канцелярии и начал. А как ты думаешь, я бы еще Дуба смог подвинуть?
— А больше ничего… странного не обнаружил?
Баз внимательно посмотрел на Славу.
— Честно говоря, я не понял того, что увидел… Сетка какая-то.
— Сетка? — Славик удивился. — Да нет, это ж молекулы. Хромосомы, ДНК, гены… Анатомию забыл?
— Нет, я не о том, — Димка вяло отмахнулся. — Эту фигню я тож видал, да только в учебнике на картинках они и то интересней смотрелись.
— Так синапсы, поди.
— Чего? Тьфу, нет же. Это даже не в мозгу… Картинка какая-то. Что, не видал?
— Нет, надо бы посмот… Ах, блин!
Одинокая встречная машина, фары которой они увидели всего несколько секунд назад, уже приблизившись, вдруг расцвела красными и синими проблесковыми огнями на крыше и рванула через разделяющий встречные полосы газон. Слава вдавил в пол до упора педаль газа и, пролетая мимо двигающейся наперерез желто-синей «копейки», разглядел в ее салоне двух человек. Заглушая рев двигателя, сзади донесся вой сирены.
— Влипли… А у них и движок, поди, форсированный.
— Не иначе. Чего делать будем, Славка?
Выжав из ЗИЛа предельную скорость, на которую тот оказался способен, Вячеслав начал резко перестраиваться из одной полосы в другую, не давая более скоростной легковушке выйти вперед. Полос было пять, никто не мешал, и задача представлялась довольно трудной.
— Димка, уходим в ускорение.
— Угу, — пробурчал тот в ответ. — Еще бы этому пылесосу ускорение придать…
Стекло. Рев мотора разложился на отдельные удары очень низкой частоты, дорога резко замерла и двинулась со скоростью катафалка. Спидометр исправно показывал сто пятьдесят.
— Ну что, здесь выходим? — Дмитрий вопросительно посмотрел на Кроткова.
— А теперь некуда торопиться, — Слава слегка подкручивал руль, наблюдая за преследователями в зеркала. — Давай-ка, лучше на сетку твою глянем. Где она, ты говоришь?
Слава, не отрывая взгляда от левого зеркала, посмотрел внутрь себя, быстро добрался до мозга, вклинился в переплетение мозговых клеток и… вывалился в «открытый космос».
Увиденное его потрясло. Нет, это не сетка. Скорее, это похоже на огромное дерево или куст, положенный на бок. Основание куста терялось где-то впереди, а ветви тянулись к Славе, прямо под ноги и уходили куда-то назад. Ветки были разной толщины и цвета, часто делились, но, будучи ответвленными, уже нигде не срастались и не пересекались. Как будто кто-то прошелся по ним огромной расческой.
— Вах…
Димон сидел с закрытыми глазами и, кажется, созерцал то же самое.
— Ну, как? Хоть ты представляешь, что это такое? — Славе пока было не до ответа. — А точку под ногами видишь?
Кротков мысленно опустил голову, глянул под ноги и действительно на одном из стволов разглядел тускло мерцающую желтую точку. И, похоже, она двигалась назад.
— Поближе бы посмотреть… — произнеся эти слова, Вячеслав мигом создал команду, и точка полетела на него. — Я придумал код, слушай…
— У меня уже получилось, — Димка не вычислял, действовал по интуиции. Что
Точка росла, приобретала какие-то очертания, и уже появилось ощущение, что это не она приближается, а друзья-однополчане падают в нее, падают…
Все дальнейшее произошло быстро и неожиданно. Точка резко потухла, превратилась в огромный черный шар, падение на который уже ощущалось на физическом уровне. На темном фоне появилось мерцающее пятно, быстро распавшееся на отдельные очаги белого и желтого света. Слава успел разглядеть освещенные дома, улицы, реку и мосты, когда траектория падения увела его чуть в сторону. Лес под ногами. Трасса. Два несущихся автомобиля. ЗИЛ и двое в кабине… И неприятное ощущение остановки в собственном теле.
Сержанты сидели в кабине застывшего на скорости сто пятьдесят километров в час грузовика и смотрели друг на друга.
— Я знаю, что это…
Димка смотрел вопросительно.
— Ты ж уважаешь фантастику. Вот она тебе, в самом чистом виде. Этот куст — система различных вариантов бытия, их временные линии. Параллельные миры, если хочешь. Ветка с точкой — текущая действительность. Точка — текущий момент в ней.
— А другие ветки?
— Другие, — Слава сделал ударение на этом слове, — и есть…
— А туда…
— Уйти?
— Да.
— Попробуем?
— Спрашиваешь!
Они сделали несколько попыток. Во время падения намечали одну из соседних веток, сосредоточившись, рисовали на ней точку, падали в кабину… Они успевали заметить перед капотом машины густой серый вихрь, но тот мгновенно рассып а лся.
— И что это за фигня?
— Ну… пусть будет портал. Только не срабатывает почему-то.
Еще попытка.
— Слухай, Слав, а ведь там, на этих ветках, мы же уже есть, наверно…
Слава, с разгону изготовившийся еще к одному прыжку, резко вернулся к действительности.
— А ты мозг, Димка! Нам надо найти ветку, где нас нет. Ветку, которая отделилась еще до нашего рождения, даже до рождения наших родителей. Тогда есть вероятность, что в восемьдесят восьмом нас не будет, и конфликта можно избежать… А?
— Ну да, подальше прыгнем?
В зеркалах заднего вида по-прежнему маячил жигуленок. После третьей попытки на дальние ветви, вихрь перед капотом оказался светящимся.
— Оно?
— Наверно.
— Выключаем ускорение? — Димка, не дожидаясь ответа, застыл. Решительный мужик.
— Да…
Сорвавшийся с места ЗИЛ влетел в мерцающее кольцо, и оно со свистом захлопнулось позади. Слава глянул в зеркала и изо всех сил нажал на педаль тормоза.
23.57 . Понедельник 9 мая 1988 г., г. Ленинград, ул. Вавиловых, 12. Родильный дом N 15.
Весь сегодняшний день Ирина плакала, и слезы не иссякали. Сначала плакала одна, теперь вместе с сыном. Сережка весь горел, она постоянно вытирала с его маленького тельца пот, он плохо ел, начал покашливать и почти не просыпался.