Дракон
Шрифт:
— Это все, что нам остается делать. Чтобы проследить, куда ведут силовые кабели, потребуется меньше времени, чем если бы мы пытались случайно наткнуться на центр управления.
— Двенадцать этажей помещений и коридоров, — озабоченно сказала Стаси. — Тут можно без толку бродить часами.
— Мы уже здесь, и выбора у нас нет, — сказал Манкузо, посмотрев на часы. — Если Питт и Джиордино успешно приземлились на поверхности острова и отвлекли на себя системы безопасности Сумы, у нас должно быть достаточно времени, чтобы подложить взрывчатку и выбраться обратно
Уэзерхилл взглянул на Стаси и Уэзерхилла, затем на щиток с кнопками. Он точно знал, что они сейчас чувствуют — нервы напряжены, все ощущения обострены, их тела, как взведенные пружины, в любую секунду готовы действовать. Они уже зашли так далеко, что теперь все зависело от того, какие решения они примут в следующие несколько минут. Он нажал на кнопку с цифрой 6.
— Почему бы не попробовать средний этаж? — сказал он, прибегая к простейшей житейской логике.
Манкузо поднял чемоданчик, в котором были замаскированы два готовых к бою автомата, и зажал его под мышкой. Все трое застыли в тревожном ожидании. Через несколько секунд послышался негромкий щелчок, вспыхнула цифра шестого этажа, и двери раздвинулись в стороны.
Манкузо вышел первым, Стаси и Уэзерхилл следовали сразу за ним. Когда через два шага он остановился как вкопанный, то почти не заметил, что они врезались в него. Все трое стояли и глазели, как сельские дурачки глядели бы на марсианский космический корабль.
Повсюду внутри огромной сводчатой галереи кипела целенаправленная, деятельная сумятица, словно тут работала целая армия умелых работников сборочного цеха на конвейерной линии, разве что не было никаких устных распоряжений, выкриков и разговоров. Все специалисты, техники и инженеры, работающие у огромного полукруга, образованного компьютерами и пультами управления, были роботами всевозможных форм и размеров.
Они наткнулись на золото с первой попытки. Уэзерхилл, не мудрствуя, нажал на ту кнопку, которая доставила их прямо в электронный мозг ядерного командного центра Сумы. Во всем комплексе не было ни одного человека. Вся рабочая сила была полностью заменена автоматами, и она состояла лишь из хитроумных, изготовленных с применением последних технических достижений машин, работающих по двадцать четыре часа в сутки без перерывов на обед, перекуров или отпусков по состоянию здоровья. Организация производства, немыслимая для любого американского профсоюзного лидера.
Большинство передвигалось на колесиках, некоторые на тракторных гусеницах. У некоторых было до семи суставчатых манипуляторов, торчавших, как щупальца осьминога, из тележек на колесах, некоторые другие сошли бы за привычные многофункциональные установки, которые можно встретить в кабинете зубного врача. Но ни один из роботов не расхаживал на ногах и даже отдаленно не напоминал СЗРО из «Звездных войн» или Робби из «Запрещенной планеты». Все роботы были полностью заняты своими индивидуальными рабочими программами и делали свое дело, не обращая никакого внимания на вторгшихся сюда людей.
— У тебя нет такого ощущения, что мы стали
— Мне это не нравится, — сказал Манкузо. — Нам лучше отправиться обратно в лифт.
Уэзерхилл покачал головой.
— Ни в коем случае. Это тот самый комплекс, который мы пришли уничтожить. Эти штуковины даже не подозревают, что мы здесь, Они не запрограммированы взаимодействовать с людьми. И вокруг нет никаких роботов-охранников. Питт и Джиордино, должно быть, спасли наши задницы тем, что отвлекли их внимание на себя. На мой взгляд, мы должны послать этот автоматизированный муравейник на Луну.
— Лифт поехал, — сказала Стаси, нажав кнопку «вниз». — В течение следующей минуты мы никуда не сможем двинуться отсюда.
Манкузо не стал тратить время на дальнейшие дискуссии. Он поставил на пол чемоданчик и начал отрывать пакеты пластиковой взрывчатки С-8, приклеенные пластырем к его лодыжкам. Остальные делали то же самое, доставая взрывчатку из-под своих форменных комбинезонов.
— Стаси, компьютерная секция. Тим, системы активации ядерных бомб. Я займусь коммуникационным оборудованием.
Не успели они сделать и пяти шагов к указанным целям, как громовой голос раздался под сводами, отражаясь эхом от бетонных стен:
— Оставаться на месте! Не двигаться, иначе вы наверняка умрете! — Это было сказано на чистом английском языке, почти без следов японского акцента, и голос был холодным и угрожающим.
Их полностью застали врасплох, но Манкузо попробовал сблефовать, одновременно пытаясь найти мишень для автоматов, спрятанных в его чемоданчике.
— Мы инженеры-контролеры, пришли для выполнения программы осмотра и проверки. Хотите увидеть и услышать наш пароль?
— Все люди, инженеры и контролеры, вместе с их паролями, были лишены допуска в это помещение после того, как полностью автономные мобильные роботы получили возможность выполнять свои программы без вмешательства и контроля людей, — прогремел бестелесный голос.
— Мы не были проинформированы об этой перемене. Мы были проинструктированы нашим начальником осмотреть волоконно-оптические кабели, — настаивал Манкузо, нажимая пальцем на кнопку, замаскированную под клепку на дне его чемоданчика.
Тут открылись дверцы лифта, и в помещение центра управления вошел Рой Орита. Секунду он молчал, с некоторым уважением глядя на своих прежних товарищей по группе МОГ.
— Не надо бравады, — сказал он с торжествующей улыбкой. — Вы провалились. Ваша тайная операция с целью остановить Проект «Кайтен» провалилась, полностью и бесповоротно. И вы все поплатитесь жизнью за попытку сделать это.
Джордан и Сэндекер разделили легкий завтрак с президентом на курорте для высших должностных лиц в Кэмп-Дейвиде. Они сидели за столом в маленьком домике перед камином, где пылали поленья из дерева гикори. Джордану и адмиралу было жарковато в этой комнате, но президент, казалось, наслаждался теплом, потягивая любимый южанами кофе с цикорием. На нем был ирландский вязаный шерстяной свитер.