Дракон
Шрифт:
Адмирал Сэндекер ждал их внутри. Он пожал им руки и повел их за собой через похожий на громадную пещеру грузовой отсек, в котором могли бы поместиться шесть междугородних автобусов или усесться сто пассажиров. Они прошли мимо глубоководного разведывательного вездехода НУМА, стоявшего привязанным к паре широких длинных направляющих из нержавеющей стали, проложенных вдоль грузового отсека. Питт ненадолго остановился и провел ладонью по одной из огромных тракторных гусениц, оглядывая чудовищную машину и вспоминая, как ему чудом удалось спастись на «Большом Джоне».
Две больших механических руки с ковшом и захватом. которые обычно устанавливались на разведывательных вездеходах НУМА, были заменены манипуляторами для резки металла и удаления металлических предметов, а также захватом совершенно новой конструкции.
Другим новшеством, которое заметил Питт, был огромный нейлоновый сверток, лежавший поверх фюзеляжа и кабины травления. Толстые стропы выходили из свертка и шли к многочисленным точкам прикрепления, расположенным по всему периметру машины.
Джиордино печально покачал головой.
— У меня такое давно знакомое ощущение, что нас опять собираются использовать.
— На этот раз они и в самом деле намерены привязать нас к нему, — сказал Питт, удивляясь, как самолет может подняться с земли с таким тяжелым грузом в своем брюхе.
— Нам лучше поторапливаться, — сказал Сэндекер. — Они готовы взлететь.
Питт и Джиордино последовали за адмиралом в обставленный подобно офису отсек, в котором был письменный стол и кресла, привинченные к полу. Они пристегнули ремни своих кресел, когда пилот перевел вперед секторы газа и послал огромный самолет катиться вперед по взлетной полосе на двадцати восьми колесах его шасси. Ласково прозванный «нежным гигантом», огромный «С-5 Гэлакси» взмыл в тропический воздух с громоподобным ревом и стал медленно набирать высоту, пологим виражом разворачиваясь к северу.
Джиордино взглянул на часы.
— Три минуты, быстро же они управились со взлетом и посадкой.
— У нас слишком мало времени, чтобы тратить его впустую, — серьезным тоном сказал Сэндекер.
Питт расслабился и вытянул ноги.
— Как я понял, у вас имеется некий план.
— Лучшие умы в этом деле провернули уйму работы. выполняя срочное домашнее задание, чтобы его подготовить.
— Это вполне очевидно, раз этот самолет и «Большой Бен» прибыли сюда меньше чем через двадцать четыре часа после нашего возвращения с острова Сосеки.
— Что вам успели рассказать Инграм и Микер? — спросил Сэндекер.
— Они просветили нас насчет засекреченной истории о «Би-двадцать — девять», покоящемся на морском дне, — ответит Питт, — и прочли краткую лекцию о морской геологии района острова Сосеки и системе сейсмически неустойчивых разломов в его окрестностях. Микер также утверждал, что взрыв атомной бомбы, все еще находящейся в бомбовом отсеке самолета, может заставить этот остров уйти под воду.
Джиордино достал сигару, которую он уже успел стащить у адмирала незаметным движением руки, и раскурил ее.
— Самая идиотская идея, которую мне когда-либо довелось услышать. — заметил
Питт согласно кивнул.
— Затем Мэл Пеннер приказал Алу и мне понаслаждаться выходным днем на пляжах острова Уэйк, а сам он с остальными членами нашей группы собрался отправиться в Штаты самолетом. Когда я потребовал объяснений, почему мы двое остаемся, он прикусил язык и сказал лишь, что вы скоро сюда прибудете и все объясните.
— Пеннер не уточнил детали, — сказал Сэндекер, — потому что он сам их не знал. Инграм и Микер также не были проинформированы о последних уточнениях операции «Аризона».
— Аризона? — удивленно спросил Питт.
— Это кодовое название нашей операции.
— Нашей операции? — встревоженно переспросил Джиордино.
— Которая, конечно, — саркастически сказал Питт, — не имеет никакого отношения к «Большому Бену» или к тому факту, что Аризона — это название штата, или, что точнее, к линкору, потопленному японцами пятьдесят лет назад в Пирл-Харборе.
— Оно так же хорошо, как и всякое другое. Кодовые названия в любом случае никогда не имеют никакого смысла.
Сэндекер внимательно посмотрел на своих друзей. Сутки отдыха, конечно, помогли им, но все равно они выглядели смертельно уставшими и измученными. Он испытывал грызущее чувство вины. Это было его упущение, что им пришлось так много претерпеть за последние дни. И теперь он снова рекомендовал их услуги Джордану и президенту, совершенно точно зная, что никакие другие два человека из ныне живущих на Земле не могли сравниться с ними способностями и опытом глубоководных работ. Какая же это была ужасная несправедливость — снова бросать их так скоро в смертельный водоворот. Но во всем Божьем мире не было никого, кроме них, к кому бы он мог обратиться с таким предложением. Уверенность в том, что Питт и Джиордино не откажутся сделать все возможное и невозможное, усугубляла чувство вины адмирала.
— Ну, хорошо, не буду преподносить вам кучу ерунды и петь «О прекрасная Америка». Я постараюсь быть настолько откровенным, насколько смогу. — Он замолчал и разостлал на столе геологическую карту морского дна в радиусе пятидесяти километров вокруг острова Сосеки. — Вы двое подготовлены лучше всех, чтобы совершить последнюю отчаянную попытку покончить с центром «Дракон». Ни у кого другого нет такого практического опыта работы с глубоководным разведовательным вездеходом.
— Как приятно ощущать себя нужным, — устало сказал Джиордино.
— Что ты сказал?
— Ал интересуется, что конкретно нам предлагается сделать. — Питт склонился над картой и посмотрел на крестик, обозначавший место, где лежал на дне бомбардировщик «Демоны Деннингса». — Наше задание состоит в том, я полагаю, чтобы с помощью «Большого Вена» взорвать эту бомбу.
— Ты правильно полагаешь, — сказал Сэндекер. — Когда мы окажемся над отмеченным здесь местом, вы вместе с «Большим Беном» покинете самолет на парашюте.
— Ненавижу это слово, — сказал Джиордино, обхватив голову руками. — От одной мысли об этом у меня сыпь выступает на коже.