Дракон
Шрифт:
— Они далеко оторвались от нас, — коротко сказал Манкузо.
— Мы можем сократить разрыв, — уверенно сказал Питт. Он быстро крутанул руль туда-сюда, чтобы обогнуть машину, выезжающую на шоссе с боковой дороги. — Пока они уверены, что за ними ведется погоня, они не будут превышать предельно разрешенную скорость, чтобы не рисковать, что их остановит полицейский. Лучшее, что мы можем сделать, это не выпускать их из виду, пока их не перехватит полиция штата.
Теория Питта оказалась верной. Стремительно мчащийся «Стутц» стал приближаться к лимузину.
Манкузо кивком
— Они поворачивают на шоссе ь 5 вдоль реки Джеймс.
Питт вел машину с уверенной, ничем не сдерживаемой яростью; «Стутц» был в своей стихии на прямой дороге с плавными поворотами. Питт любил старую машину, ее сложную механику, величественный стиль и прославленный двигатель. Питт выжимал из старой машины все. что можно было, он вел машину, словно демон. Скорость была слишком велика для «Стутца», но Питт разговаривал с машиной, игнорируя странный взгляд на лице Манкузо, прося и умоляя ее ехать быстрее, чем она могла.
И машина слушалась его.
Для Манкузо это было невероятно. Ему казалось, что Питт физически побуждает машину ехать быстрее. Он взглянул на спидометр и увидел, что стрелка коснулась 98 миль в час. Мощную старую машину никто никогда не вел с такой скоростью, даже когда она была новой. Манкузо держался за дверцу, когда Питт обгонял грузовики и легковые автомобили, обходя сразу по нескольку штук с такой скоростью, что Манкузо поражался, как они до сих пор не перевернулись на крутых виражах.
Манкузо услышал другой звук на фоне выхлопов «Стутца», взглянул вверх из открытого места водителя в небо и объявил:
— За нами летит вертолет.
— Полиция?
— Непонятно, он без опознавательных знаков, похож на коммерческий.
— Скверно, что у нас нет радио.
Они подтянулись на двести метров к лимузину, когда «Стутц» был обнаружен и «Линкольн», в котором была Лорен, немедленно начал прибавлять скорость и водить от них.
Затем их отставание стало еще больше, когда добродушный молодой фермер, ведущий большой грузовик «Додж» с двумя ружьями, висевшими через заднее окно, заметил старинный автомобиль, собирающийся обогнать его, решил немного поразвлечься и не дать обойти его.
Всякий раз, когда «Стутц» пересекал разделительную полосу, собираясь обогнать его, жилистый водитель с засаленными волосами, ухмыляясь ртом, в котором отсутствовала половина зубов, тут же выруливал на противоположную сторону дороги, перекрывая путь «Стутцу».
Манкузо вытащил свой маленький автоматический пистолет из кобуры, находящейся на лодыжке.
— Я всажу одну пулю в ветровое стекло этого клоуна.
— Дай мне возможность перехитрить его, — сказал Питт.
Это был старый прием гонщиков. Питт появился с правой стороны от «Доджа», а затем поотстал немного и снова повторил прием, появившись слева. Он не пытался обогнать его, но владел ситуацией.
Водитель «Доджа» повторял его маневры, считая, что его пытаются обогнать. После того, как ему много раз удалось оставить «Стутц» позади себя, он начал вертеть головой из стороны в сторону, чтобы видеть, с какой стороны классическая машина хочет обогнать его в следующий
И тогда он совершил ошибку, на которую надеялся Питт.
Он отвлекся на повороте и заехал на щебенку обочины. Его следующей ошибкой было то, что он слишком сильно крутанул руль, чтобы выровнять машину, «Додж» начало мотать из стороны в сторону, и он слетел с дороги, опрокинувшись в заросли жиденьких деревьев и кустов, прежде чем остановился вверх колесами, раздавив при этом осиное гнездо. Парнишка-фермер отделался лишь царапинами и ушибами, но осы чуть не убили его, прежде чем ему удалось выйти из опрокинутого грузовика и прыгнуть в близлежащий пруд.
— Ловкая работа, — сказал Манкузо, оглядываясь назад.
Питт позволил себе короткую улыбку.
— Это называется методическим безрассудством.
Улыбка исчезла, когда он обошел какой-то грузовик и увидел трейлер с плоской платформой, остановившийся на повороте. Водитель потерял часть своего груза, три бочки нефти упали с платформы. Одна из них лопнула и покрыла дорогу большим жирным пятном. Белому лимузину удалось избежать столкновения с грузовиком, но он потерял сцепление с дорогой и сделал два полных оборота вокруг своей оси, прежде чем его водитель выровнял машину и снова помчался вперед.
«Стутц» бешенно затормозил и вошел в боковое скольжение на всех четырех колесах. Шины задымились. Солнце сияло на его полированных крыльях. Манкузо обхватил себя руками, приготовясь к неминуемому удару об зад грузовика.
Питт боролся со скольжением ужасающие сто метров, прежде чем черные следы шин остались позади. После этого он оказался на масляном пятне. Он отпустил тормоза и включил сцепление, позволив машине свободно катиться и проскочить через нефтяное пятно. Затем он дал машине проехать вдоль заросшей травой обочине дороги, пока покрышки не очистились от нефти, а затем возобновил погоню, отставая теперь от «Линкольна» лишь на несколько секунд.
Едва избежав смерти, Манкузо был поражен, увидев, что Питт ведет себя так, как будто едет на воскресную прогулку.
— Как вертолет? — спросил Питт.
Манкузо откинул голову назад.
— Все еще с нами, он летит чуть правее лимузина.
— Я нутром чую, что они работают вместе.
— Действительно странно, что на этой пташке нет опознавательных знаков, — согласился Манкузо.
— Если они вооружены, нам придется нелегко.
Манкузо кивнул.
— Это несомненно. Мой пугач ничего не сможет сделать против штурмового автоматического оружия, бьющего сверху.
— Но тогда они могли бы открыть огонь и расплескать нашу воду еще за много миль до этого места.
— Кстати о воде, — сказал Манкузо, указывая на радиатор.
Усталость старой машины начала проявлять себя. Пар с шипением стал вырываться из-под крышки горловины радиатора под богиней солнца, и масло струйками побежало из вентиляционных отверстий на капоте. А когда Питт притормозил перед крутым поворотом, он мог бы с тем же успехом поднять парус: тормозные колодки перегрелись и были сильно стерты. Единственное, что произошло, когда Питт нажал на педаль, — это зажглись задние огни.