Дракон
Шрифт:
— Хелло, группа «Бьюик».
— Вас слышу, — ответила Стаси.
— Начинаю обследование.
— Не поскользнись и не порежь артерию.
— Не беспокойся.
— Будем ждать вестей от тебя.
За пятнадцать минут Уэзерхилл разобрал корпус компрессора и изучил бомбу. Он был слегка разочарован. Конструкция не была столь совершенной, как он ожидал. Хитроумно, конечно, но он мог бы и сам соорудить более эффективное и разрушительное ядерное устройство.
Он замер, услыша шипенье сжатого воздуха в тормозных цилиндрах, и почувствовал, что грузовик сбавил ход. Но машина лишь притормозила на наклонной
— Не отстали? — коротко спросил он.
— Мы здесь, — ответила Стаси.
— Где я?
— Проезжаешь через Уэст-Ковину. Направляешься к Сан-Бернардино.
— Я снял деньги со счета, мне больше нечего делать в этом банке, — передал он. — На какой остановке мне следует сойти с автобуса?
— Подождите минутку, я сверюсь с расписанием, — поняла его Стаси.
Через несколько секунд она ответила:
— Здесь есть пункт взвешивания автомобилей по эту сторону границы с Индианой. Остановка на нем обязательна. Водители должны останавливаться здесь для осмотра машин. Если по какой-либо причине они свернут в сторону, мы притащим их сюда с помощью машины шерифа. Если этого не потребуется, ты будешь на пункте взвешивания через 45-50 минут.
— Жду вас там, — сказал Уэзерхилл.
— Наслаждайся поездкой.
Обладая качеством большинства тайных агентов, у которых уровень адреналина в крови подскакивает во время критических этапов операции, теперь, когда самое трудное осталось позади, Уэзерхилл сумел быстро расслабиться, его стало раздражать вынужденное безделье. Все, что ему теперь оставалось сделать, — это пролезть через вентиляционную отдушину на крышу и опуститься вниз позади трейлера, так, чтобы водители не заметили его в зеркало заднего обзора.
Он открыл ящик для перчаток и вытащил пакет, в котором были гарантийные документы на машины и руководство для владельца автомобиля. Он включил внутреннее освещение и начал от нечего делать пролистывать его. Хотя его основная специальность была связана с ядерной физикой, его всегда интересовала электроника. Он открыл страницу, на которой должна была находиться схема электрического оборудования «Мурмото», собираясь проследить, как проложены провода. Но на этой странице была изображена отнюдь не схема электрооборудования. Это была карта с инструкциями по размещению автомобилей в местах, где они должны были быть взорваны.
Стратегия Сумы стала столь очевидной Уэзерхиллу, что ему пришлось заставить себя поверить в это. Заминированные автомобили были не просто частью плана шантажа с целью защиты планов будущей экономической экспансии Японии.
Этот ужас был вполне реален. Бомбы предназначались для того, чтобы их взорвать.
Глава 35
По крайней мере десять лет прошло с тех пор, как Реймонд Джордан тайно проникал в запертые помещения. И уж точно он не делал этого с тех пор, как прекратил работать в качестве агента-оперативника, став одним из руководителей разведки. По какой-то причуде ему захотелось выяснить, не утратил ли он былую хватку.
Он подключил крохотный компьютерный зонд к проводам охранной системы ангара Питта, нажал кнопку и перекачал кодовую комбинацию в память зонда. Электронное устройство
Он высмотрел Питта, стоявшего на коленях перед «Стутцем», в дальнем конце ангара. Питт, казалось, был поглощен ремонтом фары.
Джордан стоял незамеченный и смотрел на коллекцию Питта. Он был удивлен, что она оказалась столь обширной. Он слышал, как Сэндекер говорил о ней, но никакое словесное описание не могло воздать ей должное. Он тихо прошел за первым рядом машин, обошел вокруг и подошел к Питту с той стороны ангара, где располагалась квартира. Это была проверка. Ему было любопытно, какая будет реакция Питта на взломщика, когда он появится на расстоянии вытянутой руки от него.
Джордан приостановился, прежде чем пройти последние три метра, и некоторое время рассматривал Питта и машину. «Стутц» был сильно поцарапан во многих местах. Его придется красить заново. Ветровое стекло треснуло, и левая передняя фара, похоже, висела на проводе. Питт был одет небрежно. На нем были вельветовые брюки и вязаный свитер. Его черные волнистые волосы были непричесаны. У него был решительный вид, его зеленые глаза под темными черными бровями глубоко запали и смотрели так напряженно, что, казалось, могли пронзить насквозь предмет, на который они были нацелены. Казалось, он всецело был поглощен тем, что вставлял стекло фары в хромированный ободок.
Джордан двинулся к нему, но не успел докончить и первого шага, как вдруг Питт заговорил, не оборачивая головы:
— Добрый день, мистер Джордан, очень мило, что вы заглянули ко мне.
Джордан застыл на месте, но Питт продолжал работу с безразличным видом водителя автобуса, ожидающего, когда пассажир расплатится с ним.
— Мне, наверное, следовало бы постучаться?
— Совершенно незачем. Я знал, что вы подходите к двери.
— Вы что, экстрасенс, или у вас глаза на затылке? — спросил Джордан, медленно подходя к Питту. Питт посмотрел на него и ухмыльнулся. Он поднял и наклонил старый рефлектор фары, на посеребренной поверхности которого появилось изображение Джордана.
— Я следил за тем, как вы обходили ангар. Ваше проникновение в него было очень профессиональным. Я бы сказал, что оно заняло у вас не больше двадцати секунд.
— Я не заметил вашей второй видеокамеры: видимо, старею.
— Я установил ее на той стороне дороги на верхушке телефонного столба. Большинство посетителей замечает ту, что закреплена на самом здании, инфракрасную, она включает сигнал тревоги, когда какое-то тело движется вблизи от двери.
— У вас потрясающая коллекция, — сделал комплимент, Джордан. — Много времени вам потребовалось, чтобы собрать все это?
— Я начал с потрепанного «Форда» 1947 года выпуски, который стоит вон там в углу, примерно двадцать лет. и совершенно заболел коллекционированием. Некоторых машины достались мне в ходе осуществления проектом, связанных с НУМА. Некоторые я купил у частных лиц или на аукционах. Старинные и классические автомобили — это надежное капиталовложение, и собирать их куда интереснее, чем собирать картины.
Питт закончил вставлять стекло в ободок и поднялся на ноги.
— Могу я предложить вам выпить?