Драконы Аргоната
Шрифт:
— Хотелось бы знать, кто это так заехал Грифу по лапе? Ракама, бедолага, замучился с приварками.
— Это сделал Влок.
— Вот как, Влок?
Некоторое время Релкин продолжал работать молча.
Так выходит, Гриф затеял драку из-за Ракамы и Свейна.
— Ну… э-э… как сказать.
— А так, что этому необходимо положить конец, — заявил Релкин. — Слава богам, что Кузо был занят и не связал эти события воедино. До поры до времени.
У Свейна вроде бы сломан нос?
— Точно. А у Ракамы ребро. Обоим досталось.
Послышался стук,
— Слышали новость? спросил он с улыбкой заговорщика.
— Что еще за новость?
— Марнери. Мы возвращаемся в Марнери. Через неделю.
— Хм. А потом?
— А потом погрузимся на корабль и поплывем в Кадейн. Эй, а ты понимаешь, что это значит?
Все трое нахмурились.
Если они поплывут в Кадейн, стало быть, их посылают под Эхохо участвовать в осаде. А значит, им придется провести в плавании не один месяц и, скорее всего, пережить суровую зиму в горах Белых Костей.
— Ну что ж, может, хоть это сплотит эскадрон. Юный Джак помчался разносить свою новость по лагерю, а Релкин решительно повернулся к Базилу:
— Пожалуй, нам с тобой следует попросить отпуск. Другой возможности еще долго не представится.
Пойдем в деревню? Там можно будет подкрепиться.
— Не то слово. Ручаюсь, нам закатят такой обед, какого мы не видывали. Сколько лет нам не удавалось выбраться в Куотл, а ведь благодаря нашему участию в битве у Сприавского кряжа деревня получила немало льгот.
— Значит, мы оплатили обед заранее.
— Надо навестить фермеров и их родню.
— И идти недалеко, всего лишь за Горбатые холмы. Часа четыре — и мы на месте.
— Точно. А сейчас я пойду к Кузо и подам рапорт об отпуске. Очень хорошо, что ты не встрял в заварушку с Грифом. У командира не будет причины сказать «нет».
— Да это очень хорошо, — пробурчал Базил, подергивая кончиком хвоста.
Глава четвертая
Укрепленный городок Андиквант по существу являлся нервным центром Империи Розы. Именно там находилась штаб-квартира Службы Необычайного Провидения, о которой мало кто знал что-либо достоверное. В непритязательно обставленной задней комнатушке обшарпанного казенного строения встретились две женщины, весьма непохожие одна на другую. Они пили чай и вели беседу.
— Так ты видела их? — спросила первая, облаченная в черное бархатное платье.
У нее были длинные, зачесанные назад черные волосы, темные, подведенные глаза казались огромными, и от всего ее облика веяло неким мрачным могуществом.
Да. Приятный дом, живописные окрестности…
Собеседницей дамы в черном была скромная женщина неопределенного возраста в серой полотняной робе и простых сандалях. Худощавое, почти изможденное лицо обрамляли седые волосы.
— … оттуда по тропинке можно выйти прямо к парку Илка. Чудесный парк, очень красивый.
— Знаю, знаю. Что ты скажешь об их истории?
— Это именно то, чего
— Он наконец начал действовать.
— Это зло витает над миром со времени появления человека.
— Синни остерегали нас, но их возможности ненамного превышают наши. Они сами опасаются Властелина.
Последовало долгое молчание. Женщины обменялись взглядами. Черные глаза встретились с серыми, и сероглазая понимающе кивнула:
— Выходит, я должна вернуться на службу.
Решающие слова были произнесены, и Лессис почувствовала, как на ее плечи вновь наваливается тяжкое бремя ответственности за судьбу мира. Увы, ей было даровано всего-навсего несколько бесценных месяцев отдыха и покоя.
— Это необходимо, дорогая Лессис. Я поняла, что ты справлялась с управлением Службой гораздо лучше, чем когда-либо сумею я. Прошу прощения за то, что недооценивала твои способности.
Королева Мышей склонила голову перед Королевой Птиц.
Лессис улыбнулась и кивнула в знак того, что извинения приняты. Долгие годы, да что там годы — века она работала, не рассчитывая на благодарность и признание. Мало кто понимал, что стояло за этой напряженной работой. И вот наконец сама величественная Рибела признала ее заслуги.
— Рассказ принца Эвандера показался мне убедительным. А тебе?
— Мне тоже. Вне всякого сомнения, он и принцесса Сирина были выброшены в пространство между мирами. В наше время сохранилось еще немало опасных реликтов Красной Эры. Колдун из Монжона — это не кто иной, как тот самый Гцуг, которого наши драконы изгнали с острова Чародея во время плавания к Эйго. Он был жесток, злобен и полон презрения ко всему живому. Зато теперь ему придется тысячекратно вернуть свой долг. Он превратился в Тимнал, достаточно сильный, чтобы поднять город и поддерживать свет миллионов светильников.
— Да. Я много размышляла о том, как можно использовать Тимнал. Мне хотелось использовать столь великую мощь во благо мира. Однако теперь я предпочитаю обходиться без него, слишком уж он опасен.
Женщины обменялись улыбками.
— Сейчас принц и принцесса значат для нас больше любого Тимнала. Они повидали Ортоид, мир, сокрушенный пятой Властелина, и чудом вернулись, чтобы предостеречь нас.
— Думается мне, к этому чуду каким-то образом причастны Синни. Но они не решаются ничего делать в открытую.
— Император предупрежден?
— Ему доложили. Он как раз вознамерился предпринять путешествие по девяти городам. Глава государства не посещал их уже много лет, и возможно, сейчас действительно приспело время для такой поездки. Между Кадейном и другими территориями наметились определенные трения.
— Но это ужасный риск! — воскликнула Лессис.
— Нам придется позаботиться о безопасности.
— А император знает, что я здесь?
Пока нет, но уж он-то определенно будет тебе рад. По правде сказать, ему непросто иметь дело со мной, а мне с ним. Порой он бывает слишком мягок.