Драконы севера
Шрифт:
— Грегори, тебе не кажется, что мы ведем себя как супруги, прожившие вместе добрый десяток лет?
— Мне тоже так кажется…
Габриель выскользнула из юбки и, подбоченись, повела плечами. На ней оставались только чулки с подвязками.
Тугие груди тяжело качнулись.
Я отвел взгляд и сел на мраморную скамью.
Габриель тихо засмеялась и быстро, легкими движениями сняла чулки. Пробежав несколько шагов, с шумом и плеском бросилась в бассейн.
Себя я мог не обманывать. Я хотел ее, и все больше с каждым
Я долго раздевался и погрузился в воду как только Габриель, отвернувшись от меня, поплыла к водопаду. Разгуливать у нее на глазах с «копьем» на изготовку я не мог. Скромность не та добродетель, что нужна королям, но победить свое воспитание я был не в силах.
Доротея с дочерью осталась в Холлилох. Я оказался прав, ее фигура восстановила свою красоту. Растяжки на ее животе и груди я убрал. Но после того вечера, после присутствия при родах, тело графини не вызывало моего желания, а совсем наоборот… Через месяц после рождения дочери Доротея пришла ко мне в постель, устав ждать меня в своей, и я ничего не смог сделать… Совершенно ничего… Доротея с трудом скрыла свое недовольство, а я на следующей неделе уехал сначала в Хаббард, а потом в Корнхолл.
Любовное фиаско меня напугало… Мне всего двадцать два года и такой конфуз!
Но рядом с Габриель, которая приехала следом за мной, я вновь ощутил себя мужчиной, самцом, черт меня побери!
Моя плоть стремилась к ней, и это трудно порой было скрыть.
Я хотел ее, но она была для меня недоступна… Такое мучительное состояние продолжалось весь месяц, и все это измучило меня до крайности.
Сидя по шею в воде и наблюдая за плывущей ко мне Габриель, я думал только о ее прелестях. Военные планы улетучились из моей головы со скоростью ураганного ветра…
— Грегори, о чем ты мечтаешь?
— Только о тебе!
Габриель была рядом, и ее ладонь ласково прошлась по моей щеке.
— Сегодня мы будем вместе… этой ночью…
Я не верил своим ушам.
— Но ты говорила…
— Пусть катится к дьяволу моя девственность! Тебе ведь нужна герцогиня для Лонгшира, а не магичка–ведьма, от которой не знаешь чего ждать. Тебе нужно мое согласие, и я согласна стать правительницей Лонгшира!
— Твоя проницательность меня пугает порой…
— Не пугайся, милый, ступай наверх, я вскоре приду к тебе… Ты будешь со мной нежным?
Глава 2
Я лежал в полумраке на постели и ждал Габриель, волнуясь словно в первый раз.
Да это и был наш первый раз!
Она пришла, завернувшись в простыню, в мягких меховых туфлях, практически неслышно.
Простыня упала на пол. Габриель легла рядом со мной и укрылась перинкой до подбородка. Ну что ж, если игра в девственницу необходима — я готов подыграть ради столь сладкого
Я жадно целовал губыГабриель, а она робко, словно девочка, отвечала мне.
Она хихикнула, и ее нежные ласки медом разлились по моему возбужденному телу.
— Ты восхитительна… Я обожаю тебя… — шептал я, благодарно целуя живот Габриель, груди и гладкие нежные бедра.
Засыпая, я обнимал ее за плечи. Пряный запах ее волос дарил мне покой…
Мы завтракали вдвоем.
Габриель, свежая и бодрая как птичка, намазывала для меня маслом булочки и с неподдельным интересом рассматривала мое лицо.
— Ты что-то хочешь спросить?
— Тебе было хорошо со мной?
— Ты восхитительная любовница, милая!
— И это все что можешь сказать?
— Я благодарен тебе за твою жертву и очень счастлив…
Она улыбнулась и отпила вина из серебряного кубка.
— Такого нежного любовника у меня еще не было… Тебе неприятно вспоминать о том, что ты не первый у меня?
— То, что было ранее, только сон — забудь его!
Габриель вздрогнула и опустила голову.
На военном совете я изложил свое решение.
— Сьерры, мы идем на юг! Фостер, свяжись с бастардом и передай ему еще денег и оружия.
Наша цель — Лонгшир!
Теперь же главное — о чем будете знать только вы трое и до поры.
Я вышел из-за стола и впустил в боковую дверь Габриель.
— Сьерры, представляю вам пропавшую два года назад единственную дочь герцога Лонгфордского — Габриель! Мы пойдем на юг чтобы вернуть ей отцовское наследство!
Сьерры открыли рты от удивления. Фостер оправился быстрее всех и, подскочив, облобызал ручку герцогини первым.
Габриель заняла место за столом совещания.
— Уважаемые сьерры, я благодарна его величеству королю Севера Грегори за оказанное гостеприимство и готовность защитить мои права с оружием в руках. Со своей стороны я клятвенно обязуюсь, вернув наследство отца, оказать поддержку борьбе Вашего величества. Лонгшир будет вам преданным союзником!
— Бастарду Финнею это не понравится, государь! — Осторожно начал Фостер.
— Мы найдем чем занять бастарда… И потом, о правах Габриель на Лонгшир мы заявим только прибыв с армией туда. Через две недели выдвигаемся на Гартунг, а оттуда на юг по плоскогорью.
На обед я пригласил к себе Хэрри Эльсинера.
За зиму в Корнхолле милейший барон отрастил бороду и слегка растолстел.
— Хэрри, вы самый мой дорогой пленник, но поскольку выкуп за вас так и не внесли, придется дать вам свободу под ваше честное слово.
Похоже, Хэрри не верил своим ушам.
— Вы отпускаете меня, Грегори?
— Вы свободны, мой друг! Вы были пленником не моим, а Бернадетты… Она умерла, а значит вы свободны!
— Почему же это пришло вам в голову только сейчас, а не осенью?