Драконы севера
Шрифт:
Конные разведчики выдвинулись на юг во всех направлениях.
Я знал, что крупных сил у короля Руперта в районе Шеллсберри не имеется, но все равно беспокоился.
Сейчас я очень жалел, что со смертью отца утратил свой дар — ощущать за десяток миль присутствие других людей и даже их численность. На войне такой дар — огромная удача. Но увы! — магия вернулась, но этот дар я утратил навсегда.
Посмотрев на южный берег с редкими огнями костров, я вернулся в лагерь и решительно направился к палатке Габриель.
Мой
Габриель вышла ко мне навстречу. Она была в мужской одежде.
— Добрый вечер, герцогиня, в чем причина этого костюма?
— Добрый вечер, Грегори, вы меня опередили, я хотела поговорить с вами и как можно быстрее…
— Прошу в мою палатку.
Мы прошли молча, бок о бок через оцепление стражи. Я отодвинул полог и пропустил Габриель вперед.
Она присела в походное кресло. Высокие охотничьи сапоги восхитительно облегали ее стройные ноги.
— Я думаю только о тебе, а ты меня избегаешь… В чем причина, милая?
— Поговорим лучше о наших планах на завтра.
— Разве одно мешает другому?
Я опустился на колено рядом с Габриель и взял ее руку в свои.
— Я предлагаю завтра же отправиться через плоскогорье прямо в Лонгфорд, взяв с собой только два конных реджимента. Остальная армия догонит нас в столице Лонгшира.
— К чему такая спешка, Габриель? У герцогини Луизы около шести тысяч воинов! С двумя конными реджиментами нам не пробиться! Да и как с двумя тысячами конницы штурмовать город? Без осадных орудий и бомбард?
— В Лонгфорде только небольшой гарнизон, Грегори! Луиза со всеми своими силами два дня назад отправилась на запад в Суффолк. Пока она отсутствует, у нас есть шанс захватить Лонгфорд!
— Откуда у тебя эти новости?
Она протянула мне мятый лист бумаги.
— Это мне принес почтовый голубь…
Я пробежал письмо глазами.
«Бастард Финней схвачен конфландскими наемниками в Суффолке. Луиза выступила туда в среду со всеми силами. В Лонгфорде только малый гарнизон. Поспеши».
— Чье это письмо?
— В Лонгфорде есть люди, что еще помнят меня. Нам откроют ворота.
— Мне твой план не нравится! Это авантюра, милая!
— Это шанс, Грегори, это счастливый шанс! Когда я давала тебе неверные советы? Вспомни хоть раз!
— Это может быть ловушкой!
— Три дня, и ты хозяин Лонгшира, а значит почти половины южного королевства! Решайся, Грегори!
Я вызвал к себе Жасса и Фостера.
Жасс поддержал Габриель.
— Это сильный ход, Грегори, и смертельный для короля Руперта!
Фостер долго мял и разглядывал бумагу, принесенную голубем.
— Кто автор письма, миледи?
— Я не могу назвать его имя, но он важное лицо в Лонгфорде и я ему верю.
— Государь, это опасная затея…
Габриель была настойчива.
—
Ее карие глаза были так многообещающи, а лицо светилось уверенностью.
Мы взяли с собой в поход почти всю нашу кавалерию — реджимент латников Гринвуда, реджимент конной стражи под командой Гвена и три роты арбалетчиков. Каждый воин взял в седельные мешки съестные припасы. Мы оправлялись в Лонгшир без обоза, налегке.
На рассвете мы переправились через Шелл и на рысях понеслись на юг и выше, на плоскогорье туманов.
Глава 4
— Почему плоскогорье туманов?
— Зимой здесь не редкость туманная погода, государь.
Ехавший рядом со мной наш проводник закутался поплотнее в плащ.
Зябкий ветер рвал плащи, забирался под одежду.
Пасмурная и ветреная погода на плоскогорье встретила нас сразу же, едва мой отряд одолел пологий длинный подъем.
На каменистой равнине ни кустика, ни ямки, только редкая жухлая прошлогодняя трава да скалистые обломки.
— Скудная местность.
— И никому не нужная, государь! Двести лет назад маги устроили здесь знатную потасовку, вот ничего и не растет кроме травы весной!
Еще одна местная байка. Никаких сражений здесь не было, я о таком не читал и не слышал.
По пути нам встретился только один родник, весьма скудный, в узкой глубокой расщелине. Чтобы набрать воды пришлось спустить на веревках вниз пару крепких парней. Они черпали кожаными ведрами воду, и их на веревках поднимали наверх.
— Зимой в тумане здесь легко заблудиться и погибнуть от жажды и голода.
— Разве здесь не бывает снега?
— Туман сжирает снег за ночь, государь. Снег здесь редкость!
На ночь мы разбили палатки прямо посреди этой голой негостеприимной равнины, и ветер завывал всю ночь, не давая уснуть. Даже костер нечем было развести. Ни деревьев, ни кустарника… Я не выспался, и настроение у меня было отвратительное.
Габриель напротив, весела.
— Еще пара часов, и мы выйдем на край плоскогорья, потом недолгий спуск и прямая дорога к Лонгфорду. Вечером уже будем за его стенами.
— Ты скучала по родным местам?
Лицо Габриель омрачилось.
— С родными местами у меня связано много неприятных воспоминаний, Грегори…
Южный край плоскогорья туманов скалист и крут, но проводник легко нашел пологий спуск.
— Здесь гоняют овец на пастбища. Через месяц там, на пустошах, поднимется знатная трава, но еще через месяц все выгорит под солнцем, государь.
Лонгшир зеленым ковром лежал передо мной в легкой дымке. Вдали поблескивала река, а ближе, в нескольких милях, горбатились крыши деревеньки.