Драм
Шрифт:
– Заходи ко мне в дом, садись, я расскажу тебе о своей жизни, о днях, полных грустных мыслей, и редких минутах радости, так редко выпадающих на мою долю…
У меня разболелась голова. Я начал догадываться, почему этот тип подался в изгои. Если бы он этого не сделал, его бы просто прибил какой-нибудь нетерпеливый персонаж. При этом остальное игровое сообщество было бы ему за это чрезвычайно признательно.
Я мучительно соображал, что делать. Самым простым выходом казалось стукнуть болтуна чем-то тяжёлым. Грех, конечно, обижать убогих, но этот приступ быстровещания
Внезапно меня посетила светлая мысль. Я достал меч и приставил его к шее косматого одиночки. Словесный поток тут же замер, оборвавшись на полуслове. Мы с зеркальцем облегчённо вздохнули. Самое верное средство обуздать болтуна – это оружие. Если вам надоел нудный оратор, просто приставьте к его горлу кинжал. Долго ждать результата вам не придётся. Разговорчивый субъект замолкнет на неопределённое время. Правда, не навсегда. Горбатого, как известно, исправит только земляной холмик с небольшим обелиском.
– У тебя есть то, что мне нужно, - я ослабил нажим на лезвие.
– То, что вам нужно, конечно же есть, но мы часто не знаем, что нам нужно. Если недавно мы хотели одно, то через минуту нам нужно уже совсем другое, и наоборот. Вместе с тем то, что нам действительно нужно…
Ещё немного, и у меня разовьётся хроническая мигрень.
– Страница! – рявкнул я.
– Стесняюсь спросить, страница из книги, журнала, документа, газеты, брошюры, учебника?
– Блокнота! – я был на грани, моя рука дрогнула.
Видимо, одиночка понял, что перегнул палку. Ладонь болтливого персонажа нырнула внутрь хламиды, в которую он был одет, и выудила сложенный вчетверо листок.
– Нашёл его под большим камнем, - пояснил Хермит, - на самой окраине Тёмной Долины.
Я облегчённо вздохнул. Но отшельник спрятал руку с листком себе за спину. Так! Видимо, нам предстоит вторая часть Мерлезонского балета. Я сунул меч в ножны – от греха. Вдруг поддамся искушению?
– Эта страница нужна Мудрецу, - мне пришлось зайти с другой стороны.
– Срочно!
– Хорошо, я отдам, только ты должен выполнить мою просьбу.
Я хотел ответить наглецу гневной отповедью, но не успел. Слова вылетали из затворника быстрее, чем мой организм на них реагировал.
– Отшельникам нельзя отказывать в просьбах, потому что просьба отшельника – это не просто просьба, а единственная возможность использовать подвернувшийся случай для отправки чего-нибудь кому-нибудь, равно как этот другой кто-нибудь захочет переслать чего-нибудь мне и тогда…
Всё я больше не могу! Пытки средневековых инквизиторов – детские забавы по сравнению с этим мучением. Готов выполнить всё, лишь бы не слышать больше эту сверхзвуковую трепотню. Конечно, можно было бы отобрать листок силой, но с квестовыми субъектами надо быть аккуратнее. Чуть что – и ты не закроешь квест. А это может грозить неприятными последствиями, вплоть до невозможности дальнейшего развития персонажа.
Я поднял руку в знак согласия. Трескучий анахорет замолчал. Никогда не думал, что можно так наслаждаться тишиной. Далеко в подсознании возникло
– Если ты хочешь что-то сказать – говори, потому что если тебе нечего сказать, то говорить буду я…
– Стоп! – я поднял вторую руку. – Давай, говори, чего хочешь.
– Надо отнести вот эту шкатулку, - затворник выудил из-за пазухи жёлтую коробочку, - русалке Моэре в Тихую Заводь. Она её потеряла и просила вернуть, только вернуть у меня не было случая, а сегодня он подвернулся в виде охотника за страницами, которые так нужны Мудрецу из Гамбира, города, расположенного в самом сердце…
Я выхватил из рук болтуна блестящую безделицу и поспешил покинуть пристанище одинокого пустомели. Напоследок Хермит хлестанул меня в спину длиннющей репликой. Я успел пригнуться – тирада пролетела мимо. Ей богу, мне казалось, что отшельник сейчас скосит меня пулемётной очередью своей болтовни. Я почувствовал себя в безопасности лишь когда перестал слышать его голос. Оглянулся – не преследует? Фу! Надо же! Никогда не думал, что могу так устать.
Нужно сориентироваться. Я сел прямо на землю и достал зеркальце. Экранчик пошёл рябью и разразился длиннющим спичем:
– Вы дозвонились в справочную компанию, если вы хоббит – переведите ваше зеркальце в тональный режим, если вы не хоббит – плюньте, потому что вам это не понадобится, так как только хоббиты могут попасть в …
Куда могут попасть хоббиты, я знал не понаслышке. Решив прекратить эту пародию на затворника, дал лёгкий щелбан пересмешнику. Прямо в экранчик. Подействовало. Наступила приятная тишина. Я позволил себе немного расслабиться. Закрыл глаза, сделал глубокий вдох. Хорошо!
В процесс релаксации снова вмешался мой спутник. Он предостерегающе пискнул, я взглянул на монитор - красный флажок окружили серые точки. Их было три. Монстры имели название – “Фингеры”.
Судорожно сглотнул и осмотрелся… Из меня тут же вырвалось неприличное слово. Дело не в воспитании, просто то, что я увидел, ввергло меня в нецензурный шок. На меня надвигалось существо, сплошь состоящее из пальцев. Представьте себе вертикальный цилиндр, из которого торчат сотни шевелящихся отростков. Они могли группироваться в небольшие соцветия и вытягиваться на манер человеческой руки. При этом пальцы всё время совершали хватательные движения, пытаясь зацепить что-нибудь из пространства. Над чудовищами висела устрашающая пятёрка. Пятый уровень! Да ещё трое!
Путь к бегству был отрезан. Я оказался в западне. Проскользнуть мимо тварей не было никакой возможности. Меня снова выручило зеркальце. Оно тренькнуло, я взглянул на экран – там красовались четыре буквы. Они составили короткое слово “Хелп”. Мне оставалось только принять решение. Да фиг ли тут думать! Я без колебаний ткнул в “Enter”. Просьба о помощи разлетелась по просторам Фанвердена. Появилась надежда. Пусть слабая, но всё равно стало легче. Хоббитам присущ оптимизм. Стоит утопающему полурослику сунуть соломинку, он тут же использует её как полноценное бревно.