Драйв Астарты
Шрифт:
Уилки Гэмп ударил молоточком по столу.
– Защита! Прекратите склонять мисс Нратонг к недостоверным показаниям!
– Но, ваша честь, я подозреваю, что версия о терроризме могла сложиться в сознании девушки под воздействием угроз и приказов в плену у красных кхмеров. В самом деле, откуда моя подзащитная могла бы знать, что это терроризм, а не…
– Тогда ставьте вопросы соответствующим образом, – перебил судья.
– Да, ваша честь… Мисс Нратонг, почему вы думаете, что это был именно терроризм?
– Я это знаю, – ответила
– Подождите, – перебил Уайтмид. – Вы сами это слышали?
– Да, я сама это слышала. Они угрожали мне, чтобы я не попыталась убежать. И, когда австралийцы везли нас на корвете, мы сидели в наручниках на палубе, близко друг от друга, и я слышала: араб и врач говорили, что в Новой Зеландии у них тоже свои люди, которые работают на «Парчам ислами», и имеют адвокатов и влияние…
– Мисс Нратонг, мне кажется, вы…
– …Они называли какого-то Гюляма из исламской федерации…
– Мисс Нратонг! – Адвокат повысил голос. – Вы в суде, все сказанное вами может быть использовано против вас!
– Прекратите давить на нее!!! – Закричала Диззи Крузо. – Чем вы вообще занимаетесь, мистер Уайтмид? Что-то я не поняла, кого вы защищаете.
Судейский молоточек с грохотом опустился на стол.
– К порядку, леди и джентльмены, – произнес судья Гэмп. – Где у нас тут эксперты по терроризму? Суду необходима справка по организации «Парчам ислами» и по некому гражданину Гюляму из исламской федерации у нас в стране, а также о связи двух этих организаций, если такая связь существует и известна… Так! Мисс Крузо! Прекратите шептаться с вашей подопечной, вы не на вечеринке.
– Прошу прощения, ваша честь, – ответила Диззи. – Но Эппл Лек просит заменить ей адвоката. Она подозревает, что мистер Уайтмид работает на исламистов.
– Это бред! – Изумленно воскликнул адвокат.
– А мне кажется, что это похоже на правду, – невозмутимо ответила она. – Я ничуть не удивлюсь, если вы знаете этого Гюляма…
– Минутку! Разумеется, я знаю мистера Гюляма, поскольку он активно сотрудничает с «Amnesty International», он оказывал чрезвычайно ценную помощь при переговорах об освобождении заложников в Йемене и в Сомали. Он противник насилия, и считает, что мусульманская религия, как и все мировые религии, несовместима с терроризмом. Это соответствует позиции всех просвещенных исламских теологов…
– …Короче, – перебила она. – вы знаете Гюляма, которого арестованные террористы считают своим человеком в Аотеароа. Меня это настораживает.
Уилки Гэмп снова ударил молоточком по столу.
– Так! Прекратите эту пикировку… А экспертов по терроризму я прошу дать ещё две справки: о том, есть ли связи между «Amnesty International» и исламистами, и есть ли подобные связи лично у Логрина Уайтмида.
– Вы что, меня обвиняете? – Изумленно спросил адвокат.
– Суд, – с ледяным спокойствием, ответил Гэмп, – собирает информацию, имеющую существенное значение для рассматриваемого дела.
…
Флер, глядя на возникшую на TV-экране заставку «New Zealand's TV-One», с хрустом откусила бок от огромного зеленого яблока, и констатировала:
– Каютный преферанс. Азбука.
– В каком смысле? – Спросил Джорекс Джемс.
– Ну, – пояснила она. – Это когда в каюте садятся играть в карты четверо фигурантов, которые, как бы, только что познакомились в баре лайнера. Но, реально, трое заранее знакомы и играют на общую кассу, хором раздевая четвертого.
– Вы хотите сказать, мисс, что судья и присяжные тоже… Э… В сговоре.
– Джорекс, ну что вы! – Вмешался Микеле. – Это не сговор, а коалиционная игровая стратегия. Адвокат из «Amnesty» пытается сделать так, чтобы в мясорубку угодило поменьше мусульман. Спецслужбы, руководство АГК старается, и эта девушка из Таиланда – наоборот, чтобы побольше. А судья просто делает свою работу. У него недостаточно информации и, чтобы рассмотреть дело честно и открыто, он должен отфутболивать каждый эпизод для разъяснения к экспертам, которых ему обязано предоставить правительство Аотеароа… Кажется, оно их уже предоставило… И, как выразилась Флер, по каждому эпизоду присяжные будут сбивать кегли. Все честно. Присяжные оценивают поступающую информацию в соответствие со своим здравым смыслом. Другое дело, что коалиция умело использует их здравый смысл.
– …За счет того, – уточнила капрал Маренго, – что взяли в команду эту девчонку.
– Девчонка, это находка, – согласился Шуанг, – замечательно-артистичная троянская лошадка. Мелкий секс-бизнес в Таиланде вообще богат театральными талантами…
– Но её же посадят, – заметила Эстер.
– За что? – Спросила Флер, – девчонка действовала под угрозой насилия со стороны международной террористической банды, а теперь сотрудничает с правосудием.
– Искренне? Хм… – Эстер скептически прищурилась.
– Ну… Искренне с точки зрения присяжных и прочих зрителей.
– Я уже не понимаю… – произнес Джемс. – Эта девушка врет или говорит правду?
– Правды нет, – лаконично и четко отреагировала Флер.
Дверь на террасу-гостиную распахнулось, и Оскэ Этено, с усилием тряхнув в воздухе тяжелым пластиковым мешком, объявил:
– Правда есть! Она в том, что здесь ровно дюжина кило кальмаров, и я заплатил за них всего пятерку фунтов, потому что взял прямо с траулера!
– Ежик! – Закричала Флер, и практически мгновенно повисла у него на шее (мешок с кальмарами при этом упал на пол с глухим мокрым шлепком).
– Осторожно! Пузо же!
– Не дрейфь, я контролирую это.
– Конечно, крошка Ру, ты это контролируешь, – согласился он. – Но если тятя Чубби увидит такой прыжок, она отвинтит мне голову. Мне, а не тебе, прикинь?
– Мама спит, – сообщила Флер.
– А я уже не в счет? – Проворчал Микеле.
– Папа, ты же видишь: я не так уж сильно прыгнула… Ежик, а ты что, подслушивал?