Дредноут
Шрифт:
— Не важно, — отмахнулась Мерси. — Поговорим об этом потом.
Она отошла от него и присоединилась к напирающей толпе. Людей стало больше, и кто-то мог заметить, что она сговаривается о чем-то с рейнджером; и хотя она единственная знала, что он рейнджер, все уже поняли, что мужчина — техасец, а Мерси не хотелось, чтобы и к ней относились как к парии. Однако она понимала, отчего он предпочитает умалчивать о своем статусе блюстителя правопорядка: у военных своя иерархия. Им не нравится, когда кто-то, не вписанный в их систему, вертится поблизости, носит оружие и на вполне законном
Снова оказавшись в поезде, Мерси с удивлением отметила, что миссис Баттерфилд и мисс Клэй опередили ее и уже сидят в купе. С неменьшим удивлением она обнаружила, что двое мексиканцев разместились тут же, в ее вагоне. Две дамы напротив даже не перешептывались, а обсуждали новичков в полный голос.
— Я слышала, они говорили по-испански, — заявила миссис Баттерфилд. — Естественно, я не поняла ни слова, но вот тот юноша, что повыше, он выглядит почти белым, не так ли?
— Он может бытьбелым, — заметила Теодора Клэй. — В Мексике масса испанцев.
— Почему? Разве там не произошло что-то вроде… не знаю… революции? — неуверенно протянула миссис Баттерфилд.
— Даже несколько. Но интересно, отчего они в поезде, едущем на северо-запад? Направление определенно не то, вам не кажется? И одеты не по погоде, точно говорю.
— А почему бы не спросить их, — предложила Мерси, — если вам и вправду хочется знать?
Миссис Баттерфилд содрогнулась и наградила Мерси взглядом, говорящим: «О небеса, девочка! Я думала, что знаю тебя!» Вслух же она проговорила:
— Я не склонна сейчас заводить новых друзей, тем более таких странных. Кроме, того, они едва ли говорят по-английски. И к тому же они все католики.
— Могу поспорить, по-английски они говорят, — возразила Мерси. — Очень трудно, не зная языка, расспросить о дороге, а они благополучно добрались до нашего севера.
Мисс Клэй изогнула вползшие на самый лоб брови:
— Тогда почему бы вам не потолковать с ними?
Мерси откинулась на спинку своего сиденья:
— Это ведь вам до смерти любопытно было узнать. Я только сказала, что если вам так уж неймется, то можно и спросить.
— Почему? — спросила мисс Клэй.
Мерси не поняла:
— Что — почему?
— Почему вам не интересно? Мне кажется, интерес тут вполне естественен.
Медсестра прищурилась и парировала:
— Я в чужие дела не лезу, мне и своих достаточно, вот и все.
Но ближе к вечеру Мерси отправилась поужинать в вагон-ресторан и обнаружила там мексиканцев, сидящих за столиком с капитаном Макградером и раненым (но относительно годным к несению службы) Моррисом Комстоком. Моррис улыбнулся медсестре и помахал рукой, а капитан кивнул, что послужило подходящим поводом присоединиться к компании. Девушка, заказав чашку чаю, печенье и крошечный горшочек джема, отнесла их к освобожденному мужчинами месту.
— Джентльмены, — кивнула она, усаживаясь и пытаясь встретиться взглядом с мексиканцами, просто ради новизны.
Кажется, они сочли ее присутствие несколько обременительным, но повели себя воистину
— Миссис Линч, — заговорил капитан. — Рад снова видеть вас. Мы тут беседовали с этими ребятами. Они из Мексики.
Моррис подхватил:
— Мы по-дружески предупредили их. О техасце, который едет в шестом вагоне. Надеюсь, чванливый ублюдок не создаст им проблем.
Похоже, солдата весьма радовала возможность в очередной раз обругать рейнджера.
Макградер откашлялся, прочищая горло, и сказал более дипломатично:
— Насколько я понимаю, вы знакомы с вышеупомянутым республиканцем. Прибыли на одном пароходе в Сент-Луис, верно?
— Да, именно так. Только, кажется, я про это не упоминала. Откуда вы узнали?
— Мисс Клэй обмолвилась как-то мимоходом.
— Понятно.
— Сеньора, — проговорил один из двух мексиканцев, тот, чья кожа была темнее, а брови необычайно аккуратны, — пожалуйста, позвольте представиться: Хавьер Томас Игнасио Гальяно. — Свои имена он произнес единым духом, и прозвучали они как музыка. — А мой компаньон — Федерико Мария Гонсалес Портилла. Мы… инспекторы. Из Мексиканской империи. Мы не намеревались вызвать в поезде суматоху; мы лишь проводим расследование, пытаясь выяснить, что случилось с исчезнувшим легионом наших солдат.
Мерси обрадовалась, что он так хорошо владеет языком. Ей не пришлось напрягаться, чтобы понять его, и она не ощущала идиотского желания говорить как можно громче, так что произнесла обычным голосом:
— Я слышала об этом — и читала в газетах.
Второй инспектор, коллега первого, подтвердил:
— Да, мы осведомлены о том, что печаталось в ваших газетах. Это великая загадка, не так ли?
— Воистину великая, — согласилась Мерси, чуть трепеща от разговора с чужаком. Северян и южан она знала как облупленных, но никогда раньше не встречала никого из совершенно другой страны. За исключением Гордона Рэнда, хотя его можно не принимать в расчет.
Инспектор Гальяно скомкал салфетку.
— Если бы мы только знали, что произошло там, на западе Теджаса.
Видимо, так произносилось название республиканского штата в Мексике.
— Что вы имеете в виду? — уточнила Мерси.
— Случилось что-то, что сбило их с курса, — пояснил он. — Направило через жаркие земли — и к северу, в горы. Мы выяснили, что они добрались до территории… э… — Он запнулся, подыскивая английское слово, но так и не нашел.
— Юты, — помог инспектору Моррис Комсток. — Где живут мормоны со всеми своими женами.
— Мормоны, да. Религиозные люди. Некоторые из них сообщили нам… ужасныевещи.
Мерси чуть не забыла, что она, предположительно, не в курсе дела, но успела прикусить язык прежде, чем изо рта вырвалось восклицание насчет каннибализма, после чего кто-нибудь обязательно поинтересовался бы, откуда у нее подобная информация. Вместо этого, она сказала:
— Да, печально. А есть у вас хоть какие-нибудь идеи насчет того, что могло случиться? Думаете, техасцы сделали что-то… опрометчивое?