Дрессировщик драконов
Шрифт:
Когда Эл'льяонт заморозил эльфов и сартрских солдат, Фархат оставался в карете. Заклинания Вильковеста работали исправно, и королю ничего не стоило убить Гланхейла. Когда же сартрские солдаты обрели способность двигаться, они сделали все, чтобы защитить короля, увы, выжили не все, но карета покинула опасное место. Теперь Фархат ехал домой.
— Поскорее бы выбраться из этого проклятого Ярдосом леса, — посетовал Тобош. — За каждым дубом остроухие мерещатся.
— Они не сделают
Фархат поперхнулся. В горле неожиданно образовался тугой комок, который никак не хотел проглатываться.
— Ваше величество!
Король откашлялся.
— Они не сделают ничего плохого, — продолжил король, — полукровка запретил.
Произнеся эти слова, Фархат почувствовал, что сердце застучало быстрее.
— Вы побледнели, ваше величество, — забеспокоился Тобош. — И вспотели. Выпейте воды.
Мейстер достал из-под сидения корзину с провизией и налил королю стакан воды. Фархат взял стакан, но до рта не донес. Стекло неожиданно показалось ему тяжелее камня. Его рука бессильно упала, стакан опрокинулся, облив штаны и промочив ноги сартрского правителя.
— Мне… как-то нехорошо, — произнес король.
— Вы заболели? Прилягте, ваше величество!
Фархат прислонился плечом к стенке кареты и прикрыл глаза.
— Что болит? — спросил мейстер. — Живот? А может, сердце?
— Все, — простонал король. — Я умираю.
— Тьфу-тьфу-тьфу, ваше величество. Не накликайте. Вы еще молоды, чтобы думать о смерти.
— Да. Слишком молод чтобы…
Сердце стучало так сильно, что король стал запинаться.
— Что… что со мной?
— Вы устали, ваше величество, — мейстер поднял стакан, налил в него воды и поднес к губам венценосной особы. — Выпейте.
Король потянулся к воде, но у него не хватило сил, чтобы сделать даже один глоток. Перед его глазами внезапно потемнело, вода показалась ему черной, а потом… темно-фиолетовой.
— Зелье! — простонал сартрский правитель.
— Что, ваше величество? Какое зелье?
Сердце Фархата замедлило ход. Он все понял и внезапно успокоился.
— Вильковест погиб, а теперь умираю и я. Тобош…
— Не говорите так, ваше вели…
— Не перебивай! — поднял слабую руку король. — Я не знаю, сколько у меня времени!
Сартрский правитель схватил мейстера за грудки и притянул к себе.
— Слушай и запоминай. Первое. Мое тело доставишь в Сартр, хочу быть похороненным на родной земле. Похороны скромные, не заслужил я пышных проводов. Второе. Тело Вильковеста найдешь и отдашь каюрцам, я им обещал. Третье. Войну прекратить. Возвращаемся домой. Все равно я уже ничего не сделаю. Понял?
— Н-но…
— Понял меня, спрашиваю?!
— Понял,
— Лично за всем проследи, — распорядился Фархат. — А чтобы никто не сомневался в твоих полномочиях, назначаю тебя первым королевским министром. Быстро! Достань бумагу!
Тобош с круглыми от ужаса глазами нырнул под сиденье, а король оперся спиной о стену кареты. Тело слабело, жизнь вытекала из него, как вино из дырявого сосуда.
— Вот, ваше величество.
Фархат взял чернильницу, окунул перо и размашисто написал: "Сим назначаю мейстера Тобоша первым королевским министром". Поставил подпись и, окунув в чернила палец, припечатал в самом низу.
— Не по форме, но на церемонии времени нет… Сними с меня сапоги… Жарко…
Новоиспеченный министр поспешил выполнить последнюю просьбу короля. Фархат закрыл глаза и прошептал:
— Бедная моя Сиянка, несчастная моя девочка, она праздновала свое совершеннолетие без отца, и теперь ей предстоит…
Что предстоит, сартрский правитель сказать не успел. Веки его потяжелели, язык перестал слушаться. Он засипел и обмяк.
— Ваше величество! Ваше величество!
Тобош дважды ударил короля по щекам, но это не помогло. Сартр осиротел. Фархат отправился на небеса. Или к Ярдосу. Это уж как решит всемилостивейшая Айша.
Дрожащей рукой новоиспеченный министр достал из нагрудного кармашка платок и прикрыл им лицо мертвеца.
— Да будет твой путь короток, а блаженство вечно!
Тобош шмыгнул носом, сложил королевский указ и спрятал во внутреннем кармане. Теперь он новый министр! А это значит, власть и деньги. Много денег. Он сможет купить себе дом, жениться на красивой и богатой девушке и купить драгоценности. Такие, каких не видывал и сам король.
Взгляд министра переместился вниз. На среднем пальце правой руки усопшего радужными искрами блестело большое золотое кольцо с крупным самоцветом.
— Вам оно теперь без надобности, — извиняющимся тоном произнес Тобош.
Он снял кольцо с королевского пальца, немного подумал, расстегнул нательную цепочку с медальоном, изображающим земное воплощение всемилостивейшей Айши, и продел ее в кольцо.
— Там ты будешь в безопасности, — улыбнулся министр и спрятал кольцо под рубаху. — Кучер! Гони!
"Тебе правда лучше?" — спросил Янек, вглядываясь в оранжевые глаза дракона.
"Правда. Ты меня спас", — ответил Эргхарг, поднимаясь с камней.
"Я испугался, — признался молодой человек. — С какой высоты мы упали?"