Дубль

Артье Елена

– Нам нужно серьёзно поговорить.

– Да неужели?

Я скрестила на груди руки и сама себе напомнила в этот момент нахохлившегося воробья перед хитрым котом. Мне не хотелось даже смотреть на него, но я призвала все свои силы, чтобы выдержать его взгляд и не отвести в поражении свой.

– Я намереваюсь сделать всё, чтобы растить своих дочерей, тем более что одна из них нуждается в срочной медицинской помощи. В один прекрасный день они станут моими наследниками.

В его голосе послышались стальные нотки и я поняла, что больше не удастся прятаться за маской равнодушия.

У него такое большое наследство, что о нем уже сейчас нужно беспокоиться?
– подумала я, но вслух спросила другое:

– У вас что, нет других детей, которые могли бы вам наследовать? 

– Почему же, есть. Сын и с недавних пор внук.

Я от неожиданности округлила глаза, пытаясь соотнести образ Глеба и деда. Сколько же ему лет? А сыну? Столько вопросов, которые я стесняюсь озвучить, чтобы не проявить свою заинтересованность. Но один из них я не могла не задать:

– А как же ваша жена? Как она отнесётся ко всему этому?

– Моя жена умерла много лет назад и меня вполне устраивает холостяцкий образ жизни.

Ну да, ну да... Я вспомнила Вику, которая вполне вписалась в его образ жизни. И сколько таких у него как моя сестра? С одной стороны стало легче, что Глеб не женат, а с другой... Я подошла к кроватке и стиснула пальцами деревянные бортики. Обвела взглядом Верочку, судьба которой решалась в этот момент. Моё любящее сердце забилось в тревоге. Глеб в праве отобрать у меня племяшек и он сделает это, едва только появится такая возможность. Эти откровенные угрозы ощущаются во всём что он говорит.

Я резко обернулась, почувствовав Глеба у себя за спиной. Он нависал, давил своим невидимым но вполне ощутимым авторитетом. Вика не могла найти кого-то попроще? Я посмотрела на мужчину и обречённо вздохнула - не могла. Я и сама чувствовала, что этот мужчина влияет на меня, будоражит, нервирует.

Мне хотелось закричать, чтобы он ушёл и никогда больше не появлялся. Чтобы скрыть свою паническую реакцию и ослабить висевшее в воздухе напряжение я быстро сказала:

– Я поняла, что мы с девочками прекрасно можем прожить сами. Мама помогает и нам не нужна ничья помощь. Мы не выдвигаем никаких претензий, абсолютно никаких! 

– И поэтому ваша мать всё время обследуется в больнице? Поэтому вы занимаете деньги у всех, у кого только можно?

– Откуда вы...
– спросила я ошарашенно. И когда только успел?! Неужели Ольга выложила всю нашу подноготную?

– О поверь, я могу многое узнать и сделать даже не выходя за порог этой комнаты, имея лишь телефон для связи с нужными людьми.

Глеб медленными шагами обошёл маленькую комнату как хищный зверь, который тянет время прежде чем броситься на свою жертву. Мне казалось, что недолгое время, которое мы провели вместе растянулось в бесконечную борьбу характеров. Хотя какая там борьба? Я лишь трепыхалась как загнанная в силки птичка.

– Хорошо, - сдалась наконец я.
– Если хочется вам участвовать в жизни девочек - я не против. От материальной помощи в лечении мы не откажемся.

– Этого мало!
– покачал головой Глеб.
– Я хочу сделать анализ ДНК, но уверен - это просто формальность, необходимая, чтобы вписать меня в свидетельство о рождении. Нравится

тебе это или нет, но я намерен иметь право голоса во всём, что касается воспитания моих дочерей. Я хочу, чтобы они жили со мной в моём доме, где им будет просторнее чем здесь.
– он показательно обвел глазами небольшое пространство вокруг.
– Я предоставлю всё необходимое и они получат надлежащую заботу. И не думай, что я пришёл безоружным, я не настолько глуп. Моих связей хватит даже в вашем городе.

– Нет, никуда мы не поедем! Что за бред? 

Его губы медленно растянулись в такой зловещей улыбке, от которой кровь застыла у меня в жилах. 

– Если ты добровольно не согласишься я потребую через суд разрешение на общение с дочерьми и получу его, можешь не сомневаться. Но я могу пойти дальше, - заявил Глеб с ледяным спокойствием.
– Я могу забрать их совсем и оформить единоличную опеку. Так что, мы будем сотрудничать как единственные оставшиеся у девочек близкие родственники или нет? Предлагаю поехать всем вместе ко мне домой. Вы поживёте там во время реабилитации девочки после операции и ты поймёшь, что это лучший вариант. Со мной бесполезно воевать, я всё равно выиграю…

Глава 13

Глеб 

У Ксении дрожал подбородок и блестели глаза то ли от злости, то ли от попытки не заплакать. Внезапно мне стало жаль её, замученную бытом но с гордым желанием отстоять свою позицию. Но у неё действительно нет выбора. Как только я увидел девочку понял - это моя родная кровь и плоть, моё продолжение, моё чудо. Один в один Никита на детских, тогда ещё чёрно-белых фотографиях. Сомнений быть не может, а анализ ДНК представляется теперь лишь необходимой формальностью, не больше.

Мы вообще все были похожи, передавая из поколения в поколение "светлый" фенотип: мой сын, мой брат, ушедший в мир иной несколько лет назад, наши родители, погибшие когда мы ходили в детский сад. От них осталась лишь несколько фотографий, которые мы с братом берегли, пока воспитывались в интернате. Многие хотели усыновить одного из симпатичных светловолосых голубоглазых ангелочков, но никто не решился взять обоих. А мы стояли друг за друга горой так, что нас не смогли разделить. 

Я не понаслышке знаю, что значит потерять очень близких людей. Возможно поэтому для меня семья - это святое, самое родное что только может быть на свете. Потому, вероятно, я и не женился больше: не нашёл ту, которая была бы достойна войти в мою небольшую семью, как бы пафосно это не звучало. И никогда мои дочери не будут расти без меня, без моей опеки, без моей защиты. Никогда, пока я жив! 

И Ксении придётся с этим смириться. Как и её матери, с которой мы только что познакомились. Теперь женщины закрылись на кухне, но под дверью была такая широкая щель, что мне даже не было необходимости прислушиваться.

– ...Мам, как ты не понимаешь, он может забрать девочек...

– Ты несёшь какую-то чушь... Судя по виду он вполне обеспеченный и хороший человек. Это же какая радость, что у девочек будет отец! Тебе не придется всё тянуть на себе. Поверь мне, я знаю что это такое и никогда не желала вам такой же одинокой материнской судьбы.