Дуэт
Шрифт:
— Мне очень жаль, Фред, — сказала она подчеркнуто холодным тоном, — но я занята.
Ее глаза скользнули в сторону в поисках Томаса, который со своей гитарой находился среди других музыкантов. Кэтрин могла поклясться, что он расстроился. Фредерик проследил за ее взглядом и сверкнул глазами.
— Тогда я заскочу к тебе домой, — настойчиво повторил он. — Мне нужно поговорить с тобой. Ты до сих пор живешь с Марианной? С удовольствием увижу ее снова. Приеду к вам примерно в
— Да, — пробормотала она, — дорогу он знает!
4
Несколько часов спустя зазвонил дверной колокольчик.
— Это, наверное, Фред. Скажи ему, что я спущусь через минуту, — крикнула Кэт подруге, прикрыв рукой микрофон телефона.
— Разумеется, это он. — Марианна направилась к двери, все еще слыша голос Кэтрин, разговаривающей по телефону.
— Где я это забыла? У вас в офисе? Клиффорд, я не знаю почему. Я каждый раз беспокоюсь, не оставила ли я сумочку.
Марианна улыбнулась. У певицы была склонность терять вещи: сумочку, перчатки… Мысли Кэтрин были заняты музыкой и людьми, о вещах материальных она легко забывала.
— Привет, Фред, — сказала Марианна, открывая парадную дверь. — Приятно видеть вас снова. — Ее глаза смотрели холодно, а губы улыбались.
— Привет, Марианна, — поздоровался он.
— Входите, Кэт ждет вас. Она сейчас появится.
— Как хорошо снова прийти сюда. Я скучал по этому дому.
— Скучали? — иронически спросила девушка.
Фред оценивающе посмотрел на нее. Подруга Кэт была из тех женщин, которые обычно привлекали его: остроумная, искушенная в житейских делах, внешне сдержанная, но, несомненно, сексуальная. Между ними никогда ничего не было, они поддерживали дружеские отношения. Марианна была предана певице. Фредерик это знал.
— Шесть лет — долгий срок, Марианна.
— Не уверена, что срок достаточно долгий. — Прежнее чувство возмущения вспыхнуло снова и отразилось на ее лице. — Вы причинили ей боль, которая не утихла до сих пор.
— Да, я знаю. — Ничто в нем не дрогнуло от этого признания. Отсутствие раскаяния возмутило Марианну еще больше, но она подавила это чувство.
— Так, — сказала она, — значит, вы вернулись.
— Вернулся, — согласился Фредерик, улыбнувшись, — а вы думали, я не вернусь?
— Какое это имеет значение? У вас здесь дела?
— Марианна, Клиффорд нашел мою сумочку. — Быстрой нервной походкой Кэтрин спустилась в холл. — Я сказала ему, чтобы он не беспокоился. Кажется, в ней нет ничего важного. Привет, Фред. — Она протянула ему руки, как сделала это в студии для записи.
—
Она сделала шаг к двери и спросила:
— Хочешь чего-нибудь выпить?
— Только чай. — И, одарив Марианну очаровательной улыбкой, выдал ей комплимент: — Вы всегда это делаете отлично.
— Сейчас принесу. — Марианна направилась на кухню, а Фредерик и Кэтрин — в музыкальную комнату.
Девушка наблюдала, как он внимательно рассматривал окружающие его предметы. Ей казалось, что она впервые видит его лицо; оно выражало любопытство, словно он был случайным посетителем.
А Фредерик мысленно вернулся к тем далеким временам, когда часто бывал в этом доме.
— Я помню каждую мелочь в этой комнате. Они всплывали время от времени в моем воображении, когда я не мог ничего делать, а думал только о тебе. — Он погладил ее по щеке.
— Не надо. — Кэтрин отошла на несколько шагов.
— Мне трудно удержаться и не дотрагиваться до тебя, Кэт. Особенно здесь. Помнишь долгие часы, которые мы провели здесь в послеполуденной тишине?
Фредерик подошел к ней ближе. Тот же голос, тот же искренний взгляд, подумала девушка.
— Это было так давно, Фред.
— Сейчас мне не кажется, что давно. Как будто это было вчера… Ты выглядишь точно так же.
— Нет, Фред. — Она покачала головой. — Я не хотела приглашать тебя сюда. То, как ты себя ведешь после такой долгой разлуки, это уж слишком. Не так ли?
— Я не согласен с тобой. — Он обнял ее за плечи и повернул лицом к себе. — Ну поцелуй же меня, хотя бы только один раз.
Когда его губы коснулись губ девушки, она растерялась. Все это уже было тогда — жар, потребность близости, влюбленность. Его губы были такими нежными, такими теплыми… Нет, она ничего не забыла! И сейчас прежняя любовь вспыхнула с новой силой, она лишь дремала все шесть лет.
Но чувство обиды вдруг всколыхнуло всю горечь в ее душе, и она уперлась ладонями ему в грудь. Он ослабил объятия, но все же не отпустил ее.
— Не верю, что навсегда все кончено, — пробормотал он.
— Ты никогда не играл с огнем, не так ли? — Кэтрин сбросила его руки со своих плеч. — Фред, тогда ты заставил меня страдать, но сейчас я не намерена так легко получать синяки. И не позволю тебе снова войти в мою жизнь. — Она отошла от него и опустилась на тахту.
Фредерик вытащил сигарету и закурил.
— Кажется, ты очень повзрослела за время моего отсутствия.
— Быть взрослой — в этом сейчас мое преимущество.