Дурная кровь
Шрифт:
— Пауль, ты где?
— Возле Нортулля, — донесся голос Йельма из глубины электронного организма. — Я разрушил семейное счастье нескольких семей. Никогда больше жены не смогут доверять своим Германам. Мне тоже досталось под горячую руку.
— Ничего не нашел?
— Вряд ли кто-то из этих Германов имеет отношение к представителю эстермальмской элиты Юстине Линдбергер.
— Приезжай быстрее. Нас найдешь в Висбю, Карлскруне или Карлсхамне. Скорее всего.
— Хорошо.
Тут появилась Черстин и выпалила:
— У
Она протянула номер телефона Хультину, тот отключил Йельма и набрал номер Юстине. В трубке послышался женский голос:
— Да?
— Юстине? — только и спросил Хультин.
— Кто это?
— “Орфеус”, — рискнул Хультин. — Вы где?
Секундное молчание. Потом Юстине Линдбергер сказала:
— Пароль?
Хультин посмотрел на Черстин и Нурландера. Они покачали головой.
— Синий викинг, — сказал Хультин.
— Черт, — выругалась Юстине и отключилась.
— Черт, — сказал Хультин.
— Фоновые звуки? — спросила Черстин Хольм.
Хультин покачал головой. Он снова набрал номер.
Без ответа.
Он пошел к себе в кабинет и запер дверь. Было без четверти пять. Через час с небольшим корабль "Вега” отойдет из Карлсхамна. Туда они уже не успеют. Информация о Карлсхамне была расплывчатой. Одна из подруг Юстине упомянула, что Юстине ездила в соседний с Карлсхамном город Карлскруну, где, как выяснилось, был ресторан “Синий викинг”, который, наверно, стоит взять под наблюдение, но как объяснишь это местной полиции? Он ведь и сам не знал, что нужно искать. Отпустить “Вегу” или натравить на нее полицию? Хультин сидел в своем кабинете, плечи его поникли, словно под непосильной тяжестью.
Черстин Хольм и Вигго Нурландер стояли в коридоре. Все было очень неопределенно. Что решит Хультин?
В коридоре появился Йельм. С синяком.
— Не спрашивайте, — сразу предупредил он. И добавил загадочно: — Женщины.
— Вру, — протянула Черстин, обращаясь к Йельму. — Что я хотела тебе сказать про Вру?
— Бру-бру-тара-ру, — рассеянно проговорил Нурландер. Он, судя по всему, уже был готов сдаться. Бросив раздраженный взгляд на Фаузи Улайви, он вспылил: — Вон, сидит! Тут судьба мира решается, а он, видите ли, говорить не хочет!
— Кто это? — спросил Йельм.
— Вру — это ведь довольно распространенное название местности, правда? — спросила Черстин.
— Он из Ирака. Помог Юстине бежать. Похоже, он из тех, кто работает под вывеской организации “Орфеус Лайф Лайн”. Наверно, шпион фундаменталистов. Единственная ниточка, которая может вывести нас на боеголовки.
— Системы управления, — поправил Йельм, — ядерными боеголовками.
— Вы меня слушаете? — повысила голос Хольм.
— Дать бы ему как следует по башке за эти боеголовки, — сказал Нурландер. — В такой ситуации разве мы не имеем
— Как Уэйн Дженнингс, да? — спросила Черстин Хольм. — Учимся у него? Как же быстро мы изменились!
— Что ты сказала? — перебил ее Пауль Йельм.
— Что мы стали марионетками кентукского убийцы.
— Нет, до этого. Насчет Бру.
— Что Бру — довольно распространенное название местности. Ты это имеешь в виду?
— Ты хочешь сказать, я был не в том Бру? А где находятся другие?
— Понятия не имею. Я просто так сказала.
— Если они с Германом любовники и встречаются каждую неделю, Бру не может находиться далеко.
— А может, Герман вовсе не любовник. Арто неожиданно спросил ее про записи в ежедневнике, и она от испуга ляпнула первое, что пришло в голову. Возможно, мужчину действительно зовут Герман, но не факт, что они любовники.
Они побежали в кабинет Черстин и достали атлас автодорог. Бру в Уппланде, Бру в Вермланде, Бру в Бохюслене и еще один Бру на Готланде.
— В нескольких километрах от Висбю, крошечная деревушка, — пробормотала Черстин.
Нурландер запустил компьютер и начал листать телефонный каталог. В маленькой деревне Бру, находящейся к северо-востоку от Висбю, имелось два Германа.
Йельм взялся за мобильный телефон. Черстин забрала у него аппарат и сама набрала первый из номеров.
— Бенгтссон у телефона, — раздалось в трубке, произношение выдавало в мужчине коренного жителя Готланда.
— Герман, — сказала Черстин. — Это Юстине.
Молчание. Чем дольше длилось молчание, тем сильнее разгорался огонек надежды.
— Почему ты опять звонишь? — наконец проговорил Герман Бенгтссон. — Что-то случилось?
— Просто для проверки, — нашлась Черстин.
— Я еду.
Она отключилась. Потом торжествующе потрясла кулаком, и они помчались к Хультину.
Через пять минут с взлетной площадки возле полицейского участка поднялся вертолет. “Быстро работаем”, — подумал сидящий рядом с Нурландером Хультин, листая свои бумаги.
— Грузовое судно “Лагавулин” отходит в 20.30 из Висбю. Сейчас четверть шестого. У нас есть запас времени.
— “Лагавулин” — это солодовый виски? — спросил Йельм.
— Самый лучший, — кивнул Чавес. — Очень ароматный и с торфянистым привкусом.
Последние островки архипелага пронеслись под ними, еле различимые за сплошной стеной дождя. Йельму показалось, что он узнал Утё. За ним начиналось открытое море, там хозяйничал ветер, вспенивая волны добела. Вертолет мотало во все стороны. Йельм посмотрел на пилота, выражение его лица Паулю совсем не понравилось. Так же, как и выражение лица Нурландера, который едва успел схватить висевшую на стене каску, как его тут же вырвало. “Хорошо, что каска оказалась под рукой”, — порадовался Пауль.